Ошибочный тест на отцовство (СИ)

Это меня раздражает еще больше, чем ее назойливость. Вот же…
Хозяин особняка приезжает, наверное, через полчаса. Лёва успел проснуться. Мы с ним спустились вниз. И встречать Константина тоже выходим в прихожую вместе.
– О, привет!
Костя в черной кожанке, так круто оттеняющей его темную шевелюру и глаза. А его сынок в бежевом комбезе. Который тоже делает его глазки еще круглее и черней. Смотрю на нас с ним в зеркало, потом на Костю. Вот сейчас мне кажется, они очень похожи.
А еще замечаю в руках Козырева кучу пакетов.
– Это что?
Мужчина довольно лыбится.
– Заскочил за продуктами.
Я ахаю.
– Столько всего!
– Сейчас еще за матрасом схожу.
В голосе парня слышится гордость. А я просто очень искренне улыбаюсь. Мне никогда никто столько всего не покупал. В семье любая трата денег была настоящей трагедией. Сначала от покупок долго отговаривали. А если деваться было некуда, родители ходили с плохим настроением.
Мийка, как можно догадаться, тратить деньги очень любит. И потому с четырнадцати лет бегала по подработкам. И меня тянула. Так я начала позволять себе сладости, книжки. После и красивую (по моему вкусу) одежду. Свои деньги я тратила уже легче. Но их все равно было в обрез. Вот так вот чтобы принести кучу пакетов – нет.
Костя возвращается с матрасиком. А Лёвка как будто понимает, это купили ему! Начинает сучить ручками, что–то пищит. Козырев сразу обращает внимание.
– Кажется, ему понравилось, – он смотрит на маленького с улыбкой.
– Еще бы! – подтверждаю.
– Я сейчас, вымою руки.
Константин скрывается в санузле. Мы с Лёвой ждем его в коридоре зачем–то. Но вообще мужчина возвращается быстро. Малыш от его вида снова издает писк.
– Чего говоришь? – смеется Костя.
Я держу маленького, прижав спинкой к своей груди. И ему открывается полный обзор. А еще возможность построить папе глазки.
Тот склоняется к нему, вставляет в кулачок свой палец. Улыбается так тепло и широко. А потом вдруг резко делается серьезным, даже изумленным.
– Он улыбнулся!
Костя заходится негромким, но очень радостным смехом. А Лёва еще раз улыбается ему в ответ.
Мне так и хочется сказать – посмотри, ну вы же родные!
– Все в порядке, Лин?
Кажется, одна я в этом доме выглядела грустной. Стискиваю зубы на секунду. Но потом все же решаюсь сказать.
– Мы должны до конца проверить отцовство, Костя. Потому что он – твой.
Втягиваю голову в плечи. Что сейчас услышу от мужчины?
– Дай его мне, – такого точно не ожидала, – а то уронишь сейчас.
Так же внезапно я слушаюсь. Костя принимает маленького на свою согнутую руку. Лёва теперь лежит на спинке. Но все равно может смотреть на отца.
– Так что ты думаешь? – нервно топчусь на месте. Обнимаю себя за локти.
– Думаю, что может измениться от официального результата?
Мои глаза широко распахиваются – какой глупый вопрос!
– Как это что, Кость?! Ты будешь точно знать, Лёвка – твой сын!
В первый раз говорю с ним так откровенно.
– Ты еще недавно радовалась, что мы проехали эту тему.
Он все понял по–своему. Хотя да, немного было… Но не совсем, как он подумал.
– Я порадовалась, что ты не захотел нас отпускать. Что вопрос не стоял категорически.
– Так он и сейчас так не стоит. И с положительным результатом и без него наши… отношения будут одинаковыми.
Мне так и хочется спросить – а у нас отношения? Но вполне возможно, он просто так выразился. Не стоит навязываться. В конце концов, так можно назвать любое общение между двумя людьми.
– Все–таки если ты будешь точно знать, что вы родные с Лёвой, между вами все будет по–другому.
Я сама себя уговариваю? Костя однозначно относится к малышу хорошо. Но как–то с опаской что ли. Когда докажется их родство, будет не так?
Смотрю на парней. Козырев легонько щекочет Лёвке животик.
– Может быть, ты права. Если не боишься, я поищу хорошего спеца. Не хочется снова тупо заказывать стандартный тест. В деле нужно разобраться.
