Ранний старт 2

В тот день, случилось это примерно года полтора назад, даже мои одноклассники, пока далёкие от поползновений в сторону девочек, остолбенели, как сторожевые сурикаты. Да что там мальчики! Девочки облизывались. Короче, все дартаньяны, один я — герой. Но мне-то легко, взрослая жизнь в прошлом, а вторая так вообще… так что знаю проблему практически изнутри. И как действовать, знаю.
Не скрываясь, прошёлся вдумчивым взглядом по всей фигуре, — особенно потрясающий вид у открытых бёдер, — демонстративно покачнулся и прикрыл глаза рукой.
— Наталья Евгеньевна, можно я так. Вы слишком ослепительны…
В ответ мелодичный смех, женщине понравилось. Мои одногруппники смотрели на меня с завистью. Так я не гордый, учитесь!
Так там ещё в таких же нарядах девчонки иногда пробегают. Лет пятнадцати-щестнадцати. Чем-то даже лучше нашей Натальи. Девушки на пороге окончательного созревания обладают неповторимым очарованием. Лично для меня, точно. Потому, что мне нравятся цветы в бутонах, вот-вот готовые взорваться роскошными лепестками. На них ещё первые, только что выбравшиеся из клейких почек листья, обладающие неповторимо нежным цветом, похожи. Первые пару дней. Потом набирают полагающуюся им норму хлорофилла и теряют первоначальную прелесть. Наталья — цветок во всей красе. Шестнадцатилетние девчонки — первоцвет совершенства с интригующей недосказанностью и обещанием чего-то большего. На устах повисает вопрос: а разве можно стать красивее?
Мне намного легче. Не люблю вспоминать, но некая девушка из Южной Кореи не превосходила этих девчонок по фактуре, — превзойти их невозможно, — но не уступала, точно. Хотя… присматриваюсь, пальцы у неё точно были красивее. Пианистка же, не только танцовщица.
Наталья ладно, но при виде тех девушек наши девчонки буквально зеленели от зависти. Подбодрил их. И заодно замотивировал.
— Полина, девчонки! Это вы в будущем. Ну, если занятия не бросите…
По их взглядам понял, что скорее умрут, чем бросят танцы.
И ещё не упустил момент поднять свой авторитет среди своих на ещё более умопомрачительную высоту. Одна из недораспустившихся бутонов, хихикнула на наших одеревеневших мальчишек.
— Одно понял точно, — не стесняясь их рассматривать, заявляю громко, — когда вырасту, женюсь только на танцовщице!
Девочки-бутончики притормаживают рядом. Хихикают.
— А вдруг не захотят за тебя?
— Пуркуа па? — На французский перешёл из желания поставить их на место и по-французски же продолжаю. — Деточка, выбирать буду я. К моему большому сожалению, ты не годишься. Слишком стара для меня.
Вот тут мои засмеялись, даже мальчишки. Двое из английской группы припоздали, но когда им на ушко перевели, тоже заулыбались. У бутончиков же улыбки завяли. Поняли только, что их обсмеяли.
— Французский знаешь? — Язык опознали, но не более того.
— Не хуже русского, — потом решил сжалиться. — Не волнуйтесь, я комплимент сказал. Только переводить не буду. Идиоматические выражения плохо переводятся. Вся соль сразу теряется.
Ну, не хотел таких красоток обижать. И кто меня за это осудит? Не мужчины, точно!
В итоге Наталья решает проблему. Будем в другое время приходить, — в три часа дня вместо шести, — и каждый день. Мы не против. А что нам на каникулах делать?
Потолкавшись в зале свои положенные полтора часа, толкаемся уже в раздевалке. С группой, пришедшей нам на смену. Можно их подождать, но надо место освобождать. Вешалок на удвоенное количество народу не хватает. Переодевание заканчиваю уже в коридоре. Застегнуть и заправить рубашку, накинуть куртку можно и там. Не баре и не удивишь тут никого голым пузом.
— Вить, а ты не зайдёшь ко мне? — Полинка заглядывает в глаза, в голосе отчётливые воркующие нотки.
Не ожидал такой внезапной атаки. Не успеваю спросить, зачем.
— Я одну тему по математике не очень хорошо понимаю…
Почему-то врёт. Только без меня находится, кому подловить.
— У тебя пятёрка по математике, — строго замечает Иринка, косясь на подружку подозрительно.
