Люди и боги (СИ)

Нави обезоруживающе улыбнулся:
— Вы просто не умеете. Наденьте Перчатку, и я покажу.
— Не надевайте, — возразил Роберт. — Шпион применит Предмет против вас.
— Да будет вам, кайр! Если б я хотел убить, хватался бы за Эфес, а не за руку владычицы! Кстати, всем вам стоит знать: Вечный Эфес — опаснейшая штука в неумелых руках. Законы термодинамики — это не шутка…
Минерва расстегнула сумочку на поясе и вынула цилиндрический футляр, в каких обычно носят свитки. Из футляра на ее ладонь выпал стеклянный стерженек, обернутый тончайшей серебристой фольгой. Коснувшись руки, фольга потекла, будто ртуть. Обволокла ладонь, повторила контуры каждой жилки, сухожилия, морщинки. Рука владычицы покрылась зеркальным серебром.
— Слушаю вас, сударь.
Нави ахнул от восхищения:
— Боги, какая красота! Лишь раз в жизни я видел такое! У нас их давно не применяют, потому и не делают… Но это подлинное чудо!
— Все, что вы можете сказать? — Осведомилась Мира.
— А?.. Нет, конечно, просто залюбовался. Ваше величество, чтобы говорить с Предметом, надо понимать принцип действия. Перчатка Могущества управляет гравитацией. Сначала вы делаете объект невесомым, потом переносите куда нужно, затем возвращаете ему вес. Видите стул? Направьте на него Перчатку, представьте стул легким, как пушинка, и даже легче — как воздух.
Мира скептически глядела на Нави, и он тряхнул головой:
— Посмотрите же на стул! Подумайте о стуле! Представьте, что он плавает в воздухе, как льдинка в воде! Представили?
Она глянула на стул, чувствуя себя полной дурой. Почему я его слушаю? Этот парень сбежал из лечебницы! Или подослан Кукловодом, что еще хуже. Но ладно, стул. Смотрю на стул, думаю о…
Под ее взглядом стул вдруг задрожал — подернулся рябью, какая бывает в жару над раскаленной мостовой.
— Что за черт!..
— Теперь возьмите слово «невесом» и переставьте буквы в обратном порядке.
— Зачем? Ладно… Мо-се-вен?..
На первый взгляд, не случилось ничего. Только рябь вокруг стула сменила оттенок: из прозрачной стала белесой, как метель.
— Он лишился веса, — сказал Нави. — Смотрите же.
Подойдя к стулу, юноша присел и подул на спинку. Стул кувыркнулся и поплыл в воздухе, неспешно вращаясь. Мире перехватило дыхание.
— Быва-ает, — выронил Роберт.
— Теперь контролируйте его. Используйте слово: контроль.
— В смысле, переставить буквы?.. Лорт-нок…
От указательного пальца Миры к стулу протянулся луч. Она осторожно повела пальцем — и стул поплыл вслед за лучом.
— Святые боги!
Мира показала вверх — стул юркнул под потолок. Вниз — брякнулся на пол.
— Янмэй Милосердная, я им управляю! А как… ближе, дальше?
— Просто представьте его движение от себя или к себе. Можете помочь воображению жестом. Согните палец — стул приблизится, разогните — отплывет.
Мира попробовала — все получилось! Стул порхал в воздухе туда и сюда, как мотылек.
— Почему он все время крутится?
— Потоки воздуха и начальный импульс вращения.
— А если я хочу, чтобы летал ровно?
— Примените второй управляющий луч: средний палец, команда «контроль».
Мира сделала это — и новый луч протянулся к ножке стула. Теперь она «держала» его и за сиденье, и за ножку. Пошевелила пальцами — стул крутанулся в воздухе. Управляя двумя лучами, перенесла его к окну, опустила на широкий подоконник.
— А как теперь… чтобы он стоял?
— Команда «отмена контроля» отвяжет стул от ваших пальцев. Команда «весом» вернет ему вес.
— Ялорт-нок анем-то… Мосев.
Стул твердо встал на подоконник, рябь вокруг него исчезла.
Мира выдохнула.
— Святые боги! У меня получилось!..
Нави кашлянул:
— Простите, ваше величество, но если говорить с научной точностью, то получилось у меня. Я научил вас управлять Перчаткой Могущества. Мы можем теперь перейти к той части беседы, где вы ответите на вопросы?
— Одну минуту, — вмешался Роберт. — Длань Целителя может лечить раненых, а ее величество теперь говорит с Предметами. Она сможет исцелить кайра Сорок Два?
— Боюсь, что нет. Нужен не только контроль над скальпелем, а еще и точные знания анатомии. Без опыта и знаний Предмет только навредит. Вот если бы вы доверили скальпель мне…
 
Роберт замешкался.
— Гм. Я не знаю ваших намерений, юноша…
Тогда Мира вскочила с места:
— А я поверю вам! Дорогой мне человек стал калекой. Если мы поедем к нему, и я дам вам Длань Целителя, — вы сможете?
— Нужно сначала увидеть. Я — навигатор, мои знания медицины неполны… Не поручусь, что исправлю все, но сделаю, что смогу.
— Едемте же!
— Ваше величество, а вопросы?..
— Если вылечите Итана, я — ваш вечный должник. Если нет, я все равно обязана вам за Перчатку Могущества и отвечу на все вопросы. Но сначала помогите Итану.
Нави прищурился, будто высчитывал что-то в уме.
— А вы правы, так будет лучше. Начнем с лечения.
Но Ворон Короны вмешался в беседу:
— Ваше величество, я не хочу нарушать ваши планы, однако имеется еще четвертый визитер. Не примете ли его — то бишь, ее?
— Она может подождать?
— Полагаю, да. Она отсидела двадцать лет в лечебнице. Днем больше, днем меньше…
— Двадцать лет! Ее хотя бы вылечили за такой срок?
— Конечно. Это не составило труда, поскольку она и была здорова.
У Миры кольнуло в груди:
— Еще одна трагичная судьба?
— Меткое определение, ваше величество.
— И вовсе не трагичная! — Вмешался Нави. — Карен — язва, каких мало. Плюется ядом, как змея, всеми помыкает и фунтами жрет булочки… Однако я тоже прошу: примите ее.
Мира не сдержала улыбки:
— После таких рекомендаций я просто обязана с нею познакомиться. Пригласите сударыню!
Леди Карен оказалась стареющей дамой чахоточного вида. Вряд ли кто-нибудь, даже пьяный матрос, назвал бы ее красивой. Но кое-что особенное было в ней.
Карен подошла, опустилась в реверансе, и, согласно этикету, стала ожидать, пока заговорит владычица. И вдруг, безо всякой причины, Мира вспомнила, что провела при дворе всего год, имеет склонность к спиртному, поступает непоследовательно, и вообще, этот дворец знавал владык, в тысячу раз более достойных, чем она.
— Миледи… — выдавила Минерва.
— Ваше величество, — ответила Карен.
— Можете подняться, — сказала Мира. — Надеюсь, вы легко добрались.
То был этикетный вопрос, на который Карен ответила столь же формально:
— Прекрасно, ваше величество, благодарю за заботу.
Но тень улыбки на ее устах как бы добавила к сказанному: «Доехала прекрасно: бежала из темницы, чуть не утонула, а потом попала под арест». Мира начала заливаться краской.
— Как ваше имя, миледи?
Карен поискала глазами секретаря, который должен быть рядом, когда владыка принимает незнакомцев. Чуть повела бровью, как бы говоря: «Ах, ну ладно, могу и сама».
— Карен Сесили Кейтлин рода Елены, леди Лайтхарт.
— Лайтхарт?.. — не сдержалась Мира и сразу обругала себя за грубость.
Карен выдержала паузу, заменившую слова: «Да, я из той семьи, которую ваши предки вырезали почти под корень. Правда, я осталась жива. Понимаю ваше удивление».
— Да, ваше величество. Дочь герцога Джонаса Лайтхарта.
— Это Телуриан отправил вас в лечебницу?
— Да, ваше величество.
— За участие в заговоре?
— Я не участвовала в заговоре. Впрочем, вряд ли это имеет значение теперь.
Возникла неловкая пауза. Мира не знала, как быть с невинными жертвами Династии. В ответе ли она за действия Телуриана? Вряд ли, однако на душе все равно скверно.
Карен предложила помощь:
— Чем могу служить вашему величеству?
Простой и логичный вопрос из дворцового этикета заставил Миру окончательно смешаться:
— Вы мне?.. Разве вы мне что-нибудь должны? Похоже, совсем напротив… Что я могу сделать для вас?
— Прошу позволения увидеться с мужем.
— А кто… — До чего же нелепо спрашивать! Больше никаких приемов без секретаря! — Простите, кто ваш муж?