Тут я уже сама не знаю. Когда–то я делала пять тестов на беременность! Хотела окончательно убедиться. Но здесь ситуация другая. И дело даже не в цене экспертиз. А в том, как мужчина может воспринять очередной отрицательный результат. Костя очень классный, я в этом убедилась. Но существует мужское достоинство… Так что в целом я не против его плана. Одно только задело.
 
– Чего мне бояться, Козырев?!
Наверное, я тоже не железная. Удивительно! Пф… Беру пару пакетов и несу их в кухню. Пущу энергию во что–то полезное.
Костя все еще с малышом на руках. Не торопится отдать его, несмотря на сложный разговор между нами. Ходит, о чем–то с ним говорит. Шутит, хоть Лёвка пока ничего и не поймет. Нет, он точно будет клевым папой!
Чтобы не накрутить себе эмоции, разбираю покупки. Один пакетик с фирменной картинкой – мясо и огонь. Из ресторана. В нем термо–контейнер. Ух, если бы не настроение, у меня бы потекли слюнки. Ставлю пока упаковку на рабочей зоне кухни.
Еще Костя набрал овощей, сладкого к чаю. Нужно сложить все в холодильник…
– Далеко не убирай, – слышу за своей спиной, – мы ужинать разве не будем?
От неожиданности и нервов роняю из рук округлую коробку с конфетами. Хорошо, не тарелку в руках держала.
– У–у–у… – реагирует Костя. – Так, мелкий, иди в гнездо.
Он имеет в виду подстилку–кокон. Мы оставили ее на диване. Наблюдаю, как осторожно он кладет туда малыша. Не приходит в голову подбежать и помочь. Почему–то доверяю Козыреву.
И тот не подводит. Справляется, шагает в мою сторону.
 С конфетами ничего не случилось, – морщусь.
– Я так и думал, – усмехается парень, – а с тобой что произошло?
Ага, так я ответила! Могла бы двинуть речь про его доверие. Еще бы знать самой, почему мне оно так нужно. И надо ли вообще про это говорить. Хотя все равно не имею возможности. Ведь его ладони скользнули по моим щекам, и лицо теперь в их теплом плену.
Костя смотрит мне в глаза, я в его и не могу выдавить из себя ни слова. Приоткрываю губы лишь для того, чтобы впустить его в себя. Он скользит влажной лаской. Мой пульс разгоняется и реальность затягивает туман. Я только краем сознания думаю – с Лёвой все хорошо, он спокойно лежит в своем "гнездышке". Все другое вообще становится неважно. Только Козырев и его сильный поцелуй.
Мы целуемся долго. Прикусываем, ласкаем и трогаем каждый уголок друг друга. Оказывается, это так приятно и даже интересно. Прижимать свои губы к его губам, бороться с его языком и так сладко сдаваться.
Мне нравится его вкус и тот запах, который так и лезет в ноздри. Хороший и немного дерзкий мужской парфюм вместе с горячим телом. Банальность, но если это именно тот человек, она сносит крышу. Еще нигде я не чувствовала себя лучше, чем в его сильных объятиях. Даже кислорода не хватает от этого шквала чувств. Отрываюсь от Кости, чтобы сделать глубокий вдох…
– Займемся ужином?
Он щурится и вроде бы спрашивает серьезно. Не знаю, с чего я вдруг решила, что он пойдет дальше?! Мы в гостиной, недалеко ребенок. Куда меня унесло?.. Стараюсь выровнять дыхание.
– Не будем гнать, да? – Костя как будто рассуждает сам с собой. – Отпускает меня, идет к кухне.
Мне бы его выдержку! Это его "не будем гнать" прозвучало совсем не с издевкой или страхом. А заботливо, что ли. Все же и мне становится лучше.
– Я подумал, сделаем сами салат к стейкам? Хм, ты со мной не разговариваешь?
Его приподнятая бровь заставляет меня расхохотаться.
– Разговариваю, конечно! Давай…
Вместе идем к кухне.
– Уф! – картинно выдыхает по дороге Козырев. – Я уже думал, что сильно укусил тебя.
Боже, я вспыхиваю от смущения.
Ужин у нас (ну, и у повара ресторана) получился вкусным и сытным. И когда я пошла кормить Лёвку, крепко и надолго уснула сама. Так что мы с Козыревым даже не почаевничали. Не говоря про что–то другое… Но тут он, наверное, прав. Спешить не стоит. Один раз мы уже поддались безумной страсти.