Мир победившей Смерти (СИ)

— Насколько всё плохо? — спросил я, сжав челюсть.
Именно в том районе снимал квартиру для матери. И пусть Палыч должен был вывести её ближе к центру, но сердце один хрен ёкнуло.
— Полчаса до прихода состава, — спустя секунд десять тишины, продолжил Плисецкий. — Если они опоздают, боюсь, нас просто сметут. Без тяжелого вооружения шансов у нас нет.
— А закрыть порталы? — спросил я. — С одним же получилось.
— Через восточные прошло семь ракет, — Плисецкий говорил тяжело и с долгими паузами. — Результат — нулевой. До основных они даже не долетают. Есть предположение, что изначально все они были обособлены. Поэтому с вашей стороны всё и получилось. Сейчас же все они связаны в единую схему и подпитываются, непосредственно, от центральных. Как их закрыть? Понятия не имею. Пытаемся пробиться в бункер, но сам понимаешь, защита там была не галочки ради.
— Есть мысли насчет закрывашки? — не задать этот вопрос я просто не мог.
— Вы все их чувствуете, — тяжело вздохнул Плисецкий. — Так что да, шанс, что при переходе закрывашки на ту сторону, врата схлопнуться, есть. Только вот добраться до врат — это на грани фантастики. По крайней мере, сейчас. Да и дураков на путь в один конец просто нет.
— Понял, — бросил я в ответ.
Что ж, хорошего мало. По сути, нам только и остается, что надеяться на чудо. Ждать прихода помощи и держаться. Как вариант, остается прорыв единой колонной через юго-восток или юго-запад. Да, там тоже врата, но не такая концентрация тварей. Только вот эвакуировать сто тысяч человек? По пересеченной местности? Смешно. Нужны силы для прорыва, и они же нужны для прикрытия. Нет, это даже не вариант. Просто массовое самоубийство, не более.
— Если выживем, — вырвал меня в реальность голос Лопаты, — будет, о чем детям рассказывать.
— Судя по лицу нашего беловолосого Электрика, — это уже Бездарь, — шансы на это сильно стремятся к нулю.
— Отставить разговорчики, — проворчал Гор. — Проверить боезапас. Пять минут до выхода.
Хоть перед заходом до участка мглы, каждый из нас и забился по самое «немогу», но по карманам хлопать начали все. Я в том числе. Калаш в руках, с магазином на шестьдесят патронов. Последний с бронебойками, остальные пять в разгрузке уже с простыми. Пять ВОГов, две гранаты РГД. «Грач» в набедренной кобуре и три магазина к нему. Это из актуального. По артефактам — два кольца, одно из которых всё еще темная лошадка, бесполезный уже браслет, со всеми треснутым камнями, и браслет некромантов, что так и лежит в кармане. Порядка сорока рубинов в мешочке, который висит на ремешке и убран под одежду. Ну и наполовину заполненное ядро, жадно впитывающее ману смерти, что так щедро разлилась по нашему городу. Ах да, льдинки уже нет. После того момента в центре мглы, когда она рванула навстречу сжимающей меня энергии смерти, эта часть ядра перестала восприниматься, как что-то отдельное. Теперь вместилище, словно этакий монолит, умещающий в себе сразу два аспекта: смерти и молнии. Симбиоз? Пожалуй, нет. Скорее слияние.
— Приехали, — озвучил Гор и так понятный факт.
Скрип тормозов КАМАЗа и чересчур резкое торможение опередили его слова на пару секунд.
Наружу я выпрыгивал первым. Микрорайон Зеленый представлял собой эдакий прямоугольник, с г-образными домами по углам. Семиэтажные, они были обособленными границами, между которых располагались зеленые участки густого парка. В центре района еще четыре многоэтажки — эти уже на десять этажей. Они располагались крестом, с крупным парком по центру. Кроме всего прочего, чуть дальше в сторону от города имелась стройка. Точнее, даже, уже почти законченные объекты садика, школы и магазинов. Всё с размахом и приличными такими парковыми зонами.
— Капитан Пантелеев, — оказавшийся возле нас мужичок слабо тянул на боевого офицера. — Когда остальное усиление придет? У меня парни устали! Нам бы отдохнуть чутка.
— Все устали, капитан, — цыкнул Гор. — Что у вас по обстановке? Выстрелов не слышу.
— То есть вы четверо — это всё? — удивленно выдохнул Пантелеев.
