Украденное дитя (СИ)
— Себя в вашем исполнении я уже видела, — сказала Фрида, нахмурившись. — Что-то я не в восторге… Хотя вы талантливо рисуете. Вы не хотите выставляться?
Ричард тихо рассмеялся.
— Господин тоже спрашивал об этом. Нет, госпожа. Это только для себя.
— Тогда простите, что я портрет взяла без спроса.
— Вам можно, госпожа.
Фрида недоверчиво изогнула бровь, но кивнула.
— Благодарю.
Ричард ушёл, а Фрида подсела поближе к огню в камине — в комнате то ли было прохладно, то ли это у неё до сих пор озноб — и перелистнула страницу, закрыв ведьму Кейт и название.
В сказке речь шла о принце-фейри, женатом на человеческой девушке. В результате козней других фейри, он забыл жену и, чтобы вспомнить, был вынужден проходить некое Испытание, условий которого не знал. Очень по-фейрийски: играть таким образом с растерянной жертвой — поманить желаемым, но не дать и возможности его получить. Помогала принцу-фейри та самая ведьма с рисунка, кстати, человек. И помощник из неё был так себе. Фрида дочитала до того момента, где фейри почти вернулся к жене — но её унёс дух тумана, а Испытание бедняга провалил. Потом глаза стали слипаться, и Фрида закрыла книгу.
Странно, она и правда впервые видит эту сказку. И что за дитя там украли?..
«Завтра дочитаю», — подумала герцогиня, отложила книгу и позвала горничную готовиться ко сну.
А вечером следующего дня с визитом вдруг нагрянула леди Уайтхилл.
Фрида ужинала, и никого в гости не ждала. Она только-только закончила в очередной раз давать показания — дом всё ещё осматривали полицейские, а стрелявшего в саду до сих пор не нашли. «Он должен был стрелять в вас! — возмущался следователь, о котором Фрида была не высокого мнения. — Зачем ему какой-то нищий сирота?!» Фрида попросила повежливее говорить о её гостях, тем более покойных, но терпеть следователя и его свару сыщиков пришлось ещё долго.
И, словно их было мало, в конце и так не радужного дня, словно вишенка на торте, нагрянула мать.
— Ма-а-атушка, — улыбнулась Фрида, вставая из-за стола навстречу леди Уайтхилл и чертыхаясь про себя. Обычно мать заранее извещала о своём визите. Хоть бы записку или карточку прислала! — Какой приятный сюрприз… А я сама к вам собиралась, но не знала, когда вы будете в столице… Мама? Всё в порядке?
Леди прошла к столу — бледная, без косметики и даже с некоторой небрежностью одетая (Фрида привыкла, видеть мать образцом совершенного стиля, особенно когда леди выезжала из дома). К ней дёрнулся было дворецкий, но леди Уайтхилл его проигнорировала и сама налила себе вина, быстро выпила, потом посмотрела на Фриду.
— Дочь.
«Отец ей рассказал, — с замиранием сердца подумала Фрида. — Об императоре. Боги, что сейчас будет! Или про завещание Эша вспомнит?»
Но леди Уайтхилл сказала совсем другое:
— Я обещала себе, что ты ничего не узнаешь, но… сама я не справлюсь. Твой отец не отзывается, а Вэл уверяет, у тебя теперь связи с Тайной полицией, может быть хотя бы они… — Леди снова приложилась к бокалу с вином, который ей наполнил предупредительный лакей.
— Мама? — Фрида не могла поверить ушам: леди Уайтхилл никогда не запиналась и всегда изъяснялась чётко, чего требовала и от дочерей. — Что случилось?
Леди закрыла глаза, будто не решаясь сказать. Но потом всё же ответила:
— Уилл пропал.
Младший брат Фриды был ребёнком непоседливым, часто бунтовал и сбегать из дома любил — впрочем, ненадолго, мать обычно в два счёта его находила. Последний раз, между прочим, в порту, где Уилли пытался устроиться юнгой на корабль, уходящий в Халифат.
— Матушка, может быть он снова?.. — начала было Фрида. Если Уилли всё-таки удалось добиться приключений, найти его будет непросто, но возможно. Стоит пожаловаться императору… Она же его будущая жена, он не захочет, чтобы с её младшим братом случилось что-то… что потом точно попадёт в газеты. Да и вообще не захочет, Генрих стал теперь на диво предупредительным.
