Шантаж, сказки и золотые рыбки (СИ)

К несказанному удивлению мужчины на его сторону встала Елена Ивановна. Кирилл пожалел бы жену, если бы она немного отвлеклась от выплёвывания желчи и разглядела то, что увидел в глазах её матери он. Разочарование. Огромное разочарование в собственном ребёнке. Кирилл, наверное, не смог бы пережить, если бы увидел такое в глазах собственной матери. Всю жизнь честно проработавшая женщина не смогла принять то, какой путь избрала её дочь. Ей было стыдно. Кирилл заметил это. А потом, как апофеоз этого дурдома, в комнате появились девочки со своими рюкзаками в руках и заявили, что уезжают с папой и ничего не имеют против дяди Олега. Кристина секунду помолчала, а затем начала хохотать. Елена Ивановна ненадолго вышла и вернулась со стаканом воды. Она выплеснула её в лицо дочери и попросила Кирилла увезти Сашу и Ташу, немного бледных и испуганных, но весьма решительно настроенных. Что Кирилл, искренне поблагодарив женщину, и сделал.
Когда дочки устроились в машине, они смущённо уставились на Олега. Все четверо не знали, что говорить и как себя вести.
‒ Дядя Олег, а вы любите нашего папу? ‒ вдруг решительно выдала Таша.
‒ Да, ‒ через секунду ответил Золотницкий и повернулся к притихшим девочкам. Кирилл закрыл на миг глаза, поражаясь абсурдности ситуации.
‒ Хорошо, ‒ спокойно кивнула девочка и откинулась на спинку сиденья, устраиваясь рядом с сестрой.
‒ И всё? ‒ тихо спросил Кирилл.
‒ Это немного странно, конечно, ‒ Саша ответила, пожав плечиками. ‒ Тётя Тома сказала, что любовь бывает разной. И даже такая, между мужчинами, имеет право на существование.
‒ Только посторонним об этом лучше не рассказывать. Не все люди согласны с такой точкой зрения, ‒ вполне по-взрослому продолжила Таша. ‒ У нас в школе есть мальчик, он вместе с нами танцует. Так вот старшие ребята в школе обзывают его всякими плохими словами и бьют иногда только потому, что он красивый. Худенький, правда, и немного похож на девочку. Да ещё и бальными танцами занимается.
‒ Мы его часто защищаем, потому что ребята поступают плохо. Они называют его так же, как мама называла тебя, папа, ‒ добавила Саша, смущённо краснея. Кирилл выматерился мысленно, поминая несдержанный язык Кристины.
‒ Спасибо, родные мои. За понимание. Я не знал, что вы у меня уже такие взрослые, ‒ улыбнулся он.
‒ Девочки вообще взрослеют раньше, чем мальчики, ‒ высоко вздёрнув носик, фыркнула Таша, а Саша просто улыбнулась.
‒ Кстати, тётя Тома упомянула о какой-то не понравившейся вам фотосессии, ‒ встрепенулся Олег. Что-то мучили его смутные подозрения. ‒ Не поделитесь наболевшим?
‒ Ну-у, ‒ помялась Таша, ‒ мама привезла нас в агентство какое-то, разговаривала с гламурным противным дядькой о контракте для нас, а потом там нам устроили съёмку. Только мама, этот дядька и фотограф. Такой же противный.
‒ Вам не понравились только эти дядьки? ‒ спросил Кирилл.
‒ Ещё дурацкие прозрачные платья и бельё кружевное, ‒ скривилась Саша.
‒ Сидеть! ‒ гаркнул Олег, дёрнувшемуся было Кириллу, и тут же заблокировал двери в машине. ‒ Потом, Кир. Не сейчас.
‒ А они, эти дядьки, вас не трогали? Руками не касались? ‒ слишком спокойно спросил Кирилл в раз притихших дочек.
‒ Фотограф пару раз поправил волосы. И всё, честно, пап, ‒ пискнула Таша.
‒ Никаких больше фотосессий, ‒ произнёс Кирилл и тут же был оглушен радостным визгом. Девочки с двух сторон зажали его в объятиях. М-да. ‒ Поехали-ка домой! Похоже, дождь собирается. Дорога будет мокрой.
‒ Поехали, ‒ улыбнулся Олег, включая зажигание.
‒ Дядя Олег, а как там Шустрик и Полосатик? ‒ вспомнила Таша о котятах.
‒ Растут, толстеют и по вам скучают. Завтра увидитесь, обещаю.
Домой они приехали ближе к ночи. Дождь таки догнал их в дороге. И даже не дождь, а довольно сильная гроза, которая и не думала прекращаться. Кирилл настоял, чтобы Олег остался у них ночевать. Девочки обрадовались, о чём-то пошушукались, а затем Таша и Саша утащили дядю Олега к себе в комнату. Золотницкий не понял и сам, как был усажен в большое кресло. Таша присела на подлокотник, а Саша принесла электронную книгу. У обоих был весьма таинственный вид. Саша протянула гаджет Олегу и сказала:
