Можно ли обижать мальчиков?

Вспомнив об этом, я проверил наполненность своего эфирного ядра, с удовлетворением отметив, что и в этом плане мой прогресс налицо — прошло всего полдня, а я уже далеко не так пуст, как был после первого своего магического проявления. Поэтому, сообразил я, и женская привлекательность ко мне так быстро вернулась.
«А какая из соседок мне больше нравится?» — появилась в голове новая неожиданная мысль, заставившая её поворачиваться слева направо, пристально сравнивая и оценивая подходящих ко мне походками профессиональных манекенщиц девушек. Несмотря на то, что я уже не раз видел их и в открытых платьях на совместных экскурсиях, и в обтягивающих спортивных костюмах на занятиях в фитнес-клубе, как на привлекательных молодых женщин взглянул на них только сейчас. Обе девушки высокие, но совсем ненамного выше меня. Так что в скором будущем я их догоню, а может и перегоню по этому показателю. Обе — красивые, стройные с обалденными фигурами, длинными ногами и такими формами, что заставили моё сердце учащённо забиться, повышая давление, где только можно, и особенно где, учитывая наличие на мне только плавок, сейчас совсем нельзя.
Так что до конца определиться, кто мне нравится больше — блондинка Настя или шатенка Наташа, помешал мой своевольно проснувшийся «брат», прикрывать которого, спасая положение и свою честь, пришлось уложенными впереди руками, судорожно сжимающими так неосторожно снятую по пути к пляжу одежду.
— Привет, Славик! — повторила приветственную фразу своей подруги подошедшая первой и улыбающаяся чему-то Наталья, беря меня цепкими пальцами под правый локоть. — Тоже решил освежиться в полуденную жару?
— А чего пропустил утреннюю пробежку? — поинтересовалась немного припозднившаяся, но не менее весёлая Анастасия, которой досталась моя левая рука. — Пошли, Натка вон место заняла, должно на всех хватить.
Заговорщицки перемигнувшись, веселящиеся девчонки потянули меня за сцепленные руки, почти неся над галькой севастопольского пляжа. Буксируемый улыбающимися с двух сторон во все свои шестьдесят четыре зуба девчатами, я осмотрел действительно непривычно многолюдный сегодня пляж, стараясь не выронить по ходу буксировки свои шмотки.
— Не возражаешь, если мы за тобой немного поухаживаем?
— Чего ты в свою одежду так вцепился?
— Не бойся, мы её забирать не будем.
— Давай мы её аккуратно сложим, чтобы не помялась.
Судя по характеру посыпавшихся вопросов и хитрым взглядам, сопровождаемым довольными женскими улыбками, у меня сегодня не совсем удачный день. Наверное, это наказание такое от Вселенной за пропущенную утром тренировку. Устроив мою красную, наверное, с головы до ног, но всё-таки успевшую успокоиться тушку на средний топчан, неразлучные подруги, отобрав и аккуратно сложив мою одежду, устроились на своих лежаках, так же, как и отконвоировали сюда — слева и справа от меня.
— Хочешь сок или минералку? — спросила улёгшаяся слева Настя, роясь в принесённой с собой сумке.
— Нет, спасибо! — пробормотал я, постепенно приходя в себя.
— Намазать тебя солнцезащитным кремом? — теперь уже Наташа обратилась ко мне с правого топчана, протягивая открытый тюбик крема.
Пришлось поработать попугаем, повторяя один и тот же ответ, и обуздывая свою разгулявшуюся фантазию. Да и крем мне больше не был нужен — всё, что должно было облезть, уже давно облезло, и новая кожа радовала меня своим бронзовым загаром.
— Девчонки, а когда вы уезжаете? — спросил я, вспомнив о своём желании как-то отблагодарить девушек, принявших участие в моём спасении и проведывавших меня в больнице. Заодно отогнал от себя назойливые видения поглаживающих моё тело женских рук.
— Да в принципе у нас есть ещё несколько дней отпуска. — ответила Анастасия, снова переглянувшаяся с Наташей.
— А вы с Марией Степановной когда заканчиваете отдыхать? Ведь учебный год скоро уже начинается, и тебе пора в школу. — поддержала разговор Наташа.
— Билеты у нас на вечер четвёртого сентября забронированы. — мне надоело вертеть головой со стороны в сторону, поэтому я уселся на колени лицом к расположившимся слева и справа подругам.