— Я тоже сначала так подумала, — кивнула леди Уайтхилл. — Но на его подушке я нашла это. — Она подала Фриде букетик цветов, совсем свежих, словно только что собранных. Серебристые звёздочки со сверкающей, солнечной сердцевиной. «Принцессины слёзы» — эти цветы росли на «той стороне», их любили фейри.
Фрида почувствовала, что тошнота возвращается. Сердце забилось в груди пойманной птичкой.
— Нет…
— На источниках, где мы отдыхали, я слышала похожие истории, — продолжала леди. — И когда это случилось…
— Когда это случилось? — быстро повторила Фрида.
— Три дня назад.
— Мама, почему вы сразу мне не написали?!
— Я не хотела, чтобы ты знала, — спокойно ответила леди. — В твоём положении волноваться вредно.
— Тогда я хоть как-то могла помочь! — в отчаянии прошептала Фрида.
— Полагаю, дорогая, ты и сейчас можешь обратиться к графу Цевету и попросить его сделать наше расследование приоритетным, — холодно откликнулась леди. — Потому что меня не пустили дальше приёмной. Граф нынче весьма популярен, особенно после того, как у герцога Заллесского пропал единственный наследник. Между прочим, на его подушке тоже нашли такой букетик.
Фрида закрыла глаза. Боги, но почему сейчас?..
— Да, матушка. Я так и сделаю. Вы останетесь на ночь?
— Я нужна моей семье, — ответила леди, вставая. И не терпящим возражения голосом добавила: — Я очень рассчитываю на тебя, Фрида.
— Да, мама.
Когда за леди закрылась дверь гостиной, Фрида встретилась взглядом с Ричардом — тот встал из-за стола сразу, как только мать Фриды пришла, и всё это время стоял в тени, как обычно незаметный.
— Ричард…
— Да, госпожа. Я напишу графу.
— Мы же оба знаем, что он ничем не поможет!
Ричард помолчал. Фрида, кусая губы, отчаянно жмурилась. Ей очень хотелось представить, что это просто кошмарный сон…
— Полукровки вам обязаны, госпожа, быть может, они…
— И они тоже! Как найти украденного ребёнка во всей Волшебной стране! Только родственник мог бы! Или чудо! Или тот, кто украл, сам его вернёт! Боги, Ричард, я должна…
— Вас не пускают на «ту сторону», госпожа.
Фрида сцепила дрожащие пальцы в «замок».
— Я могла бы станцевать…
— Госпожа, вы помните, что сказал врач? Вы потеряете ребёнка.
Фрида, и так бледная, побелела ещё сильнее.
— Тогда готовьте карету, мы едем в Виндзор-холл.
— Госпожа, зачем?..
— Буду молить отца пустить меня, — пробормотала Фрида. — А что ещё мне остаётся? Боги, Уильям! Он ведь ещё совсем ребёнок…
* * *Страна Огня встретила Эша предгрозовым затишьем. Пламя бурлило, как вода в котле, по небу неслись тучи, завывал в скалах ветер, и фейри сторонились своего короля. По пути ему попались только низшие, и те с визгом бросались прочь. Впрочем, и Эш не склонен был общаться с подданными. Он ворвался во дворец и снова обежал его весь, пугая слуг-людей и низших. Ничего нового он не нашёл.
К вечеру, когда солнце, почти невидимое за тучами, скатилось к горизонту, Эш выдохся. Он вырвался на балкон — один из многих, которыми был украшен вырезанный в скале дворец — перегнулся через перила и закричал:
— Что мне делать?!
Огонь, конечно же, не ответил. Эш подождал немного, потом свесил руки и представил, как летит вниз. Он уже летел сегодня — в реку с обрыва. Она пересохла, когда он даже не начал тонуть. А потом, стоило ему выбраться на берег, потекла снова…
«Что мне делать?» — мысленно повторил Эш. Раньше хотя бы та мерзкая старуха говорила, куда идти, но сейчас она что-то не спешила появиться. Ей же лучше, Эш бы её в пламя бросил — живо перестала бы загадками говорить!
Что же делать, что, что?..
Эш закрыл глаза и попытался успокоиться. Толку злиться нет — он поджёг сегодня всё, что горело, но это ничем ему не помогло. Что он в прошлый раз сделал не так? Почему его не пустили к той полукровке, почему?!
Зарычав, Эш невольно почесал ожог на груди — там, где висел железный амулет. И вздрогнул. Раньше этого ожога не было…