Его Луна, или Планета мечты (СИ)

— Рэд, но ты же в этом не виноват…
— Виноват! — жестко перебил капитан, открывая глаза и садясь на край кровати к Селене спиной. — Мало того что я его подначил. Я его, можно сказать, соблазнил тем, что дал свою машину. Мы поменялись аэрокарами на тот заезд. Дальнейшие слухи, что нас заказали, имели основание. В моей машине что-то сдетонировало. При другом раскладе она абсолютно никак не могла потерять управление на том участке. Диего погиб, а должен был я.
— Никто не должен был! Ты не отвечаешь за тех, кто это подстроил!
— Мне надо было раньше понять, что пора соскакивать с этой иглы!
— Ты не можешь просчитать всё на свете!
— Это должен был предвидеть! После той гонки я завязал. Диего фактически спас мне жизнь. И я должен был распорядиться ей как-то по-умному.
Селена подползла к капитану и обняла его со спины.
— Прости, что разбудила тебя! Больше ни о каких тайнах не буду спрашивать! Обещаю!
— Не обещай то, что не сможешь выполнить, — хмыкнул Рэд и, слегка развернувшись, легонько щелкнул невесту по носу. — Но в следующий раз дождись всё-таки утра…
* * *
Дни Вестеле превратились в единую серую рутину. Часть ее сознания была поглощена мыслью, каким образом заполучить у Мараика заветные волосы? Можно было бы попробовать подкупить камердинера, чтобы тот снял несколько в ванной или с расчески. Местные барышни забавлялись приворотами, так что подобная просьба не удивила бы прислугу. Но с недавних пор камердинером у Мараика был его человек. Да к тому же такой мордоворот, что Вестеле ни рискнула бы к нему приближаться и на пушечный выстрел! Попробовать перехватить вещи у прачек? Ну так не факт, что те волосы вообще его будут…
Вторая же половина разума Вестеле только и просчитывала, как сделать так, чтобы в принципе с князем больше не встречаться. Последний разговор вышел крайне неприятным, даже если не брать во внимание, что князь распустил руки. Хотя почему же не брать? Мозг Вестеле как раз и думал почти без остановки, как, живя во дворце, снова не быть зацапанной в эти мерзкие объятья. Девушку передернуло от отвращения, и где-то под ложечкой засосало ранее незнакомое чувство уязвимости. После сцены в беседке княжна чувствовала себя как измазанная сажей, и было постоянное желание отмыться. Ну и как при таком раскладе получить волоски, чтобы уже окончательно убедить всех, что этот стремительно взлетевший в высшие круги Валинора эльф отнюдь не ее кузен?
От Анариона известий по-прежнему не было. Но, может, оно и к лучшему. Планета маленькая, и все плохие новости стекаются в столицу очень быстро. Княжна перемещалась по замку, словно тень, — она старалась быть на людях, чтобы избежать недвусмысленного внимания со стороны Эванеску, и в то же время всегда была в полном одиночестве, практически не общаясь с ними и оставаясь погруженной в свои мысли.
Вот и этим утром, убедившись с анфилады, что Мараик занят тренировкой, Вестеле поспешила в конюшню. Ее Мускат, красавчик бело-рыжей масти, уже заждался гостинцев. В Серебряном Ручье княжна ежедневно совершала конные прогулки. Здесь же, опасаясь преследований князя, она старалась не покидать дворца. Во всяком случае, пока не вернется принц.
Конь, счастливо причмокивая, уже доедал второе яблоко, когда за спиной девушки раздался голос, полный сарказма.
— Что же вы так, сестрица?! Хотели родниться, а теперь меня избегаете?
Дыхание на миг перехватило, и сердце замерло, чтобы снова забиться в удвоенном темпе. Страх роем мелких иголочек пробежал по телу Вестеле, но она постаралась казаться невозмутимой.
— Ну что вы, князь, просто много всего навалилось, — безупречно улыбнулась девушка и постаралась прошмыгнуть мимо мощной мужской фигуры к выходу.
