Разборки в стиле Академии. Дилогия (СИ)

Хирата Хикари, известный как «Счастливчик». И Хикигая Шизука, за которой этот парень уже как полтора месяца бегает как хвостик.
Судя по тому, в каком состоянии находился парень, он был вовсе не рад этому разговору.
— П-прости… что ты сказала? — растеряно посмотрел он в глаза девушки. — М-может, мне послышалось? Я…
— Все так… — немного холодно произнесла она. — Я не хочу с тобой больше дружить, Хикари-кун.
— Н-но, почему?! — повысил он голос, выглядя при этом до невозможности жалко. — Мы ведь… пообещали…
Было видно, что и девушке этот разговор не нравился. Будто ей трудно это говорить. Но, она не сомневалась, разрывая его сердце.
— Хикари-кун, ты хороший парень. Я знаю, мы с тобой встречались два года назад. Но… — она выждала небольшую паузу, после чего тяжело вздохнула. — Пойми, я не та, с кем ты дружил. Юигахамы Шизуки никогда не существовало. Это была фальшивая личность.
— Но ведь ты клялась мне в любви! — закричал он.
Я сморщился. Нет, мне было не противно, просто, когда тот, кому ты симпатизируешь поступает так, как не должен — это… раздражает.
— Тебе клялась в любви Юигахама Шизука. Но ее больше нет. Я тогда не знала, что являюсь аристократом. Не знала, что меня подбросили ненастоящим родителям, чтобы скрыть от врагов Рода. Клятву дали простолюдины. А я… я больше не такая. Я не могу выйти замуж за кого угодно. Да и ты… я не хочу, чтобы это прозвучало грубо или самонадеянно, Хикари-кун, но мы с тобой живем в разных мирах. Поэтому, забудь меня.
Парень выглядел растерянным и озадаченным. Будто у него ушла земля из-под ног, и он внезапно начал падать.
— Если… если я стану аристократам, тогда… могу я надеяться… — с надеждой посмотрел он на девушку.
— У тебя не получится. — сказала, как отрезала. — Да и молодой клан… — она вздохнула. — Просто живи дальше, хорошо, Хикари-кун? Нет, Хирата-сан, мой одноклассник.
Это значило, что она отрицает связь между ними.
Сказав эти жестокие слова, она развернулась и ушла. А я остался наблюдать за сломленным парнем.
Он ничего не сказал. Просто ушел куда-то. Я последовал за ним, пока он наконец не вышел к какому-то школьному зданию и не сел на скамейку. Хирата молча смотрел на небо. К его чести, он не плакал, хотя именно этого я и ожидал.
Это место я уже знал, и потому, наверное, смог бы уйти и не потеряться, если буду внимателен. Но…
Сейчас и решится кем он будет — человеком, который преодолевает себя и становится лучше, или же глупцом, следующим за иллюзией. Почему-то от мысли, что он станет вторым меня окутывала досада. Не этой судьбы я для него желал, даже если у него и вышло бы завоевать ту девушку.
Несколько секунд понаблюдав за ним, я решил, что мне все-таки нужно вмешаться.
— Счастья всем парням что переживают черную полосу своей жизни! — с бьющим через край энтузиазмом прокричал я. — О, вижу тебе тоже хреново, Хирата-кун! — улыбнулся я ему. — Шучу, я знал, что ты тут.
Я немного беспокоился, что подмоченная репутация помешает нам с ним нормально поговорить, но судя по тому как он на меня смотрел, или этот парень совсем не смотрит новости и не прислушивается к сплетням, или ему просто безразлично что там я натворил.
— Амакуса-сан? — удивился он. — Что ты тут делаешь?
Хирата пытался показать, что все хорошо. Он даже улыбнулся, увидев меня. Но, думаю, гораздо больше его озаботило то, что я с ним заговорил — в последнее время у нас не то, чтобы разговор клеился.
— Да так, — отмахнулся я. — Заблудился в лесу. Увидел, как ты ссоришься с Хикигаей-сан, ну и проследовал за тобой на случай если решишься сделать суицид. — подмигнул я.
Почему-то на этих словах он покраснел. Похоже ему стало очень стыдно.
— Значит, ты видел? — слегка неуверенно спросил он.
— Неправильно, — покачал я головой. — Ты должен был подколоть меня. — наставительно показал я ему три пальца. — Вот, смотри. Вуаеризм. Топографический кретинизм. Сталкерство. На вскидку можно было придумать сразу три способа сделать мне замечание, а ты ушел в смущение. — вздохнул я. — Хотя, ладно, наверное, я слишком нерационален. Не будь как я — это ничем хорошим не закончится.
 
Услышав мой монолог он с грустью улыбнулся.
