Творцы (СИ)

— Твоя правда. Я тебя не просто так сюда притащил. Я тебе показать кое-что хочу, чтобы повысить шанс выживания видов. И лучше до того, как эти умники соберутся провести ритуал. Поверь мне, без ритуала будет гораздо лучше. Вон, даже Дениска ритуала не хочет. И я не хочу. А череда вероятностей… Ты же храбрая девочка, да, Лана-Лана?
— Вообще, череда вероятностей — все вокруг. Но в каждое окно соваться — бессмысленно и беспощадно. А потому с помощью вот этой руны, — крючковатый палец с загнутым когтем быстро нацарапал на футболке Ланы сложный узор и заключил его в круг, — с помощью нее ты попадешь только в ключевые моменты, которые можно и нужно изменить. Ты ведь понимаешь, что главное слово «изменить»?
Лана согласно кивнула.
— Молодец, — рыжий ободряюще улыбнулся и продолжил. — Дэниска вон как неизбежное воспринял. Хотя у него совсем другая мотивация… к-хм…Отвлекся. В общем, проходишь и запоминаешь… И не истеришь — это пустая трата времени. За последней вероятностью сразу попадешь в свое тело. Но! — когтистый палец трагично дернулся вверх. — Но ты вспомнишь только то, что увидела в вероятностях, а не вне их. И вспомнишь не сразу.
Лана перестала кивать, как китайский болванчик, на каждое предложение демона и удивленно посмотрела на него.
— То есть не сразу?
— Ну я же говорил, Лана-Лана! Человеки существа хрупкие! От всего сразу у тебя мозги спекутся. Поверь мне, подобный эксперимент уже был. Так что ты события посмотришь, я эти воспоминания соберу, конвертирую нужным образом и вышлю тебе обратно… почтой России. Ахахаха.
— Да хоть голубиной, — нахмурилась девушка. Ее начало потряхивать. Хотя стоило бы удивиться, почему не затрясло раньше.
— Ладно. Выбирай с чего начать.
Демон поманил несколько окон, и те послушно загорелись начальным кадром. На одной шел дождь и виднелось старое кладбище, похожее на то, где был похоронен отец Ланы. На втором экране люди, словно сошедшие с обложек модных журналов, веселились на вечеринке. На третьем из душа струилась горячая вода. Четвертый, пятый, десятый… Лана ходила от одного к другому, желая для начала выбрать простой и относительно безопасный.
— Ты в них не умрешь по-настоящему, — успокоил демон, без зазрения совести читающий ее мысли. — Если тебя там вдруг убьют, автоматически перенесешься в следующий экран.
— Хорошо. — она кивнула на темно-серый коридор с развешанными по стенам черно-белыми фотографиями ночных городов: — Вот с этого.
— Уверена?
Лана кивнула.
— Окай.
Демон щелкнул пальцами, и она очутилась в том самом коридоре. И теперь не просто босая, а в чужой белой футболке на голое тело. Мужской футболке.
«Здорово, — подумала Лана. — При условии, что в череде вероятностей меня ждет смерть, я, кажется, переспала со своим убийцей. — Посмотрела на футболку и, не обнаружив на ней ничего интересного, даже принта, протяжно вздохнула: — Он еще и скучный!»
Она обернулась и с сомнением посмотрела назад, где коридор разветвлялся в стороны. Слева горел свет, намекая, что она пришла оттуда. Проверять не хотелось: вдруг ее будущий убийца не наигрался в героя-любовника? Да и совсем рядом была дверь, которая вполне могла вести к спасению.
Лана нерешительно повернула ручку — оказалось не заперто — и потянула на себя. За дверью обнаружился мрачный кабинет с тяжелой массивной мебелью. Окон не было, но света из коридора хватило, чтобы осветить хрупкую женскую фигуру в кресле для посетителей. Заметив Лану, она встала и вышла на свет. Ей оказалась Мила.
— Ты меня почти напугала, — улыбнулась Лана и шагнула подруге на встречу.
— Я? — наигранно удивилась Мила. — Это ты меня пугаешь. Читать такое в наше время…
Она осуждающе покачала головой, потом вернулась к столу и что-то с него забрала.
— Вот, полюбуйся.
В Лану прилетел тонкий томик, она машинально поймала и развернула обложкой к себе. «How to pick the perfect name for your baby» гласило название, но у ребенка под ним кто-то выскреб ногтем глаза и прочертил глубокую борозду на шее.
— Ты еще полистай, — предложила подруга, и Лана поняла, что вот этого как раз делать не стоит.
 
