Можно ли обижать мальчиков?
Потянувшись за ЁТА-комом, я снова остолбенел — мои руки тоже светились в темноте еле заметным золотым сиянием. Тяжело вздохнув, смирившись уже со своей участью, я уселся на кровати и принялся изучать свою галлюцинацию. Мне даже стало интересно: наиболее плотное и яркое свечение наблюдалось у самой кожи, а по мере удаления от рук его интенсивность уменьшалась, и примерно через полсантиметра — сантиметр, что было как минимум на порядок меньше, чем аналогичное явление, виденное у женщин, сходила на нет. Сняв с себя пижаму и трусы, я убедился, что галлюцинация довольно устойчивая, так как наблюдал я её по всей поверхности тела. Напрягая зрение, я попытался разглядеть какие-нибудь цветные искорки, видимые мною ранее у других людей, но ничего похожего заметить не удалось.
«Но ведь не далее, как полчаса назад, я смотрел на себя в зеркало и ничего такого не видел!» — пришло в мою голову. Так же голышом я поспешил в ванную, где получил подтверждение своей психической неполноценности: ни в зеркале вокруг моего отражения, ни без него при визуальном осмотре рук, ног и головы ничего нигде не светилось и не летало. А может всё, что я вижу и переживаю в последние дни, это одна большая галлюцинация? А я, на самом деле, лежу в психушке? Мне только и оставалось, что погладить себя по голове и успокоительно прошептать: «И меня вылечат!»
Вернувшись в палату и одевшись, я улёгся на кровать, и взял в свои светящиеся руки ЁТА-ком. «А разве в видениях бывает то, чего в жизни никогда раньше не видел? — подумал я, глядя на загружающийся компьютер и вспоминая другую невиданную доселе технику. — И разве могут они быть такими детальными и реалистичными?» И тут же сам себе ответил: «Это могут знать только сами психи и те, кто их лечит!»
Дождавшись загрузки компьютера, я ввёл в строке поисковика: «Как лечат галлюцинации?» Интересно, насколько можно доверять прочитанным в видениях научным статьям? Прочитав наиболее популярные из них, я узнал, что: галлюцинации могут затронуть любые из пяти основных чувств; человеку, их переживающему, они кажутся абсолютно реальными и могут доставлять как неприятные, так и приятные ощущения, и быть даже интересными; причинами галлюцинаций могут быть высокая температура, недосыпание, стресс, болезни, приём наркотиков или алкоголя; и что если я не в состоянии отличить реальность от галлюцинации, то должен немедленно обратиться за медицинской помощью.
«А если я в своих видениях уже нахожусь в больнице, то к кому мне тогда обращаться?» — посетила меня обескураживающая мысль, после которой я выключил комп и попытался заснуть, ликвидировав одну из возможных причин своих глюков.
Как ни странно, но это у меня получилось, и разбудила меня уже перед самым завтраком Валентина Николаевна, вошедшая в мою палату.
— Вот, Мария Степановна передала наушники к твоему компу. Теперь сможешь слушать музыку, не тревожа других выздоравливающих. — в ладони протянутой руки ко мне лежали две чёрные загогулины.
Пока я разглядывал обнажённые части тела вошедшей женщины (я говорю о голове, шее и руках, если кто не понял), раздумывал о бренности бытия, так как свечение вокруг целительницы, виденное мною два дня назад, никуда не делось, а наоборот дополнилось сине-зелёными искорками, она, спохватившись, добавила:
— Извини, Слава, я забыла о твоей амнезии. Их нужно просто вставить в уши, а компьютер сам с ними свяжется.
— Спасибо и вам, Валентина Николаевна! И Марии Степановне передайте мою благодарность. — вежливо поблагодарил я, принимая очередное беспроводное чудо и раздумывая, не попросить ли действительно психологическую помощь.
— Пожалуйста, племянник! — заулыбалась женщина. — Вставай уже, соня, а то завтрак пропустишь. Люди уже половину успели съесть.
Упоминание о завтраке заставило меня отложить в сторону самокопание, вскочить с кровати и метнуться в ванную комнату. Даже если мне всё мерещится, то это не повод пропускать утренний приём пищи. Уже оттуда я прокричал:
— А почему меня не разбудили мерять температуру?