 
— Да не проблема, — на самом деле проблема, но что делать, пока не знаю, — только не сейчас. Давай с утра зайду. Часов в девять или в начале десятого. Умственными занятиями лучше с утра заниматься.
Говорим по-русски, потому что рядом пара человек из английской группы. Но когда и они нас покидают, не сговариваясь, переходим на французский.
— Чего это она? — Вопрос Ира задаёт в неопределённой форме.
— Не знаю, — пожимаю плечами.
Хотя, что тут знать? Катя постоянно с Димоном, при том, что её лучший друг — я. Попал во френдзону, как говорили в прошлом мире? Рановато для таких определений, но вдруг. Зиночка всё время трётся рядом со Сверчком. Вот Полинка и решила, что я свободен и возжелала накинуть на меня уздечку.
Новое дело, девчонки разбегаются, кто куда. Хорошо ещё, что их интересы не выходят за пределы нашего круга. Пока не выходят… так, а что же всё-таки с Полинкой делать?
Дома зависаю на турникетах, развлекаюсь с Киром. Учитывая прошлые ошибки, научил его цепляться за шею, не передавливая горло. И, пыжась изо всех сил, пару раз подтягиваюсь. Турник выдерживает легко, а вот связки мои трещат.
Спрыгиваю. Во время упражнений на растяжку, — м-да, у мужского тела свои ограничения, девчонкам такое даётся намного легче, — обдумываю тему Полинки. Это не сегодня началось. Охо-хо, невзирая на весь мой взрослый опыт, всё-таки пропустил зарождение и рост интереса с её стороны.
Надо отметить особую роль, что сыграли занятия бальными танцами. Почти никто не понимает, хотя многие инстинктивно чувствуют, что парный танец это ритуальное совокупление. С самим собой-то можно не стесняться в выражениях. Достаточно посмотреть на то, как даже дети танцуют. Парный танец — форма флирта и ухаживаний. Бережные прикосновения, мягкие, но твёрдые поддержки, ответные па. Бальные танцы = брачные танцы.
Давно, ещё до начала наших первых занятий, первым делом меня удивило, как танцоры помнят все эти сложные фигуры и выкрутасы? С тех пор немало воды утекло, и я понял, как. Моторная память — самая мощная. Никто не может забыть, как плавать или ездить на велосипеде. Если чему-то научился, то это навсегда.
С простыми циклическими движениями понятно. К разучиванию сложным танцам приходится добавляеть особое усиление. С самого начала нас учат улыбаться, сиять лицами, то есть, эмоционально вкладываться в танец. Плюс стараются подобрать музыку, как можно более заводную. Получается связка, многократно усиливающая моторную память. Музыка, вызывающая отклик на уровне физиологии; эмоциональный отклик на музыку и ритм, желательно, чтобы эмоции тоже были подвижны при общей положительности. Но и это не всё. Танец парный, поэтому обязателен диалог, обмен чувствами и эмоциями.
Как только я это понял, плюс к этому начал заучивать слова звучащей музыки. Не стесняясь того, что чаще всего они были на английском. Перевести текст не проблема для любого. Обычно вербальное воздействие идёт в рамках музыки. Голос воспринимается, как один из музыкальных инструментов. Дополнительное усиление моторной памяти, которого нет у других. Почти каждое движение сопровождается эмоцией, музыкой, словами. И закрепляется при помощи этих опорных точек. То, что мы с Полинкой понимаем слова и воспринимаем их отдельно, только наша фишка. Частенько я их проговариваю, и слышит только Полинка.
Сами виноваты. Как-то говорил им, что желательно запоминать текстовую часть музыки. Ленятся. Сначала ленятся, а потом завидуют тому, что наша пара в числе лучших. Наталья считает, что самая лучшая. Объективно, по результативности, входим в тройку самых-самых в нашем возрасте. Хотя результат не сильно впечатляет, с учётом того, что всего у нас порядка пятнадцати-двадцати устойчивых пар.
Наталья Евгеньевна меня ещё джокером обзывает. С Полинкой мы в числе главных кандидатов на первое место во внутренних конкурсах. Когда меня ставят, — были такие эксперименты, — с девчонкой на пятом месте по рейтингу, мы пятое место занимаем. Правда, когда пробую с девочкой-аутсайдером, наша пара слегка превосходит её обычный результат. Может, это не я — джокер, а просто девочка в бальных танцах главную роль играет? Партнёр лишь помогает раскрыться?