Книга выпала из рук, сама Лана шагнула обратно в коридор и продолжала отступать, пока не уперлась спиной в стену. Мила медленно шла следом, и чем ближе она подходила, тем заметнее становились пульсирующие синие линии на коже подруги. Но только кожей дело не ограничилось: волосы тоже сменили свой цвет на зеленый, а на голубом платье по рукавам и груди расползались алые пятна крови. Заметив, что глаза Ланы задержались на этих пятнах, Мила зло усмехнулась и остановилась:
— Знакомая кровь, да? Знаешь, кому из твоих родных она принадлежит?
«Ян…»
Лана дернулась и побежала в ту сторону, куда перед этим так не хотелось идти. Она знала, что Мила не будет догонять, так же, как и понимала, что та непременно настигнет. Просто решила нагнать страху этой глупой игрой в салки. И в подтверждение свет вспыхнул ярче, чтобы тут же погаснуть.
Пришлось остановиться, чтобы впотьмах ни с кем не столкнуться. Но рука, ощупавшая тьму впереди, наткнулась на стоящего там человека. От неожиданности Лана вскрикнула и отпрянула назад, но человек притянул ее к себе и прошептал в ухо до боли знакомым голосом:
— Тише-тише, это всего лишь я.
— Там, — всхлипнула она, но ее перебили:
— Да, я знаю. Держи.
В руки сунули телефон с включенным на нем фонариком и ключ-карту, подтолкнули в сторону ближайшей двери.
— За ней еще одна, откроешь ключ-картой и бегом к лестнице. Никаких лифтов. На первом этаже скажешь охране, что тебе нужен Мигель. Они в курсе.
— Но… — попыталась возразить Лана, совсем запутавшись в происходящем.
— Никаких «но», мы уже все обсудили.
Чужая рука отобрала у нее ключ-карту, провела по замку, вернула обратно, чтобы толкнуть Лану в открывшуюся дверь. Когда она обернулась, то увидела за своей спиной съедаемый тьмой огненный символ, не сдерживаемый активирующим кругом.
— Надо было сразу посмотреть, — вздохнула она. — Раз уж не вспомнила сама, хотя бы увидела…
Вторая дверь нашлась легко, и открылась так же. Во внешнем коридоре оказалось душно: то ли дело происходило летом, то ли в какой-нибудь жаркой стране. Лана решила не тратить зря время, а найти Мигеля. Но на лестничной площадке ее ждал брат, живой и невредимый.
— Ян, — бросилась она к нему, но когда он не обнял ее в ответ, отстранилась. — Ян… По…
Воздух в легких внезапно закончился, и остатки слова вылились кровью и стекли по подбородку. Лана, не веря происходящему, снова посмотрела на брата и снова опустила взгляд на заляпанную кровью футболку. Из груди торчал наконечник черного копья, от которого по ней расползались черные линии. Лана пошатнулась вперед и упала…
Но не на пол, а лицом в лужу. Быстро вскочила на четвереньки и долго отплевывалась, пытаясь сообразить, что произошло. Над ней плакало дождем осеннее небо, омывая кресты, памятники и могильные ограды, коих вокруг оказалось великое множество. Все надписи на них были на русском.
«Новая локация, — сообразила она. — Точно. Если меня убивают, я загружаюсь в новую локацию».
Лана встала и осмотрелась, попутно соображая, чем же ей теперь вытереть лицо. О недавних событиях думать не хотелось совершенно — слишком больно, слишком страшно и, вообще, слишком!
— Помочь? — раздался рядом знакомый голос.
Она обернулась и увидела сидящего на чьем-то надгробии демона Максвелла. Рыжий приветливо помахал наскоро отрощенной рукой и поманил к себе. Девушка подавила желание послать его куда подальше и подошла, с отвращением заметив имя на камне, где восседал паскудный весельчак. «Смирнов Виктор Васильевич» — гласила надпись.
 
— Специально выбирал, где жопу примостить? — зло спросила Лана, принимая у него из рук полотенце и зонт.
— Естественно, — без обиняков признался демон. — А чего это вы, Лана Вик…
— Заткнись! И никогда не смей называть меня так. Я — просто Лана! У меня нет отчества! Ясно тебе?!