 
— Доложить обстановку, капитан, — нахмурился Горняков. — Четко, коротко, по существу.
— Есть доложить обстановку! — попытался капитан встать по стойке смирно.
И глядя на его выпяченное пузо, смеяться как-то не хотелось.
— Сто сорок человек списочного состава рассосредоточены малыми группами по территории микрорайона Зеленый, — бодро начал Пантелеев. — При усилении двух единиц бронетехники «Бахча», удалось отбить нападение группы неживого противника, а также сбить семь единиц живой авиации противника. Основной вектор нападения со стороны стройки! Восемьдесят человек расположены в квартирах на первом и втором этажах, прилегающих к ней домов.
— Хватит, — прервал этот бессвязный поток Гор. — Жители почему не эвакуируются?
— Не могу знать, товарищ майор! — попытался Пантелеев втянуть живот. — Отказываются!
— Гор, — отвлек я Горнякова от пыток, — давай рации на одну частоту выставим, да отойду.
Гор только кивнул, тогда как я с тревогой поглядывал на знакомые машины, что стояли у нужного мне подъезда. По идее, все они сейчас должны были быть где-то в центре. В идеале в бомбоубежище под почтой. Но почему-то все они заняли место под окнами дома, создавая что-то вроде искусственной баррикады. А в окнах второго и третьего этажей, то тут, то там, мелькают силуэты с оружием.
В подъезд я входил, невольно себя накручивая. А уж когда увидел вместо холла одну сплошную свалку из кучи мебели, стало и вовсе не по себе. И стоило только мне крепче сжать калаш, как откуда-то с противоположной стороны глаз зацепился за движение.
— О! Шеф! — раздался голос с легкой хрипотцой. — Вы к нам какими судьбами? Ля, а что с волосами?
Буквально через пару секунд на глаза показался один из тех ребят, что притащил Уваров. Вроде бы Михаил, пока еще не успел отметиться на стрельбище, но запомнил его я по комплекции. Этакий боров, размером с Костю, и грацией легкоатлета.
— Усиление для солдат, — кивнул в сторону улицы. — А вы почему здесь? И сколько вас?
— Все тут, — хмыкнул мужчина, сделав вид, что не замети моего игнора на вопрос про волосы. — Вы, давайте, через окно, что слева от входной двери. Здесь идти — только ноги ломать.
Уже через полминуты я стоял за этой импровизированный баррикадой и только головой крутил от удивления. Все квартиры на первом этаже этого подъезда, превратились в труднопроходимые лабиринты. Где забиты двери, где так же, как и в холле, разбросана мебель. В конечном итоге, первый этаж стало практически не взять наскоком, что, конечно хорошо. Напрягает лишь сам факт подобного, но об этом переговорю уже с Палычем и Уваровым. Их, кстати, нашел в квартире матери. Втроем они сидели на кухне и при свечах чаевничали. Стоило мне только отворить входную дверь, которая оказалась не заперта, встретила меня мама. Не знаю уж, как узнала, но не успел я собраться с мыслями, как уже сидел на стуле, с кружкой горячего чая в руке и гладил одного из её кошаков, при этом стараясь не смотреть ей в глаза. Были они на мокром месте, и причина этому понятна — спутать седину с белым цветом только дурак может.
— Что-то от меня ускользает смысл всего этого, — посмотрел я в глаза Палычу.
— В городе — жопа, — вместо него ответил Уваров. — Паника, мародёрство и местами нежить. Люди, в основном, по квартирам заперлись, да на чудо надеются. Бомбоубежище забито напрочь, там даже здание почты битком. Не, Юр, в центре нам делать нечего. Тем более линия боев постепенно смещается всё ближе и ближе. Здесь оно как-то спокойнее, знаешь ли. Плюс, вон рота солдат есть. Капитан там, правда, дурной, оружие у нас забрать хотел, но это уже рабочие моменты. Сам-то как? Что по обстановке в целом? Насколько всё плохо?
— Хорошего мало, — тяжело вздохнул я, даже не зная, с чего начать.
Посидел с полминуты, пытаясь выстроить в голове стройный темп повествования, а после плюнул и вывалил всё, как есть. Умолчал лишь об артефактах в центре мглы, тогда как про некромантов ничего скрывать не стал. Насчет волос только отмахнулся, совершенно не желая вдаваться в подробности.