Украденное дитя (СИ)

Она обернулась, когда он заслонил ей свет луны, посмотрела заинтересованно. Эш открыл было рот — и содрогнулся. Лицо рыженькой ведьмы поплыло, словно растопленный воск, и сквозь него проступили совсем другие черты — жёстче, острее, строже. Рыжие кудрявые волосы превратились в прямые и чёрные, как вороново крыло. Длинные, они укутали хозяйку плащом, скрыв совершенно — всё, кроме лица. Выразительные серые глаза смотрели на Эша прямо, выжидающе, губы не улыбались. Внутри Эша вспыхнул огонь: он одновременно и хотел, чтобы эта полукровка принадлежала ему, и боялся ненароком сделать ей больно, потому что знал, что она очень хрупкая…
А потом она отвернулась и пошла за другим фейри в круг танцующих. Эш зашипел, рванулся было к ним… Но она исчезла, и вместо неё рыжая ведьма улыбалась новому кавалеру. А Эш опёрся спиной о ближайшее дерево, вспугнув стаю синих бабочек, и прижал руку к груди. Там, внутри что-то болело, тянуще, сильно, невыносимо. Наверное, то же, что и стучало.
Тем временем танцующие остановились, и на поляне появился — соткался из листвы, веток и блуждающих огней — Лесной король, в короне из бузины, в мантии из листвы. Он окинул взглядом поляну, и все склонились перед ним. Лесной король кивнул и направился к своему трону у великого дуба. Снова заиграла музыка, снова завертелась пляска, а Эш поймал устремлённый на него взгляд короля и подумал, что нужно подойти и… что-то спросить. Он помнил, что должен, не понимал только, что. Король не сводил с него пристального взгляда, и Эш выпрямился, шагнул к трону…
Но подойти не успел. На поляне вдруг резко запахло дымом, и с усыпанного звёздами неба упали огненные фейри. Эш замер, чувствуя странно-сильный (фейри не должны чувствовать так ярко!) гнев. Голова сама пригнулась, выставляя рога, рот оскалился, копыто взрыло землю… «Что это я?» — успел удивиться Эш, но гнев от этого нисколько не утих.
На поляне фейри произвели эффект брошенного в муравейник факела. Танец остановился, музыка затихла, и гости Лесного короля расступились, а вперёд вышли рыцари, чтобы сомкнуть вокруг незваных фейри кольцо.
— Посланцы огненного королевства, — раздался спокойный голос Лесного короля, в котором шелестел листвой ветер и стрекотали сверчки, — я приветствую вас на моём празднестве. Что за весть вы принесли?
Огненные фейри поклонились — впрочем, не очень низко. Потом дружно выпрямились и хором ответили:
— Мы принесли не весть, о светлый король. Мы требуем — земля наша требует и вечный огонь!
— Чего же вы требуете? — Лесной король встал, величественный и невозмутимый (как и положено древнему фейри).
На этот раз заговорил только один из огненных:
— Отдай нам твоего подданного, король! Он убил нашего повелителя и должен пройти Испытание или умереть!
Эш чувствовал, как плавится. Перед глазами мелькнула ненавистная улыбка, распахнутые крылья, берег моря. Вода ещё была холодная и такая хищная… Огненная девушка танцевала у её кромки, и на мокром песке остались выжженные следы её ног…
— Зачем мне это делать? — спокойно поинтересовался Лесной король. — Он был в своём праве и Испытание может пройти здесь, если пожелает.
Хвосты огненных фейри слаженно взметнулись — видимо, в знак несогласия.
— Каждый, кто желает занять его место, должен иметь возможность сразиться с ним! — снова заговорил один из посланцев. — Это невозможно, пока он прячется здесь… — Фейри обернулись, так же слаженно, и уставились на Эша. — Прячется здесь, как трусливый человечишка, в которого превратился, пока жил среди людей! Пусть выйдет на бой, как и подобает наследнику, и…
Дальнейшее потонуло в треске огня и шелесте крыльев. Перед глазами Эша встала горящая комната и скорчившаяся в круге женщина, а такие же фейри тянулись к ней, и круг (Эш знал) их не остановит, а мгновения сгорали, и страшные когти, привыкшие рвать людей на части, нацелились на живот женщины, в котором горело беззащитное маленькое солнце…
«Убью!» — подумал Эш. И бросился на фейри.
Гости Лесного короля отхлынули к деревьям, сам король неподвижно взирал, на «честный» поединок трое на одного. Он в любое мгновение мог его остановить, но лишь стоял и смотрел. Это Эш ещё успел заметить, а также откровенную радость на лицах огненных — а потом всё завертелось в огненной пляске крыльев, хвостов, рогов и копыт.
 