‒ Папа, когда уезжает в командировку, всегда дарит нам новую историю. Он сам их пишет. Мы хотим, чтобы вы прочитали их.
‒ Особенно последнюю историю, ‒ уточнила Таша. ‒ Она нам больше всех понравилась. Она более взрослая. Она называется «Легенда о рыцаре Олгере Золотом». Эта история про то, как отважный рыцарь спас волшебника и его двух дочерей от злой ведьмы.
‒ Мы думаем, эта история понравится и вам, дядя Олег. И, пожалуйста, не обижайте папу. Он у нас очень хороший и добрый, ‒ попросила Саша, а её сестра проворчала себе под нос. ‒ Мама очень подло поступила. Сделала ему больно, и нам тоже.
‒ Но вы же её всё равно любите, ‒ взъерошил волосы обеих девочек Олег. ‒ Пройдёт время, она обязательно поймёт, как ошибалась. И вы её обязательно простите.
‒ Правда? ‒ в глазах Саши блеснули слёзы. ‒ Они с папой давно уже ничего не делали вместе. Никуда не ходили, не смеялись и не шутили друг над другом, как когда-то наши бабушка с дедом.
‒ А с тобой папа счастлив, ‒ тихо произнесла Таша. ‒ Почему так?
‒ Просто такова жизнь, девочки. Взрослые часто совершают ошибки. Они встречают друг друга, влюбляются. Кто-то вместе проживает многие годы. Но многие расстаются, по разным причинам, иногда просто потому, что любовь уходит. Кто-то живёт и дальше вместе, мучаясь и причиняя боль, а кто-то отпускает, чтобы близкий человек нашёл своё счастье.
‒ Лучше я пока побуду ребёнком, ‒ хмыкнула Таша. ‒ Проблем меньше, жить веселее.
‒ Угу, ‒ поддакнула, зевая Саша.
‒ Давайте спать! ‒ сказал Олег.
Посреди ночи, когда гроза отгремела и ушла, в спальне Кирилла громко зазвонил телефон. Он ответил, и сон сняло как рукой. Олег услышал его приглушенный голос и вышел из гостевой комнаты. Кирилл уже отключил телефон и стоял, прислонившись лбом к холодному оконному стеклу.
‒ Что опять стряслось? ‒ спросил Олег, дотронувшись до его плеча.
‒ Кристина погибла. Ночью на трассе неподалёку от въезда в столицу. Дорога была мокрой, а она не совсем трезвой.
‒ Твою мать! Какого чёрта она рванула туда посреди ночи?
‒ Елена Ивановна сказала, что дочка закрылась на кухне и пила. Потом схватила вещи, ключи от машины и рванула в дорогу. Ей срочно понадобились какие-то документы ‒ то ли загранпаспорт, то ли что-то ещё. Она всё время что-то бормотала. Елена Ивановна не сумела её остановить.
‒ Ты уже позвонил ей?
‒ Сразу после звонка из дорожной полиции. Плачет.
‒ Только не вздумай, Кир, винить себя, ‒ тряхнул его за плечо Олег. ‒ Не ты заливал ей алкоголь, и не ты сажал её за руль. Мы все совершаем ошибки и платим за грехи. Кристина по своим счетам расплатилась сполна.
‒ Я знаю, Олег. ‒ Кирилл потёрся щекой об его руку. ‒ Мне ехать надо. Останешься с девочками до утра? Я позвоню позже Томе, она приедет.
‒ Конечно, ‒ ответил Олег и крепко обнял любимого человека за плечи, делясь своей силой, своей выдержкой, своей неуёмной энергией.
  
Эпилог. О свадьбах, подарках и некоторых гостях
 
Кирилл проснулся рано, но Олега рядом уже не было. Ну да, у него сегодня дел невпроворот, вот и уехал пораньше. Сегодня у всех будет немного суматошный, но всё же радостный день. Кирилл сладко потянулся, зевнул и встал с кровати. В окно светило раннее августовское солнце. Совсем скоро уже сентябрь и школа. Как же Кирилл был благодарен Томке с Пашей, Косте Томилину и ребятам из танцевальной студии за то, что закружили его любимых девочек в круговерти занятий, поездок. Загрузили общением. Наверное, только благодаря этим людям они намного легче перенесли гибель матери. Да, Кристина не была идеальной и у них были проблемы, но как человека её всё равно было жаль. Ведь хорошие моменты в их семейной жизни имелись, и как раз их и хотелось помнить.