Его Луна, или Планета мечты (СИ)

…Площадка-раструб, на которой начиналась гонка, была такой широкой, что на ней спокойно помещался ряд из восемнадцати машин. Рэд знал, что пилот Мараика выступит на подаренном его величеству аэрокаре. «Предвидел бы, как повернется, — подумал капитан, — выбрал бы презент попроще». Тем более у Кацу Ито было преимущество за счет солнечных панелей: в случае столкновения или вылета с трассы у такой машины куда меньший шанс взорваться. Рэд беглым взглядом оглядел аэрокары: на многих стоял какой-то самодел типа задних антикрыльев, странных приспособлений с выходящими на капот трубками и дополнительных обтекателей — так что заранее не было известно, что и от кого можно ожидать.
По специальному сигналу все пилоты надели шлемы и заняли места. Прозвучал гонг, и болиды разом дернулись, набирая скорость. Широкое поле довольно быстро должно было завершиться узким каньоном. В ряд там могло поместиться самое большое две машины, и те будут друг друга толкать и тормозить. По высоте — максимум три. Лидирующие аэрокары, опережающие «МакЛарен», уже сошлись у раструба. Ожидаемо возникла толчея, и первых неудачников, желающих ворваться в проем одновременно, уже раскидало в стороны. На самый верх, памятуя про защитное поле и несчастный случай, никто не лез.
Рэд давно не участвовал в заездах, но продолжал ощущать «МакЛарен» как часть своего тела. Собственно, именно поэтому он раз за разом покупал одну и ту же модель, просто модернизируя ее. Сейчас капитан увидел, что между верхним аэрокаром и щитом есть щель, позволяющая проскользнуть. Зазор был невелик, и Лео Кальцоне просто ради выигрыша в гонке не стал бы рисковать. Но у Джарэда Леграсса выбора не было. Уступи он сейчас, на старте, потом вернуть преимущество будет в разы тяжелее.
Рэд рванул аэрокар вертикально вверх, а следом в горизонталь, скребнув брюхом машины по лобовому стеклу ниже летящего болида. Даже через шлем был слышен противный скрежет, но капитан, не обращая на него внимания, добавил газа. Дальше маршрут круто уходил влево, впрочем, тренируясь неделями, несложно было вписаться. Однако, учитывая, что маневр проделывало много машин, были уже и первые влетевшие в стену. Вроде обошлось без взрывов, хотя Рэд себе приказал вообще ничего не замечать. Только он, соперники и трасса.
Посередине каньона в шахматном порядке располагались толстые столбы. Пролететь напрямую невозможно — предстоял слалом. Капитан чуть накренил аэрокар — это позволило при прохождении «змейкой» максимально сохранять скорость. Прямо у него на хвосте сидел еще один болид, поэтому приходилось всё время подгонять высоту, чтобы не дать себя обойти. И тут, выруливая из очередного поворота, в поле зрения парня попал притормозивший спереди аэрокар. Место было широкое, поэтому первая мысль, которая пришла в голову Рэду, — техническая неисправность. Но нет. Одна из труб «пострадавшего аэрокара» резко выплюнула вязкую черную жидкость. Капитан успел завалить машину вбок, так что основной поток попал на днище и, судя по зеркалу заднего вида, залил стекло ничего не подозревающего преследователя.
Парень мотнул «МакЛарен» в исходное положение — сомневаться не приходилось: удар был направлен на него. Кто-то пожертвовал своим местом в гонках, чтобы обеспечить Кацу Ито победу. А значит, новой подлости можно ждать в любую секунду. Ровный участок позволял нарастить скорость. Рэд выжал до четырехсот километров в час. Вдавило в кресло. Стекло, всё-таки частично заляпанное смолой, сужало обзор. Впереди ждало новое препятствие — «гильотина».
Огромный створ падал к земле в равные промежутки времени, потом возвращаясь назад. Чтобы не размазаться о металлическую стену, нужно было в любом случае тормознуть и поймать момент открытия. Раз-два-три-четыре-пять-шесть — упал. Раз-два-три-четыре-пять-шесть — упал. И заново. Это как танцы. Как танцы, которые он, черт побери, не любил! Рассчитать. Поймать ритм. Вписаться. Кажется, в последний миг проносясь над самой землей под только-только начавшим подниматься створом, Рэд даже зажмурил на долю секунды глаза, ожидая удара. Но нет, пронесло.
