Несущий смерть

Каннингам долго объясняла, что у вдовы Фрэнка есть деньги и что теперь она получит еще полмиллиона страховки. Она описала дом в Уимблдоне и упомянула о двух девочках и бывшем сожителе миссис Брендон.
Анна внимательно слушала, удивляясь тому, что Каннингам, по всей видимости, в чем-то подозревает Джулию Брендон. Речь Каннингам была прервана появлением сотрудника лаборатории.
Каннингам широко улыбнулась ему;
— Ого, да нас обслуживают по высшему разряду. Знакомьтесь все: Пит Дженкинс, он возглавляет команду экспертов.
В комнате раздался одобрительный гул. Дженкинс узнал Анну и улыбнулся ей, а потом спокойно подошел к информационной доске и встал рядом с Каннингам.
Вынув из толстого портфеля несколько папок, он заговорил:
— Чувствую, вам не терпится услышать, что мы на сегодня выяснили. Понятное дело, в лаборатории вы узнаете намного больше, но…
— Что там с пальцами? — перебила его Каннингам.
— Мы сняли довольно много отпечатков и сейчас проверяем их по базе, но этим занимаюсь не я. Я же хотел бы поговорить о пятнах крови, потому что они, на мой взгляд, имеют самое существенное значение.
Дженкинс прикрепил к доске большой лист, разделенный на четыре части: на одной была изображена дверь со следами пулевых отверстий, а на трех следующих — пятна и капли крови на месте убийства.
Он достал ручку и продолжил:
— Первые пули прошли сквозь эту дверь. Как видите, я отметил рост жертвы — метр восемьдесят. Стрелявший был значительно ниже — я бы сказал, около метра семидесяти. Он сделал три выстрела в жертву через дверь. Затем, полагаю, открыл ее и при открытой двери выстрелил снова, в голову и лицо жертвы.
Дженкинс указал на красные отметки:
— Видите, кровь как раз на уровне роста жертвы, однако еще важнее следы крови на стене за спиной убитого. Явно видно, что прямо за ним кто-то стоял. Рост этого человека, полагаю, примерно метр девяносто. Он должен был быть весь в крови жертвы.
Дженкинс открыл блокнот.
— Мы нашли следы в том месте, где должен был стоять этот человек. Сначала следы повернуты в сторону жертвы, а потом шесть четких следов отпечатались в крови, когда человек уходил; дошли до входа в дом, затем исчезли. Размер обуви, вероятно, одиннадцатый, что вполне соответствует указанному росту второго человека.
Он пролистал страницы блокнота.
— Еще мы нашли отпечатки ног в кроссовках и очень много отпечатков пальцев, среди них — отпечатки со следами пороха на карнизе и деревянной планке окна в дальней части квартиры. Как я сказал, все их проверяют по базе данных.
Возможно ли, что человек, приехавший с Фрэнком в притон, — один из участников убийства? А может, Фрэнк приехал к торговцам из-за него? Размышляя об этом после совещания, Анна делала разные пометки в блокноте, когда раздался стук в дверь. Дженкинс.
— Я знаю, что вы первая обратили внимание на следы крови на стене, — сказал он, закрывая за собой дверь, — но специально приехал, чтобы сказать о них до того, как вы отправитесь в лабораторию.
— Спасибо от всей команды. Не помню, чтобы кто-нибудь из экспертов приходил в совещательную. Думаю, пятна — очень важное обстоятельство, может быть не менее важное, чем отпечатки пальцев.
— Может, выпьем как-нибудь вместе?
Анна слегка опешила:
— Думаю, мы теперь будем часто встречаться.
— Как насчет сегодня?
— Гм, не могу обещать. Боюсь, нас тут всех на уши поставят после вашей информации.
— Может, дадите мне свой номер и я попозже позвоню?
Анна колебалась. До нее вдруг дошло, что он приглашает ее на свидание. Она рассмеялась и покачала головой, записывая номер своего телефона на отрывном листке.
Он положил листок в бумажник.
— Тогда до скорого? — улыбнулся ей и вышел.
Она с улыбкой смотрела ему вслед. Ей приятно было его приглашение — парень вполне симпатичный. Но тут зазвонил телефон, и ей пришлось переключиться на дела. Звонила Каннингам с просьбой прийти к ней в кабинет: прибыл Дэвид Раштон.
