Цена империи. Выбор пути (СИ)

— Это получается три тысячи четыреста сорок легких полковых пушек и пятьсот двадцать конных. И это только для постоянной армии мирного времени? — быстро посчитал в уме Ванновский.
— Вот именно, Петр Семенович! А еще резерв на всякие поломки, прочие непредвиденные обстоятельства.
— Понимаю, Государь. А еще запчасти, ремонтные мастерские, боеприпасы, в конце-концов! И еще мобилизационный резерв!
— Да, из расчета на четыре миллиона резервистов, которых еще надо подготовить! Как и двадцать тысяч офицеров, почти сто тысяч унтер-офицеров, их всех надо иметь в запасе! Я не говорю про боеприпасы, которые война пожирает как Молох! Далее, считаем 120 дивизий — в каждой по дивизиону из двенадцати дивизионных пушек и легких гаубиц. 1440 тех и других. Конным сорока дивизиям по 240 дивизионных и гаубиц, надо только их сделать максимально облегченными. Пока корпусную не прикидывал потребности, но минимум около шестиста орудий в шесть и восемь дюймов. Думаю, примерно так, господа…
— По бедности нашей… — Вздохнул Милютин…
До Кремля мы доехали молча.
От автора: воспользуюсь таким правом, в качестве рекламы хочу порекомендовать Андрей А_З_К начинает выкладывать новую книгу. Пока что сам не знаю, что у него получится. НО будет интересно, мне так кажется. Мне лично Андрей помогал с редактированием одной моей книги и очень хорошо в результате получилось. В общем, вот ...  https://author.today/work/248424 
  
Глава одиннадцатая. На суше и на море
 
Глава одиннадцатая 
На суше и на море 
Санкт-Петербург. Адмиралтейство
28 апреля 1884 года
Будущее народов и участь их решаются на океане, и потому военно-морская идея с вытекающей из неё обдуманной программой постройки однотипных боевых эскадр приобретает высшее мировое значение. 
(Борис Иосифович Доливо-Добровольский ) 
ЕИВ Михаил Николаевич 
— Я всех их нахер разгоню! Блядство! Йо….ые придурки! 
Эти последние три фразы стали финалом того очень большого петровского загиба, коим я попотчевал погоны под шпицем. Реально задолбали! Сколько было совещаний и решений принято! А они по-прежнему тянут одеяло каждый на себя и морочат голову своими бреднями, требуя внести изменения в судостроительную программу. Призрак крейсерской войны не дает им покоя! Противу британки, у которых броненосцев больше чем у любого государства крейсеров будет. Объяснять им, что на этом этапе именно удары подводного флота будут прерывать морское судоходство, не буду. Это что метать бисер перед свиньями! Да и секретность… Значит, надо морской штаб переводить в Москву. Этих родственных душ покойного, но так и не ставшего генерал-адмиралом Алексея Александровича (о семи пудах высочайшего мяса) гнать со службы к чертовой матери! После первой части совещания я все-таки не выдержал и удалился в комнату отдыха, где дал волю чувствам. Выматерившись (кажется, адъютант заглянул ко мне и тут же выскочил, дабы не попасть под горячее), я почувствовал себя немного лучше. Звякнул колокольчиком, что за древность! Попросил кофе и коньяка. Смешал оба компонента в одинаковой пропорции в вместительной чашке. После первых пяти глотков полегчало. 
Вот, понимаю я Петра Великого, который топорами головы рубил! Только не тем рубил, что надо было. Мздоимцам надо было… Хотя, тогда бы вообще без кадров остался бы. Интересно, как с ними брат Костя справлялся? Неужто позволял запускать рыло в государственную кормушку? Тогда неудивительно, что флот высасывает из государства почти все деньги. Вспоминаю события Русско-Японской войны, которой у нас тут не было, и очень надеюсь, что не будет. Во всяком случае, их партию мира с Россией мы стараемся поддерживать, и не только деньгами. Но ведь все равно там скоро вспыхнет! И мы совершенно не готовы к тому, чтобы противостоять кому-нибудь на море и в океане. Боевые корабли кто только нам не строил: британцы, французы, американцы. Свои оказывались куда хуже по качеству, даже в одной серии отличались друг от друга, шло строительство непозволительно долго, слишком многое зависело от поставщиков, от брони до радиостанций. Попов-то хорош! Мы в этом варианте истории смогли свой приоритет обозначить и закрепить. Но, сделав единичные образцы он не стал заниматься производством, разработкой технологии, доведением до ума самой станции, у него научный свербеж в одном месте, б…дь, как тяжело работать с местными гениями! Штучный товар с такими мухами! 
 