— Быть как ты, да? — опустил он взгляд. — Хотел бы я быть похожим на тебя, Амакуса-сан. Уверенный в себе, никогда не унывающий. Наверное, здорово, когда ты можешь игнорировать что думает о тебе весь мир, и делать что захочется.
Немного помолчав, я присел рядом с ним.
— Не сказал бы. Люди не любят тех, кто от них отличается. Они их или гнобят, или сторонятся. Не то, чтобы я не понимал почему у меня не очень много друзей, но, от этого не менее хреново на душе, иногда проходят недели, а ты не встречаешь человека, о котором мог бы заявить, что он твой друг.
Он странно посмотрел на меня.
— Неужели даже Амакуса-сан переживает о подобном? — изумился он.
Я фыркнул.
— Знаешь, ты второй кто у меня это спрашивает. — припомнил я как нечто такое говорил и Илии. — Ответ все тот же. Когда нет друзей — всегда хреново. Впрочем, я не готов меняться ради того, чтобы больше угождать.
Из двух своих жизней, нынешняя мне нравится куда больше. И неделю назад, когда я приблизился к прошлому себе я окончательно убедился в этом — Андрей Волков мертв, и я не хочу становиться им.
— А вот я хотел бы измениться… — проговорил он.
— Тогда меняйся. — беззаботно произнес я.
— Если бы это было так просто…
Подняв голову, я посмотрел на небо.
— Знаешь, когда я был маленьким, я боялся спрыгнуть с одной крыши… — припомнил я. — Она не была высокой, и другие дети прыгали. Но я боялся. Боялся, боялся, а потом закрыл глаза и сделал шаг. И приземлился на ноги. После этого я делал это сотни раз, и ни разу не усомнился. — я перевел взгляд прямо в его глаза. — Я хочу сказать, самым сложным было сделать шаг в первый раз. Когда ты делаешь шаг, уже нет пути обратно. Но ведь, на самом деле, шаг сделать не сложно — точно таких же шагов мы делаем каждый день тысячи раз. Единственное препятствие — это ты сам. Страх, если быть точнее.
Он внимательно меня выслушал, и кивнул.
— Я… понимаю…
— Не понимаешь, — покачал я головой. — Ты не можешь это понять. Пока человек сам не почувствует это, он не поймет. Это как рассказывать слепому о том насколько небо голубое. Но как только ты прозреешь… — я донес свою мысль, поэтому не стал продолжать. — Короче, просто жди. Когда ты почувствуешь, что вон он — момент истины, делай этот шаг. А этот момент наступит, поверь мне. Он всегда наступает.
— Обещаю. — улыбнулся он, и, похоже, настроение у него улучшилось.
— Кстати, если хочешь выговориться, думаю я буду хорошим собеседником. — предложил я. — Я или говорю колкости, или молчу. В данном случае колкости будут лишними, поэтому я тебя выслушаю. Да и друзей у меня особо нет, чтобы болтать об этом.
Он хмыкнул на мои слова.
— Почему это прозвучало так печально? — с куда лучшим настроением спросил он, и не дожидаясь ответа продолжил, уткнувшись взглядом в пол. — Мы были друзьями детства. Она жила по соседству. Еще когда мы были детьми, все время играли вместе. А потом и дали клятву, что женимся… да, я понимаю, как это глупо звучит. Но, когда нам было по пятнадцать лет, мы начали встречаться. Обычно у друзей детства противоположного пола начинается период, когда они отдаляются друг от друга. У нас такого не было. Чем старше мы становились, тем лучше нам было вместе… — говоря об этом он сильно помрачнел. — Пока однажды не пришли люди в черных одеждах и не увели ее куда-то. И она больше не появлялась дома. Я сделал все, что мог, чтобы узнать, куда она пропала, пока ее родители мне не рассказали… она не была их дочерью. Из-за врагов их Рода, девочку отдали молодой паре. На самом деле она наследница очень древнего и могущественного Клана. И она вернулась к своей настоящей семье. Я думал, что ей просто не разрешают видеться с прошлыми друзьями и родственниками… Похоже, я тогда выглядел так жалко, что ненастоящие родители Шизуки решили меня пожалеть. Они рассказали, что через два года она отправится в Академию Юкигаока… Я был не в себе от радости, когда узнал, что туда могут поступить и Простолюдины, но… требования к простолюдинам были суровыми. Хорошие оценки и сила на уровне Графа… Для меня, кто никогда не пытался стать Пробужденным — это было невозможно. Но я не сложил руки. Я усердно учился и тренировался. Из-за цвета волос было очевидно, что я являюсь Духом, и мне всего лишь надо Пробудиться. Но за два года невозможно стать Графом. Как бы я не тренировался, я смог достичь только стадии Барона. Уже тогда моя способность определилась, поэтому я решил пойти на крайне опасные меры… Пилюля Падшего.