Когда Анна присоединилась к ним, обсуждение было в разгаре.
 
— Я обязан соблюдать требование конфиденциальности, — говорил Раштон. — Я не могу обсуждать с вами финансовое положение миссис Брендон, могу лишь сказать, что она хорошо обеспечена и имеет солидные сбережения на свое имя и на детей.
— А теперь еще и страховку за мужа отхапает, — заметила Каннингам.
— Мне это известно, поскольку я сам оформлял все документы.
— Почему?
— Что значит — почему? И вообще, вряд ли вас это касается.
— Касается. Мистера Брендона недавно убили.
Раштон на секунду задумался, потом пожал плечами:
— Он работал шофером и охранником. Страховка была лишь мерой предосторожности, если с ним что-нибудь случится. Как видите, мое решение оказалось правильным.
— На кого он работал?
— Честное слово, не знаю. Мне известно лишь то, что сообщила мне миссис Брендон. Кажется, он еще не получил эту работу, когда мы оформляли страховку.
Каннингам взглянула на Анну — что-то тут не так.
— Значит, он сказал, что устраивается на работу?
— Ну да, я же сказал — он надеялся что-нибудь найти.
— Но вам неизвестно у кого?
— Нет.
Каннингам со вздохом принялась чертить что-то в своем блокноте.
Анна чуть наклонилась вперед:
— Что вам известно о прежнем партнере миссис Брендон?
Раштон напрягся.
— Вы сказали, что ее хорошо обеспечили; может быть, вам известно, кто это сделал? Мы, разумеется, и сами можем это выяснить, но всем было бы проще, если бы вы нам немного помогли.
— Они не были женаты.
— Мы знаем, — настаивала Анна, — но дети его, верно?
Раштон пожевал губами.
— Мистер Раштон, в чем дело? Вы, очевидно, знаете, кто это, и сказали, что несете ответственность за финансовое положение миссис Брендон…
— Дети родились с разницей в два года, при помощи экстракорпорального оплодотворения. Прежний партнер миссис Брендон сейчас живет на Бермудах.
— Чудно, — Каннингам подняла глаза к потолку, — а нельзя ли узнать его имя?
— Он вряд ли вернется в эту страну.
Каннингам тяжело вздохнула и откинулась на спинку стула:
— Как его зовут, мистер Раштон?
— Энтони Коллингвуд… Во всяком случае, я знал его под этим именем.
— А его финансами тоже вы занимаетесь?
— Нет. У меня с ним нет никаких деловых отношений. По сути дела, я с ним ни разу не встречался.
Раштон выглядел смущенным. Каннингам встала:
— Благодарю за сотрудничество. Мы обязательно пригласим вас еще раз. Детектив-инспектор Тревис проводит вас к выходу.
И Каннингам вышла из кабинета, оставив Анну с Раштоном, который даже раскраснелся от волнения.
— Поймите, у меня не было с мистером Коллингвудом никаких дел, — повторил он несколько раз по пути к выходу.
Анна вернулась в совещательную. Увидев, что дверь в кабинет Каннингам открыта, она решила расспросить ее о Коллингвуде. Собираясь постучать в дверь, прислушалась.
— Дело принимает неожиданный оборот. Мы начали с забытого богом притона в Чолк-Фарм и добрались до какого-то таинственного незнакомца. Пусть приедет кто-нибудь из отдела по борьбе с наркотиками с информацией о типе по фамилии Коллингвуд. У меня тут не команда, а сонное царство, мне нужна поддержка.
Анна задержалась у двери, не решаясь обнаружить свое присутствие. От следующей тирады Каннингам она застыла на месте.
— Ну да, она здесь, но какая-то будто пыльным мешком стукнутая. Не знаю уж, почему ее считают сообразительной — пока ничего такого не заметила. Она и рта почти не открывает. Зато есть у меня молоденький рыжеволосый детектив-констебль, так вот он все схватывает на лету. Что там с ней стряслось, когда она работала с вами…
У Анны перехватило дыхание. Каннингам говорит с Ленгтоном?
— Ну ладно, Джимми, но я бы ей прописала по первое число, потому что пока мы ничего не нарыли, кроме одного мальчишки с аутизмом, который дал список номеров чуть ли не всех машин в Лондоне.