Его Луна, или Планета мечты (СИ)

— И я. Но я привычный.
— Я тоже. В операциях, бывало, и по трое суток не спишь.
— Так там же со стимулятором.
— Когда да, — кивнул Питер, — а когда и нет. Или вовремя не подвезли. Или уколол уже столько, что крышу сносит. А без мозгов в тех местах нельзя.
— Воевали?
— Четыре года в горячих точках. Это уже после ранения в охрану перевели.
Непринужденно так сказал «после ранения». Хотя Рэд от своего инструктора много историй слышал и знал, что всякие мелкие прострелы, рассечения и так далее залечивались в капсулах прямо на месте и солдат тут же возвращали в строй. Раз Питера комиссовали, значит, травма была значительная. Рэд бегло оглядел парня, хотя под комбинезоном толком не разберешь, протезы это или нет. Питер заметил и рассмеялся.
— А вы шарите! Нет, конечности свои, ничего не оторвало. А вот печень, селезенку и обе почки пришлось заменить. Но вроде нормально прижились, работать могу, нагрузки переносить тоже. Вы только… не распространяйтесь про это, пожалуйста. Руководство знает, а чтобы остальные — не хочу.
— Конечно, — едва нашелся что сказать Рэд.
— А вы зачем прилетели сюда один, рискуя после закрытия щита?
Капитан усмехнулся.
— Наверное, правильнее было бы сказать: потому что я в какой-то мере отвечаю за людей, ведь я посол этой планеты. Но если по-честному, то из-за девушки, спящей в соседней комнате. Селена — моя невеста.
Питер кивнул, как будто что-то такое и предполагал. Парни несколько минут помолчали.
— Слушайте, не мое дело, конечно, — слегка смущаясь, неожиданно заговорил Вальц, — но Селену рвало полпути сюда. Может, токсикоз?
Рэд остолбенел. Пару секунд, кажется, вообще не возникало в голове никаких мыслей. Потом он с сомнением выдавил:
— Не должно. У меня инъекция на полгода. И Сел всегда плохо переносит тряску.
— Регенералку в этот период кололи?
— Я? — растерянно переспросил Рэд, погруженный в свои мысли. — Трижды.
— Будьте уверены, ваша инъекция уже не работает. Регенералка в разы ускоряет все обменные процессы в организме.
Сейчас, когда Питер произнес это вслух, Рэду новая информация показалась более чем очевидной. Почему она не приходила ему в голову раньше? И почему об этом медики не говорят?! Последнюю мысль капитан, по всей видимости, произнес вслух, потому что Питер ответил:
— Ну вы же гражданский. Никто не думает, что вы станете использовать такую сыворотку.
Рэд прислушался к своим ощущениям, пытаясь осознать, что он чувствует. Любимая девушка, сладко смотрящая сны в соседней пещере, может носить под сердцем его ребенка. Он представил, как будет округляться Селенин животик… Уже даже вообразил, как положит на него руку и почувствует легкие, едва ощутимые толчки. Всё сознание капитана затопила такая незамутненная радость, что хотелось прямо сейчас побежать вниз и расцеловать девушку.
Пленка силового порога заискрилась.
— Отключается, — тоскливо произнес лейтенант.
Рэд быстро отстегнул с пояса свой аккумулятор, протянул Питеру. Тот взял, но все же с сомнением спросил:
— А как же вы?
— Я, если что, на аэрокаре.
Питер заменил блок. Щит снова стал колыхаться ровной прозрачной пленкой. Но Рэд решил на всякий случай оставаться здесь до рассвета. В случае чего два человека с бластерами всегда надежнее, чем один.
* * *
Мараик с Анарионом едва успели выйти из платяной лавки, как к ним подбежал только что спешившийся всадник. Он что-то быстро доложил принцу на синдарине.
— Кажется, у нас проблемы, — пояснил принц, обернувшись к Эванеску. Его юное лицо заметно помрачнело. — Твой дядюшка с патрулем не вернулись с объезда западной границы. В седле сидеть сможешь?
Мараик кивнул, впервые порадовавшись своему нищему детству: на его родной планете практически не было техники, и мальчишки сызмальства приучались ездить на лошадях, чтобы пасти скот. У него, правда, многие годы не было практики, но он надеялся, что это такой же рефлекторный навык, навсегда впечатывающийся в память, как, скажем, плавание.