— А ты уже поправился. — услышал я из-за закрытой двери. — Тебе и таблетки не дают — ты разве не заметил? Так что скоро на выписку.
Да, что-то я не обратил на это внимания — действительно уже дня два их не принимаю. «Может не стоило прекращать?» — подумал я, разглядывая свои «золотые» руки, двигающие во рту зубную щётку. Что интересно, в зеркале они по-прежнему выглядели обычными человеческими, точнее мальчишескими, руками без всяких неположенных спецэффектов.
Возле столовой на сестринском посту снова сидела вчерашняя «цветная» медсестра и смотрела что-то на своей стекляшке. Она и раньше, в отличие от других медсестёр, часто сидела, опустив голову. Я тогда не приглядывался, видел, что читает, но думал — книгу.
Отбросив в сторону присущую мне стеснительность, как-никак на кону своё здоровье, я подошёл поближе, разглядывая сине-зелёные, как у Валентины Николаевны, искорки на золотистом фоне. Заметив мой интерес, медсестра подняла голову и озабоченно спросила:
— Ты что-то хотел, Славик? У тебя всё хорошо?
— Спасибо, все нормально. — ответил я, соображая, что мне говорить дальше. — А вы, наверное, подменились?
— Почему ты так решил? — переспросила она в ответ.
— Вчера вечером одна красавица интересовалась температурой моего сердца. А сегодня утром не обращает никакого внимания. — выкрутился я.
— Ох, маленький дон Жуан, — всплеснула руками зардевшаяся девушка, — угадал — подруга попросила выйти с утра вместо неё.
Слегка поклонившись, с важным видом, словно упомянутый идальго, я прошествовал в столовую. И правда, большинство пациентов уже успело позавтракать, но несколько столов всё ещё были заняты выздоравливающими. И вот вокруг этих пациенток я ничего необычного не видел. Снова посмотрел на медсестру на посту — светится, а другие, в том числе и повара на раздаче — нет. Какие-то странные у меня галлюцинации — выборочного действия. Можно было бы подумать, что больные не светятся. Но как быть с поварами — они ведь здоровы? По коридору прошла ещё одна медсестра, разговаривающая о чём-то с санитаркой, прогуливались другие пациентки — все они ничем необычным не выделялись. Может, я всё-таки здоров, а те, кто светится, чем-то отличаются от остальных людей, и я это вижу? Может это у них аура такая особая? Может кто-то ещё, кроме меня её видит? Как бы это выяснить, не выдавая себя?
Позавтракав, выходя из столовой, я снова встретился с «цветной» Валентиной Николаевной и, идя с нею по пути, решил говорить правду, только правду и ничего, кроме правды:
— Валентина Николаевна, а мне кажется, или медсестра на посту не такая как другие женщины?
— Почему ты так решил? — удивлённо воззрилась на меня спутница.
— А она, в отличие от других медсестёр, постоянно что-то читает. — заложил я не сделавшую мне ничего плохого девушку. Да простит она мне этот поступок!
— Да, ты прав, Слава, она заканчивает четвёртый курс нашего мединститута и параллельно подрабатывает у нас, набираясь практического опыта. А сейчас готовится к сессии. Но её способности должны позволять совмещать эти процессы. Или я чего-то не знаю?
— Да нет, всё в порядке. Просто девушка красивая. А что у неё за способности? — полюбопытствовал я.
— Невесту подыскиваешь? — засмеялась Валентина Николаевна. — Ну-ну, не смущайся, племянничек — я шучу. А вообще молодец — сколько тут осталось до твоего совершеннолетия? Может и дождётся тебя эта красавица. Да не красней ты так, я по-родственному с тобой. А способности у неё к магии воды и земли, как и у всех лекарей. Надеюсь, что после окончания меда она вернётся к нам уже полноценным целителем.
Говорить правду оказалось не очень сложно. Но хорошо, что разговор закончился у моей палаты, в которую я улизнул сразу после его окончания. И что тётушка заставила меня своими матримониальными шуточками опустить в смущении голову. А то выражение полнейшего ох…балдения на моём лице выдало бы меня с потрохами. Мало мне было галлюцинаций, теперь ещё и магия?