Сегодняшний срач случился из-за принятия новой кораблестроительной программы 1884 года. До этого урезанная программа 1881-1882 года была выполнена, хотя и с огромным трудом. Я до сих вспоминаю спуск на воду крейсера «Дмитрий Донской». Сначала пришлось выдержать сумасшедший крик «как это возможно, чтобы на корабле не было парусного вооружения?», стерпел. В итоге, я помню, что модернизация этого крейсера включала и лишение его парусных причандалов, что дало ему полтора-два узла скорости в плюс. Так что паруса сразу в минус, а мачта для флажных сигналов может быть небольшой, главное, не накосячить с радиостанциями. В общем, в день спуска «Дмитрия Донского» со стапеля были обнаружены заряды динамита, расположенные по левому борту корабля в его трюмах. Хитро была сделана система активации этой системы — она должна была прийти в действие с момента, когда корабль покинет стапель. Потом серия небольших взрывов, пробоины, в которые хлынет вода и крейсер должен был завалиться и затонуть. Это отметились социалисты-революционеры. Один из них работал на верфи в качестве мастера, вот он и смог все «устроить». И только бдительность жандармов и строгое выполнение протоколов безопасности помогло избежать трагедии и позора. 
Были построены четыре крейсера такого типа. На их вооружении было четыре восьмидюймовые пушки Бринка в 35 калибров в двух двухорудийных башенных установках и восемь барбетных шестидюймовок аналогичного калибра, плюс по четыре 2,5 дюймовых пушки Барановского для десанта. Корабль имел броневой пояс до 152 мм и бронепалубу. Главной особенностью было использование компаунд-машины тройного расширения пара, каждая по 7000 л.с., в итоге это дало скорость крейсера в 19,5 узлов. Были спущены на воду и два броненосца береговой обороны — тихоходные, с мощной броней и достаточно серьезным вооружением. По шесть двенадцатидюймовых орудий в 35 калибров (совместная разработка Бринка с концерном Круппа) в башенных установках, и двенадцать шестидюймовок в башнях и барбетах. 
За это время Крамп построил верфи в Романове-на-Мурмане, Владивостоке и Николаеве-на-Амуре. Эти верфи пока что начали лепить небольшие корабли пограничной охраны, канонерские лодки, тральщики и катера-морские охотники для борьбы с контрабандистами. Во Владивостоке и Романове планировалось заложить миноносцы. И вот тут поднялся хай! Хотели строить массово крейсера на новых верфях, а на старых — исключительно броненосцы, и пачками! И насрать на то, что мы не имеем достаточно качественной брони, что денег этот флот сожрет немеряно, а построенные корабли очень быстро устареют, быстрее, чем будут введены в строй. Наши великие адмиралы дошли до того, что рекомендовали мне сократить социальные программы: переселенческую и все поддержки рабочих и контроля за предпринимателями, чтобы освободившиеся деньги отдать в их умелые руки, а заодно ввести новый налог на строительство флота, небольшой такой… И вот тут я вскипел! 
Что-то с адмиральской фрондой надо было делать! Но чтобы не рубить с плеча, я решил все-таки взять более глубокую паузу. И сказал, что переношу совещание на два дня. Мне вручили меморандум господ адмиралов. Ага! Вот и их хотелки в письменном виде, ничего лучше и придумать невозможно! Надо сказать, я сам виноват в этой ситуации. Давно надо было всю эту шваль под шпицем обновлять, отправлять в отставку, ссылать на берега Мурмана окуней ловить в Ледовитом океане. А ведь был звоночек с этим гвардейским экипажем! Все время до флота руки не доходили. А ведь ВМФ — это наше все. Береговая линия огромна. Оборонять страну без надежного прикрытия береговой линии — невозможно. И это все при том, что рассчитывать исключительно на свое кораблестроение — почти нереально. Качество и скорость строительства запредельно низкие! Силовые установки никак освоить не можем! Компаунд-машины тройного расширения заказывали у немцев просто потому, что сами с ними справиться не могли. Или строили бы их хрен знает сколько! Крейсера стояли бы железными остовами без начинки благодаря расторопности наших умельцев.