 
Отряд принца Анариона состоял из десяти по-разному вооруженных всадников, среди которых были и лучники. От встречающих эльфов их одежда отличалась разве что цветом — плащи, рубашки, брюки были темно-зеленые, но все до одного с визоплазами на рукавах. Анарион единственный в наступившей темноте выглядел в прямом смысле как белая ворона. Идеальная мишень. Мараик слишком уповал на помощь принца в своем вопросе, чтобы смолчать об этом. Но говорить не пришлось. Анарион привычным жестом вытащил из седельной сумки хорошо знакомый Шустеру по армейской службе форменный комбинезон цвета хаки и натянул его прямо поверх своих брюк и камзола, перекрепив наружу только пояс с кинжалами. «Интересно, а пользоваться-то ими он умеет или чисто для статуса?» — промелькнуло в голове у Алекса. Только в этот момент он понял, что сам до сих пор абсолютно безоружен.
— Лишнего кинжала не найдется? — уточнил Эванеску у принца.
На что тот повернулся и с полнейшей искренностью спросил:
— Зачем тебе? У нас охраны десять человек. Считай, мы просто едем на небольшую конную прогулку.
Мараик скрежетнул зубами, теперь стало ясно, что принц ему все-таки полностью не доверяет. Ладно, как говорится, еще не вечер, втираться в доверие Шустеру не привыкать.
Отряд ехал слаженно и практически бесшумно. Сначала по уже знакомой дороге, затем, свернув в лес, по проселочной. Темп принц задал не слишком быстрый, поэтому Шустеру было несложно держаться в седле. Хотя… Алекс уже предвкушал, какой раскорякой он встанет завтра с постели, с непривычки-то.
Лес, обступающий дорогу, выглядел словно гигантская нависающая волна. С той лишь разницей, что она не заканчивалась. Лунный свет сюда практически не проникал, едва-едва попадая в щель межу почти сомкнутыми над дорогой зелеными гребнями. Шустер ни черта не мог рассмотреть и уже множество раз пожалел, что не захватил с транспортника рюкзак с самым необходимым. Прибор ночного видения сейчас бы пригодился, как никогда.
— Далеко до границы? — шепотом спросил Эванеску, стараясь, чтобы его голос не сильно выделялся на фоне шелеста листьев, потрескивания насекомых, уханья совы и других естественных звуков.
— Мы едем по ней, — так же тихо ответил Анарион, жестом приказывая молчать.
Еще около получаса отряд продвигался в тишине. Потом ведущий поднял руку, призывая остановиться. Из-за темноты и своего места в середине колонны Шустеру было не разглядеть, что там впереди происходит. Но, увидев, что Анарион спешивается, он тут же спрыгнул следом. В кольце охраны они с принцем прошли вперед процессии. В тусклом свете луны на дороге лежало четыре трупа.
 Глава 7 
Видимо, здесь была засада, потому что, судя по позам и лицам, нападения князь с отрядом не ожидали. Всего один из охранников успел выхватить кинжалы. Князь Серебряного Ручья был убит прямым попаданием стрелы в сонную артерию. Один из телохранителей — тоже стрелой в горло. Повреждения двух оставшихся не были такими явными, но изломанные тела намекали на ту самую уловку с воздушными пассами, которую Шустеру уже удалось увидеть при посадке.
— Эти двое убиты с помощью Силы, — ответил принц на невысказанное Эванеску предположение. — Значит, нападавшие не бродячая банда, а такие же эльфы. Скажите, лорд, как часто князь самолично выезжал на осмотр границ? — обратился Анарион к сопровождающему отряд управляющему Серебряного Ручья.
— За многие годы впервые, — сокрушенно пробормотал тот, не сводя взгляда с трупов.
— А сколько обычно человек в патруле?
— Шесть…
— Смотри, Мараик, князь впервые за долгое время отправляется в дозор сам, причем всего с несколькими людьми. Один из которых — начальник стражи, а значит, с особо приближенными. Что бы ты подумал?
Вывод напрашивался сам собой, Шустер его и озвучил: