Люди и боги (СИ)
— Да, — признал Хайдер Лид.
— Обычно герцог Эрвин отпускает пленников.
— Да, — повторил Лид.
— Но после боя у дамбы он сказал им: «Если снова встречу вас в бою, то повешу».
— Тогда в чем вопрос, капитан?
— Мда…
Гордон Сью махнул своим бойцам:
— Повесьте их.
Лидский Волк добавил:
— И каждому на грудь табличку: «Он сражался за еретиков».
* * *
— Позвольте спросить, милорд: как вы это сделали? Вы действительно видите все наперед?
— Я тоже хотел бы знать, милорд, — Квентин присоединился к отцу Давиду.
— И я, — прибавил Обри.
Только что их нашел посыльный от капитана Лида с известием: два полка альмерцев рассеяны, батальон северян марширует к Флиссу.
— Это всего лишь цепь выводов, — с ложной скромностью заговорил Эрвин. — Тезис первый: Галлард Альмера хочет иметь связь с союзником, Кукловодом. А значит, ему нужен порт Флисс. Отсюда тезис второй: узнав, что я иду во Флисс, Галлард прикажет Векслеру догнать и захватить меня. Однако генерал, наученный горьким опытом, не ринется в бой очертя голову, а выберет наилучший момент.
— И лучшим моментом будет тот, когда вы не стоите во главе войска.
— Верно, Джемис. Но если генерал сразу заметит, что я покинул войско, то пошлет за мной быстрый отряд и, чего доброго, сцапает. Значит, я должен уехать довольно далеко, а уж потом дать генералу узнать, куда я делся. А как сообщить ему, чтобы он не заподозрил подвоха? Полевые разведчики следили за нашей ротой, но издали, и не зная меня в лицо. Они — не надежный источник. К счастью, имелся сир Михаэль. Я взял его с собою, искренне надеясь, что он окажется шпионом. Однако…
Эрвин выдержал минуту тишины — в память о кайре Артуре.
— Высокая цена. Но Векслер поверил, что я бросил войско и уже подбираюсь к Флиссу. Он решил — не мог не решить — поймать сперва мое войско, а потом меня самого. Третий тезис в этой цепи: генерал атакует не когда-нибудь, а ночью. Днем догнать кайров будет сложно, а ночью легко и догнать, и окружить. Но затемно северянина в белом плаще не отличить от альмерца в белом плаще, что дает некоторые ценные возможности. Особенно если у тебя под рукой имеются такие мастера диверсий, как Лидские Волки. И наконец, четвертый тезис: по ночам ветер дует к Дымной Дали, то есть — в спину альмерцам. Значит, если поджечь лес за их спинами, то они будут зажаты между огнем и нашим войском. В такой ситуации, лишившись командования, они просто разбегутся. А для поджога можно применить тех же Лидских Волков, за которыми противник уже не наблюдает.
— Потрясающе, милорд! — восхитился Давид.
— Нет, отче, весьма просто. Я составил в ряд четыре умозаключения — и больше не делал ничего. Остальное исполнили Хайдер Лид и Гордон Сью. Надеюсь, полковник Эрроубэк хоть немного помог им.
Уже смеркалось. Влажный ветер дул со стороны Дымной Дали, неся запах водорослей и водяной пены. Озерная синева начинала проглядывать между деревьев.
— Один вопрос, милорд, — хмуро сказал Джемис. — Вовсе не хочу портить вам триумф, но раз уж я критик, или как вы там сказали… Сейчас мы всемером подойдем к воротам крупнейшего порта Альмеры. Причем семеро — это считая священника и собаку. Как вы планируете захватить Флисс таким числом?
Отец Давид усмехнулся:
— Милорд, позвольте мне ответить вместо вас. Славный кайр, видимо, плохо знает географию Альмеры. Перед нами Дымная Даль, но не Флисс. Мы вышли к безлюдной бухте милях в десяти от города.
Деревья расступились. Вдоль просеки открылся прекрасный вид: тихий залив розовеет в закатных лучах, травка сбегает к самой воде, плакучие ивы полощут ветви. И восемь кораблей как раз подходят к бухте, ловя парусами северный ветер.
Эрвин хлопнул кайра по плечу.
— Это зовется ассоциативной ошибкой. Корабль — значит, порт. Герцогу нужен корабль — герцог пойдет во Флисс. Но мне-то нужен не порт, а только судно. Я послал голубя отцу в Лейксити и вызвал эскадру туда, куда хотел.
Меч-5
10–14 июня 1775 г. от Сошествия
Уэймар
Три округлых Предмета размером с крупные яблоки лежали на перевернутой бочке. Их материал — не металл, не стекло, не камень — играл со светом луны. Частично поглощал его, впитывал в себя — и излучал заново. Свет, пролитый Предметами, казался теплее лунного. Один взгляд на него согревал душу и тело. Каким бы тусклым он ни был, но темень слабела от его присутствия. Ночь казалась всего лишь сумерками, глаз легко различал все вокруг Предметов: трех человек, склонившихся над бочкой, раскидистую яблоню, трухлявую скамейку, здание трапезной, памятник в виде священной спирали, разрушенный храм, темные бреши в стенах обители… Сердце Джоакина билось неровно, дыхание замирало. Святое и торжественное место, сцена трагедии и духовного подвига монахов. Лучшее место, чтобы впервые заговорить с божественным Предметом.
— Отставить глазеть, — хлестнул окриком Лед. — Все, что я скажу сегодня, вы запомните накрепко. От этого зависит ваша жизнь. Некоторые из наших врагов уже знают, что для разговора с Предметами нужна первокровь. Но никто не знает того, как вести разговор. Вам ясно, что следует из этого?
— Да, милорд, — сказал Джо.
— Ну, что? — спросил Мартин.
— Если ты кому-нибудь передашь мои слова, то не спасешься за спиной у брата. Я сделаю тебе очень больно, а потом убью.
— Ну, — сказал Мартин, — ага. Я понял.
Лед поднял один из Предметов. Луна, отраженная в нем, осветила лицо северянина.
— Перст Вильгельма представляет собой дальнобойное орудие с одним или несколькими видами боя, в вашем случае — с двумя. Один режим широко известен: метание огненных шаров. Его достоинства: дальнобойность (прицельный огонь — до половины мили), воспламеняющий эффект, а также — немалая убойная сила. При стрельбе с пятидесяти ярдов шар способен прожечь насквозь латного противника. Недостаток шаров — ограниченная скорость полета. Шар движется не быстрее стрелы из длинного лука, отчего бывает сложно поразить подвижные цели. Второй недостаток: шары неэффективны против массивных целей — каменных и кирпичных построек, толстых бревен, земляных валов. Все ясно?
— Так точно, — сказал Джо.
— Ну, вроде… Пострелять бы сначала, — сказал Мартин.
Игнорируя его слова, Лед продолжил:
— Второй режим боя зовется плетью. Это — невидимая сила, способная хлестать по противнику и ломать твердые фрагменты: латы, клинки, кости. Плеть движется со скоростью звука, то есть — почти мгновенно. От нее невозможно уклониться. Плеть невидима, потому она не выдает позицию стрелка. При выстреле плетью Предмет издает характерный свист, но в шуме боя его нелегко услышать. Плеть способна крошить камни. Многократный выстрел в одну и ту же точку может создать трещину в стене. Главный недостаток плети — малая дистанция боя. На расстоянии более двухсот ярдов плеть почти неэффективна.
— Все ясно, милорд, — сказал Джо.
— Ломает кости? — спросил Мартин. — А кожа остается целой?
— И кожа, и одежда. Плеть свободно проходит сквозь мягкие субстанции и ломает твердые. Тело врага превращается в бесформенный мешок, набитый обломками костей.
У Мартина заблестели глаза:
— Вот это да!
— Разговор с Перстом ведется посредством волевого усилия. Представьте, что вы бросаете камень. Вы просто смотрите на цель, даете руке волевой приказ — и она мечет снаряд. Тем же способом стреляет Перст Вильгельма.
— Так просто?
— Просто лишь тогда, когда привык к этому. Новичку сложно представить Перст частью своего тела — органом или конечностью. Не получается отдавать Персту команды так же, как собственной руке. Обычная ошибка — слишком слабый и неточный волевой сигнал, который не производит выстрела. Более редкая и опасная оплошность — волевой приказ, отданный случайно и не вовремя. Это приводит к спонтанному выстрелу. Во избежание ошибок новобранцы сперва обучаются упрощенному разговору с Предметом. Персты в руки!