Разборки в стиле Академии. Дилогия (СИ)

— Ладно, было глупо спрашивать тебя о таком. — признал он. — Но, скажи, почему ты не прислушался к моим словам? Я ведь предупреждал тебя чтобы ты в это не лез! Это… — почему-то он странно посмотрел на Отохимэ. — Слишком опасно для тебя.
Я пожал плечами полностью оставаясь спокойным.
— Маленькая девочка, — назвал я самую очевидную причину. — Нельзя обижать маленьких девочек. Каким бы я был человеком, если бы не помог маленькой девочке?
Упоминать о том, что это может мне и деньги принести я не стал.
— Скажи хотя бы, ты был вмешан в это еще до того, как мы с тобой поговорили?
Я улыбнулся.
— Да, — не стал я лгать. — Но даже будь это не так — я все равно помог бы ей, как только узнал, что происходит. — подмигнул я старику.
Рин достаточно хорошо меня знал, чтобы понимать мою личность. Что я не тот человек, который отступит, если уже ввязался в подобную историю. Даже если противник — это могущественный Аристократический род, я не стану идти у них на поводу — найду способ выкрутиться.
Впрочем, поскольку я единственный создатель Эликсиров, Рин не мог рискнуть моей жизнью.
— Я помогу тебе с этим делом, — вздохнул директор. — Унигашима… — произнес он фамилию, оценивая мою реакцию. — Ты, похоже уже кое-что узнал, — понял он по моей улыбке. — Я разберусь с ними. Но, прошу тебя, не лезь в это еще глубже. Квазар… — посмотрел он на Отохимэ. — Эта женщина слишком опасна.
— Нет необходимости беспокоиться, — отмахнулся я. — У меня уже есть план того, что нужно делать. — моя ухмылка стала больше напоминать оскал, а глаза засияли от воодушевления. — Твоя помощь мне не нужна.
Старик прищурился.
— И зачем тебе это? — спросил он. — Если я сам могу со всем разобраться, то зачем рисковать?
Я решил ответить честно:
— У меня есть личные счеты с Унигашимой. — сказал я. — Я хочу узнать, что могло заставить моего отца — одного из сильнейших «Монархов» Японии, бежать как труса.
Рин покачал головой.
— Слишком рискованно. Думаешь ты можешь что-то сделать целому Клану? — прищурился старик. — Очень неразумно! — повысил он голос. — Твои силы внушают, Акума-кун, но они не предназначены для сражения. — посмотрел он в мои глаза, и от этого взгляда становилось не по себе. — Если ты собираешься угробить свой талант только потому что молодая кровь кипит — я тебе этого не позволю. — предупредил он. — Потом сам спасибо скажешь.
Я легко выдержал его взгляд. Хотелось поспорить касательно того, позволит он или нет. Но я решил, что такой спор ни к чему хорошему не приведет. Вместо этого я решил акцентировать внимание на другом:
— Старик, чтобы позволять мне что-то или нет — сначала предложи мне что-то такое, за что я готов был бы отдать свой «талант» тебе-одному. Без этого ты не вправе мне указывать.
Я прямо заявлял, что чтобы получить мои Эликсиры и артефакты — о которых он несомненно знает, пусть я и не распространялся особо о них — он должен дать мне что-то равноценное. Без этого — это только мои навыки.
— Какой же ты все-таки непослушный, — вздохнул он. — Я понимаю, чего ты хочешь — чтобы я усыновил тебя и назначил своим наследником. Но и ты пойми — я не могу этого сделать. Даже если не берем в учет моего родного сына и дочь, меня просто не поймут Старейшины Клана. Никто не одобрит твою кандидатуру, Акума-кун.
Мы уже несколько раз говорили об этом, но обычно разговор об усыновлении проходил в юмористическом ключе. И до этого дня так прямо он мне не отказывал.
Впору сейчас было и мне отказаться, но я не стал этого делать. Портить отношения с директором мне сейчас было не с руки, и поэтому я оставил эти отношения в подвешенном состоянии.
— Как бы там ни было, не стоит переживать. — решил я вернуться к основной теме. — У меня есть план, как я и сказал. — улыбнулся я, хоть и был уверен, что Рину мой план очень сильно не понравится. — Тем более, это идеальная возможность для меня… — ухмыльнулся я, но больше никаких намеков не дал.
Если бы я позволил Рину разобраться с ними, то не смог бы заполучить новые «Души». А так, если буду осторожен, в рядах моих Кошмаров будет приличное пополнение.
 
Впрочем, даже без этого, плюсов от того, чтобы воспользоваться моим планом было немало.
— Хорошо, — не стал больше спорить директор, хоть и выглядел немного угрюмо. — Тогда, я поговорю с Императором. Он был крайне недоволен тем, что эта ситуация вышла из-под контроля. Его личные ищейки сейчас вынюхивают твой след. Если найдут — шкуру живьем сдерут.
Я не сомневался, что таким профессионалам потребуется не много времени чтобы найти меня. И, раз Рин вызвался мне помочь с этим, я не стал отказываться.
Вопросы о том, почему Император так заволновался о дочери какой-то там пешки я оставил при себе.
Больше о моих планах Рин спрашивать не стал, в остальном решив остаться наблюдателем, как и все остальные.
Мне неизвестно, только ли наши школьные достижения оцениваются комиссией, и по каким критериям оцениваются ученик, но, думаю, умение вести войну считается крайне важным навыком каждого будущего аристократа.
Как и полагалось, когда я, Мария и Отохимэ вышли из кабинета директора, на нас было сосредоточено множество глаз. Некоторые из них, конечно же, все еще намекали на интерес к нашим с учителем «запретным отношениям». Но все остальные прекрасно понимали, что все не так, как ученики класс «F» поняли для себя.
Одной из причин, почему я никак не отрицал слова кицунэ была сама Отохимэ. Ее личность не останется неузнанной, и, соответственно, через полчаса уже все поймут, что никакая она не дочь Марии-Сэнсей. Вместе с этим улягутся и слухи о нашей парочке. Но вот интерес к моей персоне, с которой она сама себя связала своей глупой шуткой уже никуда не денется.
Унигашима итак знают о моей связи с Отохимэ. Теперь об этом знает и весь остальной мир. Это помешает Унигашима действовать так открыто и вести двойную игру, и как охотники, и как клан Унигашима который может прицепиться ко мне по «отдельным» от Квазара и ее дочери причинам.
Первый этап подошел к концу — я показал Отохимэ всему миру. Теперь мне нужен тот, кто начнет за меня войну.
И для этого мне нужны были связи.
К сожалению, за этот месяц я не обзавелся хорошими связями. В школе я особо ни с кем не дружил, хотя все меня и знали. Моя работа не подразумевала что меня заметят Аристократы — ментальный «призыв» на них не действовал — они чувствовали ментальное давление, но могли его проигнорировать или прийти, заинтересовавшись тем, кто решил покуситься на их сознание.
Из тех, кого я мог бы попросить о помощи были Ван Линь и Мацумото Иссэ. Но первый был из Китая, да и потом мог стребовать сполна, а второй являлся племянником Рина, и просить у него равнозначно просьбе о помощи Директора — этого мне не хотелось.
Оставались только те, с кем я взаимодействовал по минимуму, но не являлся их приятелем.
В голове сразу всплыл образ короткостриженого красноволосого. Куго Иттомару, занявший свое место в классе «Е». За этот месяц он заработал себе некоторый авторитет, став своеобразным тираном для простолюдинов, и символом превосходства Аристократии.
Но встречу с Куго я отложил. Начинался второй урок, и в Юкигаока не принято пропускать занятия. Хотя, наверное, главной причиной того, что я решил пойти на это занятие стал сам предмет.
Практическая подготовка.
Этот предмет, как все другие предметы «боевой» направленности нам вел Кира Бран — экзаменатор первого экзамена в Лесу Химер. Он произвел на меня хорошее впечатление еще тогда, но во время его занятий я полностью убедился, что он знает свою работу.
 
Правда, меня всегда поражало как он вообще успевает вести сразу столько дисциплин? Судя по тому как, он иногда выглядит, ему явно не хватает сна.
Стиль занятия был прост — он вызывал двух или более учеников для тренировочного поединка, и проводил тщательный разбор ошибок и правильных решений участников. Может так сразу и не скажешь, но он сделал вполне уместные замечания даже мне.