Туманный колокол

— Ты и так много сделала для нас, Полли, — произнес герцог. — Поэтому не выдумывай, а иди собираться. Иначе Вилли убежит в город без нас.
Это точно! Собиралась я быстро, и, как и обещал Этьен, чуть менее часа спустя мы уже шагали по городским улочкам, оставив экипаж под присмотром у ворот. С удивлением поняла, как же я отвыкла от привычной жизни! Город казался слишком оживленным, а ведь это не столица, всего лишь провинциальный городок, в котором раз в десять меньше населения. Всюду бурлило веселье. Лавки распахнутыми дверями словно приглашали покупателей. Манили уличные балаганы. У Вильяма сияли глаза, и если бы Этьен сжимал его руку менее крепко, мальчишка уже сбежал бы от нас.
— Пап, ну пойдем туда! — тащил он отца к очередной диковинке. Я только посмеивалась. Видели бы в столице, как умело вьет веревки из грозы тайной службы двенадцатилетний мальчишка. Вилли достиг в этом сложном деле мастерства. Конечно, Этьен ему позволял сам, и оба испытывали радость, а вместе с ними и я. Так давно не чувствовала себя частью семьи! А Этьен и Вилли снова подарили мне это ощущение. Я думала о хорошем, прогоняя дурные мысли.
— Папа, смотри!
Этьен нырнул в толпу следом за сыном. Я засомневалась, стоит ли повторять их подвиг, и решила подождать. Все равно без меня не уйдут. Четверть часа спустя Этьен и Вилли выбрались обратно. Оба страшно довольные, напоминая двух заговорщиков.
— Что вы задумали? — спросила я.
— Дома узнаешь, — улыбнулся Вильям во весь рот и умчался к очередной лавчонке.
— Он никогда не устает, — то ли пожаловался, то ли похвалился герцог Дареаль. — Неугомонный. Весь в мать.
— Я думаю, не только в нее, — ответила с улыбкой. Легко было представить герцога Дареаля в том же возрасте, что и Вильям. Такого же неугомонного. Особенно сейчас, когда сам Этьен раскраснелся от легкого морозца и многочасового блуждания по городу. Он сразу стал казаться моложе. Самое удивительное, что на нас никто не обращал внимания. Видимо, горожане редко видели хозяина замка Дареалей и никак не могли подумать, что он станет покупать подарки в маленьких уличных магазинчиках, а не закажет их где-нибудь в столице.
Наконец мы вернулись в экипаж. Этьен тащил огромную гору свертков. Когда кучер увидел хозяина, то охнул от удивления и кинулся помогать. Наверное, он тоже не ожидал подобной картины. Домой мы ехали довольными и счастливыми. Вилли трещал без умолку, тыкал пальцем в окно, выслушивал лекцию, что это некрасиво, и тыкал опять. То на причудливое дерево, то на птицу на ветке. А замок за время нашего отсутствия преобразился еще больше. Украшенный, он весь сиял. Наверное, давно здесь не встречали праздники с таким размахом.
— Ух ты! — радостно воскликнул Вильям. — Красиво!
И правда было красиво. Иллюминация в саду, которая ночью должна была выглядеть просто восхитительно, многочисленные огоньки в окнах, гирлянды из живых цветов. Удивительно.
— Отдохни, Полли, — сказал герцог Дареаль. — Через час подадут праздничный ужин, а потом придут музыканты. Ты любишь музыку?
— Конечно. Кто ее не любит?
— Я тоже так подумал. Поиграют нам, а потом пусть прислуга веселится. Так странно. Я думал, буду ждать этого дня с ужасом, а оказалось, что еще можно быть счастливым.
— Потому что Вилли счастлив. И это так заразительно!
— Ты права.
Я попрощалась с Этьеном и поднялась в свою комнату. Надо было немного отдохнуть и переодеться к ужину. Я прилегла ненадолго. Смотрела в потолок и вспоминала прошлогоднюю ночь смены времен. Как раз начались зимние каникулы — традиционное время балов. И тот вечер мы с Анри проводили вместе на городском балу. Уже падал снег, и мы стояли у окна. Анри рассказывал что-то о службе. Сейчас сложно было вспомнить что. А я упивалась идущим от него светом. Рядом с ним всегда было по-особенному тепло. Нигде и никогда больше я не ощущала себя так спокойно. Вокруг было столько людей, а мы никого не замечали, и потом, наплевав на приличия, скрылись в зимнем саду и целовались, пока не видят наши родители. Вспомнился граф Виктор Вейран — спокойный, величественный. И его супруга графиня Анжела в ярко-зеленом платье. Она безмятежно улыбалась. Фила с ними, конечно, не было, как и всегда. Я только сейчас задумалась почему. Граф Вейран всегда прикрывался возрастом младшего сына, но в конце зимы Филу должно было исполниться шестнадцать. Значит скоро у него день рождения. Надо будет, когда вернусь в столицу, попросить Пьера передать ему подарок. Шестнадцатого февраля. Да, точно. Я улыбнулась воспоминаниям. Они больше не приносили боли. Наоборот, согревали. С Анри я действительно была счастлива.
 