 
Ну почему я не взял солнцезащитные очки? Мои глаза, словно зажили самостоятельной жизнью, перебегая с одного приятного им зрелища на лежащее рядом не менее приятное другое. А вот девушки такой ошибки не совершили, и мне теперь совершенно непонятно куда они смотрят и замечают ли мои нескромные разглядывания. «А ведь за всё проведенное здесь время это первый раз, когда я вижу девушек на пляже!» — с удивлением сообразил я.
— На ночной скорый? — уточнила Настя.
— Точно! — лежал бы я по-прежнему между ними, так моя голова уже закружилась бы с непривычки.
— Вот это совпадение! — воскликнула Ната. — И мы едем этим же поездом.
— Может, встретимся в вагоне-ресторане? — выдвинула предложение Настя. — Отметим все вместе окончание наших крымских каникул.
— А что — это идея! — поддержала подругу Ната. — Но её обязательно надо согласовать с Марией Степановной.
— Жаль, что на следующий день пересаживаться на разные поезда придётся. — расстроенно вытянула губки Настя. — Нам с Наткой на московский, а вам с Марией Степановной на пензенский.
— Я думаю, мы успеем встретиться до пересадки. — уверенно произнесла Наташа, похлопав подругу по руке. — Было бы желание.
Нет, моя голова точно отвалилась бы от шеи, останься я на прежнем месте.
— А вы приходите к нам в купе. — пришла в мою голову интересная мысль. А то, что мы с мамой Машей приехали из Пензы, она сама могла рассказать новым подружкам. Ведь каждый день болтают по несколько часов к ряду. Как так можно? И главное, о чём?
— На это тоже нужно спросить разрешение у твоей мамы. — свою очередь в нашем разговоре Настя не пропустила.
— А что ты хотел, когда спрашивал нас об окончании отпуска? — к обращению Наташи я был готов, заранее повернув к ней голову.
— Да вот, до отъезда хотел пригласить вас на шашлык. Мне больше нечем отблагодарить вас за проявленное ко мне участие и заботу при спасении из завала и в больнице.
— Да ты что, Славка, так поступил бы любой человек на нашем месте. — всполошившись и замахав руками, заговорили на этот раз обе девушки сразу. — Не нужно никаких благодарностей. Мы и так безмерно рады, что ты оказался жив и здоров.
— Нет, девчонки, я так не могу. Хоть что-то приятное, но я должен для вас сделать. Иначе просто не смогу спокойно спать по ночам. — пришёл мой черёд протестовать.
— Ну, только если ради твоего ночного спокойствия, то на приятное мы согласны. — как-то странно посмотрев на Наталью, закивала головой Настя. — Знал бы ты, как мы все тогда за тебя переживали!
— Да и не только за тебя. — едва слышно добавила её подруга, зябко передёрнув плечами и переведя вдруг ставший задумчивым взгляд на колышущееся в двух шагах от нас море.
«Всё-таки хороших, добрых, неравнодушных к чужой беде людей намного больше на свете, чем плохих, злых и эгоистичных. — растроганно подумал я, глядя на задумавшихся девушек. — Так переживать за незнакомого парня и такую же, да ещё чужеземную девчонку, попавших в сильные неприятности, могут немногие люди».
— Тогда жду вас завтра к обеду возле нашего коттеджа. Не наедайтесь! — выдав девушкам такой наказ, я, быстро окунувшись в морской прибой, помчался готовиться к предстоящему ответственному мероприятию.
За мясом, овощами и приправами мы отправились вместе с мамой Машей, которая была в курсе моей задумки, и сама вызвалась помогать мне в её реализации. Да и магазины местные она изучила намного лучше меня, больше внимания уделявшего ласковому Чёрному морю и южному солнцу. Так что на всё про всё мы потратили не более трёх часов. И после совместного вечернего забега я под внимательным присмотром мамы Маши и переодевшихся после душа заинтересованно наблюдающих за моими манипуляциями подружек приступил к процессу маринования.
Много мяса по совету мамы Маши мы не брали, так как компания была в основном женской, пристально следящей за своими фигурами. Но полтора его килограмма вежливо улыбающаяся продавщица нам отвесила. Баранину покупать мы не стали, так как не знаком я с этим мясом, но зато нашли очень хороший свежий свиной ошеек, словно специально дожидавшийся нашего прихода. И девушки, опрошенные мной заранее (со вкусами мамы Маши я уже был знаком), против свинины ничуть не возражали.