Вестеле уже почти удалось переступить порог, когда Эванеску с силой схватил ее за предплечье, причиняя боль, и, дернув в сторону, припечатал к дощатой стенке стойла. На мгновенье потемнело в глазах, но пойманная в ловушку княжна не собиралась сдаваться. Однако оттолкнуть Мараика оказалось так же сложно, как подвинуть скалу. Князь нависал над ней с наглой усмешкой, осознавая свое превосходство и наслаждаясь уязвимостью девушки. Его рука железной хваткой удерживала Вестеле за плечо. В следующую же секунду Эванеску впился в губы княжны жалящим поцелуем. Это было противное, чужеродное ощущение, совсем не то, которое Вестеле хранила в памяти все годы разлуки со своим женихом. Девушка постаралась сжать зубы, но даже здесь князь был сильнее.
 
К жуткому ощущению беспомощности добавился неконтролируемый ужас, когда княжна осознала, что свободной рукой Мараику удалось задрать ее юбку, вторгаясь коленом между ног и не давая дернуться. Ладонь князя уже нагло скользила по оголенному бедру девушки выше чулка, как вдруг Вестеле в порыве неконтролируемого отчаяния схватила мучителя за волосы и резко дернула его голову назад, чтобы отстранить от своего лица. Не столько из-за рывка, сколько от удивления Эванеску отстранился.
— А ты горячая штучка, да? — развязно хмыкнул он, отвратительно улыбаясь. — Но в общем права — конюшня не место для первого раза.
После этих слов князь отпустил свою добычу так же внезапно, как поймал, и стремительно вышел. Сердце Вестеле отчаянно билось, а перед глазами стояла пелена. Парализованная страхом, она едва дышала, понимая, что в этот раз спаслась. В коридоре всё еще слышались гулкие удаляющиеся шаги. И лишь когда они стихли, ноги девушки неожиданно ослабли, и она сползла на грязный холодный пол. От пережитого шока и унижения хотелось разрыдаться, но слезы будто застряли комом в горле. Давясь, девушка постаралась выплюнуть изо рта следы мерзкого поцелуя. Затем несколько раз рефлекторно с остервенением вытерла губы. Гадкое чувство оскверненности не проходило. Только в этот момент Вестеле заметила, что руку, которой она дернула за волосы князя, до сих пор держит сжатой в кулак. Не без труда она разжала кисть. На ладони лежало несколько выдернутых волосков. Княжна торопливо накрутила их на палец и, сняв этот крошечный «моток», поспешила спрятать в маленький кошель на поясе.
Скорее бы вернулся принц! Она тогда сразу поедет к ясновидящей и подтвердит для всех, что какой-то коварный демон принял личину ее жениха. Скорее бы! А то может стать поздно: князь Ясеневого Леса спас жизнь королю, и тот очень ему благоволит. Полдворца уже заискивают перед Эванеску, шепчась по кулуарам, якобы он будет следующим первым советником. Прошлого же давно было надо отправить на пенсию. Но Вестеле всерьез опасалась, что Мараик не остановится и на этом. А если кузен дорвется до неограниченной власти, то ее жизнь точно кончена. В этот момент девушка осознала, что если она не желает воплощения данного сценария, то надо срочно прекратить жалеть себя и отправить принцу голубя. Анариону необходимо при первой же возможности вернуться в Аэркарас. Иначе они оба, считай, мертвы.
 Глава 30 
На удивление в первую ночь в замке Анарион впервые за много дней нормально выспался. То ли воздух здесь был благоприятный, то ли перина особенно мягкой. Принцу даже снились какие-то сны: не напрягающие мозг, а, наоборот, расслабляющие и приятные. Их содержания Анарион не помнил, но после пробуждения осталось приятное послевкусие. Принц потянулся на кровати, совершенно не желая из нее выбираться. А может, ну его, сегодняшний выезд на осмотр? Днем больше он тут пробудет, днем меньше, вряд ли кто-то его хватится. Но потом непрошено всплыло в памяти лицо отца и Эванеску. Анарион в душе выругался, что позволил себе забыть о такой серьезной проблеме, и, сев на постели, позвонил в колокольчик.
Камердинер, видимо, уже томящийся под дверью, тотчас влетел в комнату.
— Давай мне полную боевую экипировку, и сколько уже времени?
— Сказали, как только вы встанете, велеть накрывать в гостиной второй завтрак.
Анарион присвистнул — это же, значит, где-то одиннадцать.
— А почему не разбудили, как обычно?