Поднялась с кровати и подошла к окну. Уже почти стемнело — зимой темнеет рано.
— Люблю тебя, — прошептала в пустоту. Конечно, Анри меня не услышит, но все-таки…
Пора собираться. Позвала служанку. Она помогла мне надеть праздничное платье — Этьен настоял и не желал слушать возражений. И как мне отплатить ему за доброту? Платье было бледно-голубым, украшенным мелкими бутонами синих цветов, больше похожих на полевые, и тонкой серебристой паутинкой. Я взглянула в зеркало. И все-таки я сильно изменилась. Стала старше, наверное. Сдержала тихий вздох и пошла в парадную столовую.
Этьен и Вильям уже были там.
— Полли, ты такая красивая! — тут же кинулся ко мне Вилли.
— Прекрасно выглядишь, — кивнул Этьен. — Позволишь проводить тебя к столу?
Но раньше, чем успела ответить, мою руку перехватил Вильям и увлек к стулу. Сам сел напротив, а Этьен занял место во главе стола. Слуга наполнил вином наши бокалы. Только Вильяму досталось совсем немного, и он забавно фыркнул.
— Мал еще, — шикнул на него отец.
В кои-то веки Вильям промолчал, а Этьен взял в руки бокал.
— В ночь смены времен принято благодарить за все минувший год, — заговорил он. — Мне трудно его благодарить, но все-таки он принес нечто такое, что я ценю. Я благодарен уходящему времени за то, что стал по-другому ценить семью. За то, что лучше узнал собственного сына. И что познакомился с тобой, Полина. Да, о многом можно пожалеть, но пусть прошлое останется в прошлом, а в будущем будут только светлые дни.
Я улыбнулась. Действительно, сложно было благодарить этот жуткий год. Но я благодарила его за то, что жива, и Анри, пусть далеко, но все же жив. Что я познакомилась с Пьером, Филиппом, Этьеном, Вильямом, и среди всех людей, на которых я надеялась, были те, что меня оттолкнули, но нашлись и те, кто протянул руку помощи. Да, их было немного, но тем ценнее. Вилли и вовсе что-то перечислял шепотом довольно долго. Бокалы со звоном соприкоснулись, я пригубила вино. Как необъяснимо нами играет жизнь. Ни одного хода нельзя угадать. Ни одного поворота. Пусть новое время прояснит хоть что-то.
За ужином мы обсуждали наши дневные покупки, болтали, смеялись, и мне было легко и хорошо. А затем перешли в небольшой зал, где уже разместились музыканты. Играли они замечательно. Вилли тут же позвал меня танцевать, и под смех Этьена мы кружились по залу под тягучую мелодию скрипки и переливы флейты.
Прекрасный день. Уже перевалило за полночь, когда Этьен и Вилли заговорщицки переглянулись. Вильям исчез куда-то, а затем вернулся с маленькой шкатулочкой.
— Это тебе. С праздником, — протараторил он.
В шкатулке оказался набор шпилек, украшенных бабочками, которые под магией так походили на настоящих!
— Спасибо, — обняла я мальчишку. — Спасибо, Этьен.
Герцог кивнул с улыбкой, а Вилли тут же вставил пару шпилек в мою прическу. Получилось забавно — будто цветы запутались в волосах, и к ним прилетели бабочки. Мы отпустили музыкантов, и вскоре звуки инструментов послышались из другого крыла замка, а мы разместились перед камином в гостиной и играли в шарики, а затем просто сидели и смотрели на огонь. Вилли уснул, опустив голову мне на колени. Я боялась пошевелиться, чтобы его не разбудить.
 
— Волшебный вечер, — тихо сказал герцог Дареаль.
— Да. Я очень благодарна тебе, Этьен. Не знаю, что бы делала без вас с Вильямом.