 
По идее это был худший отрезок. Кто лидирует? Красный королевский «Мак», зеленая машина Сияния и синий незнакомый болид. Впереди опять прижим и развилка. Трасса была короче и прямее слева, но все трое ринулись туда, расталкивая друг друга на стены и высекая искры. Рэд рискнул свернуть в правый каньон, более длинный и извилистый, зато полностью свободный. Счет шел на мгновенья, и он это понимал.
В голове, как набатом: тик-так, тик-так. Вылет в общую зону — труба. Рэд резко выжал тормоза, чтобы не промахнуться в кольцо трехметрового диаметра. Грудь вдавилась в ремни так, что на секунду перехватило дыхание. Почему он один? Где остальные?! Лететь, не отвлекаться! Он знает трассу. Сейчас будут вылет из трубы и резкий подъем. Выжать тормоз, ручку до отказа на себя. Ну же, родной, не подведи! Вырулил. Вырвался. Вот оно, финишное поле, широченное, но купол прямо надо головой — полметра и пропал.
Следом сразу выскочили Кацу Ито и синий аэрокар. Японец прибавил скорости и вырвался вперед. Капитан тоже хотел поднажать, но что-то придержало его руку. Фары красного аэрокара резко погасли. Рэд интуитивно тут же заглушил двигатель «МакЛаренa». Видимо, подсознание быстрее сообразило, что дальше произойдет. Машину Рэда откинуло немного вбок взрывной волной, прилично погасив скорость. Идущий чуть поодаль синий болид, не ожидавший, что вся электроника разом вырубится, не справился с управлением и на всей скорости налетел на машину Ито. Королевский болид выкинуло на щит, прошивая аэрокар синими молниями. Мимо, как ни в чем не бывало, пролетел гонщик Сияния, выруливший на поверхность позже остальных. Рэд активировал двигатели и финишировал вторым.
С того момента, как капитан бросил курить, прошло почти полтора месяца. И впервые с тех пор ему отчаянно захотелось взять в руки сигарету и затянуться. Гонка была проиграна. Но уговор был «если победителем выйду я». И у этой фразы были свидетели. Кацу Ито ему проиграл. Рэду не нужна была награда, главное, что его семья будет жить. И получит возможность улететь с этой планеты.
 Глава 47 
Селена поняла, что езда на лошади верхом — это адское спортивное упражнение, уже через полчаса после отъезда. Руки, которыми она держалась за Фиравела, быстро затекали. Спина от постоянного напряжения ныла. О том, что ниже, и говорить не приходилось. Чтобы легче переносить все эти тяготы, Селена себе каждые десять минут напоминала, ради чего она на такой кошмар согласилась. Но к концу третьего часа и этого утешения уже не хватало.
— Князь, умоляю! — в итоге сдалась она. — Давайте хотя бы немного пройдемся пешком и разомнем конечности!
Фиравел, увидев через плечо ее мученический вид, притормозил коня и помог спешиться. В первые минуты Селене мерещилось, что она и шагу ступить не сможет. Но вскоре эта способность к ней вернулась, и она бодро заспешила по дороге.
— Нам еще около часа, если продолжим верхом, — виновато проговорил князь. Выбранный им способ передвижения неоспоримо был самым быстрым, но, как оказалось, и весьма проблематичным.
— Хорошо, — страдальчески поговорила девушка. — Сейчас прямо немного пройдемся и дальше поскачем!
Фиравел шел рядом, ведя под уздцы коня, и то и дело поглядывал на девушку. Складывалось впечатление, что он очень хочет задать какой-то вопрос, но никак не решается.
— Спрашивайте уже! — усмехнулась Селена. — Я не кусаюсь.
Юный князь порозовел.
— Почему вы все стали спасать его высочество? Вы же и сами рискуете?
— Во-первых, он человек…
— Он эльф! — возразил Фиравел.
— В том смысле, что я говорю, это не имеет значения. Во-вторых, насколько мы успели его узнать, он порядочный… эльф, то есть не заслуживает смерти. В-третьих, мне кажется, он нам начал становиться другом. А друзей вообще ни при каких обстоятельствах в беде не бросают.
— Вы верите в дружбу? — несколько обескураженно спросил юноша.