Опомнился Эш только когда, не рассуждая, ткнул подвеской-амулетом в глаз одному из фейри, и глаз этот буквально испарился, а рука Эша погрузилась дальше в голову. Как он кричал, этот огненный, как он кричал… но не долго. Эш вытащил руку и с изумлением уставился на неё. Подвеска — крест с петлёй — липкая от крови лежала на ладони и пахла железом, но почему-то совершенно не жгла. Шнурок, на котором она висела, валялся в траве — Эш сам не заметил, как сорвал амулет. Это было… как будто инстинкт.
Эш сжал подвеску пальцами, чтобы удобней было бить, взглянул на испуганных огненных фейри и вдруг с усмешкой подумал: «Вот Ричард бы посмеялся, если бы узнал, что его подарок помог мне уложить одного из них». И тут же остолбенел: подарок? Какой Ричард? Кто это?
А потом огненные фейри сложили крылья и медленно опустились перед Эшем на колени. Тот перевёл на них взгляд и оскалился. «Ещё не поздно и их убить», — ревело внутри него пламя. Оно хотело убить всех огненных, всех до единого. Эш пригнул голову, выставляя рога, сжал амулет…
— Довольно, — раздался над поляной голос Лесного короля, и противиться ему было совершенно невозможно. Бесполезно — не встанешь же на пути у дубовой рощи? — Ты не мой подданный. — Лесной король в упор посмотрел на Эша. — И можешь поступать, как пожелаешь. Но больше убийств на моей земле не будет.
Эш выпрямился, отступил на шаг и склонил голову.
— Благодарим тебя, король, — нестройным хором сказали огненные фейри, и неясно было, к кому они обращались: Эшу или Лесному королю. А потом они взлетели и скрылись в чёрном небе среди звёзд, унеся с собой своего мёртвого товарища. Трава там, куда упала его кровь, почернела и рассыпалась пеплом, но на её месте уже выросла новая. Лесной король поднял руки, позволяя продолжить бал. Снова зазвучала музыка, снова замелькали пары. Эш опустился на колени, окружённый ими, словно мотыльками, и непонимающе уставился на железный амулет. Откуда?..
Ночью ему снилась дама в чёрном глухом платье с частой вуалью на лице. Под руку её вёл молодой мужчина лет тридцати (когда это Эш так хорошо научился определять возраст людей?), тоже в чёрном, бледный, с грустными глазами. Дама шла, выпрямившись, будто собралась в атаку. Она что-то говорила своему спутнику, тот кивал. Они прошли мимо, укутанные туманом, но прежде чем скрылись из виду, мужчина обернулся и посмотрел прямо на Эша.
Эш проснулся с больной головой и весь в поту с именем Дикона на губах. Сон тут же ушёл, и имя перестало что-либо значить, но пустота внутри разевала пасть и голодно хрипела. «Я знал их, — подумал Эш, обхватив себя руками. — Я их знал! Эти Фрида и Ричард, они были очень важны для меня. Почему же сейчас я их совершенно не помню?» Сама мысль о том, что он любил людей, была странной, и какая-то часть Эша не верила ей. Но почему же тогда эти двое преследуют его?
Во владениях Лесного короля солнце играло в прятки с ветром, над радужными цветами порхали огромные, яркие бабочки, и птицы хором выводили гимн лесу. Трава была мягка, а воздух сладок, он так и манил ни о чём не думать и заснуть. Вот, почему люди не выдерживают долго в Волшебной стране — сходят с ума, забывают себя. Детям легче, пока они не выросли. Но потом их отсылают в мир людей, где им самое место. Другое дело фейри — Эш легко отмахнулся от сонных чар, словно паутину снял. Нужно поговорить с кем-нибудь из полукровок. С кем-нибудь, кто знал то, что он сам забыл. С тем менестрелем, например. Или старухой-ведьмой.
 
Лес распахивался перед ним, как портьеры, и тропинка сама ложилась под ноги. Но солнце уже вошло в зенит, однако, и следа полукровок не было. Устав, Эш сел на краю звенящего ручья и опустил голову. Лесной король прячет их от него? Но зачем?