Нэй: мой любимый Прародитель (СИ)

Меня просто ошпарило ужасом. Я рванул бегом за ней и чудом не телепортировался (наверное, на задворках разума все же крепко стояла установка максимально скрывать свои способности).
Ангелику догнал почти у лифтов, но там было слишком много народа, и мы не смогли поговорить, а когда вернулись к нашим каютам, она взмахом руки остановила готовый вырваться из меня словесный поток.
— Можешь ничего не говорить, — с безразличием заявила она. — Все-таки это твоя личная жизнь. Я даже рада. Тебе нужно общение не только со мной. Только помни: даже своей девушке не открывай своих способностей!
— Но она не моя девушка! — выпалил я. — Я даже имени ее не знаю!!!
Ангелика посмотрела на меня скептически: не поверила.
— Извини, братец, но поцелуи на пустом месте не берутся! — заявила она и снисходительно похлопала меня по плечу. — С близостью не спешите. Хочу, чтобы к отношениям ты подходил ответственно и серьезно…
С этими дикими наставлениями она развернулась и заперлась в своей каюте, оставив меня в полном шоке, гневе и обиде. Она мне не поверила!!!
Кулаки судорожно сжались, зубы скрипнули, а на стенах в радиусе нескольких метров вокруг меня стали появляться трещины. В двух местах начал плавиться пластик, несколько светильников замигали и начали трещать и взрываться…
Так как в дальнем конце коридора появились ребята из нашего отряда, я просто развернулся и ушёл. В тренажерный зал.
Зал номер четыре на некоторое время был закреплён только за нашей командой и сейчас был пуст.
Я с яростью набросился на боксерский мешок голыми руками, разбивая костяшки пальцев в кровь.
Меня душила ярость и боль.
Она мне не доверяет!!!
И ей… наплевать!!!
Я ей не нужен…
Из груди вырвался стон болезненной ярости, и я неосознанно вложил в свой последующий удар телекинетическую силу. Рука пробила грубую синтетическую кожу, проделав в мешке глубокую дыру. Звенья цепи, на которой висел мешок, разогнулись, и спортивный инвентарь отлетел на несколько метров вперед, грузно упав на пол. Из него высыпалось содержимое, а на меня навалилась неожиданная слабость. Из носа закапала кровь: это становится привычным!
Я закрыл глаза, тяжело дыша и даже не пытаясь остановить кровотечение.
Я снова сорвался! Снова позволил эмоциям овладеть мной!!!
Ангелика не должна узнать об этом…
Опять посчитает меня импульсивным подростком, а я это НЕНАВИЖУ!!!
Отдышался с трудом, огляделся.
Но сломанную вещь не утаишь.
Мне нужны деньги!
Но у меня их нет.
Проклятье!!!
Я встрял…
* * *
Пока я стоял над поверженным мешком, дверь в зал тихо открылась.
— Ого, Нэй, это всё ты натворил???
Голос Лиса прозвучал, как всегда насмешливо, но мне мгновенно в голову пришла одна идея. Я стянул с себя футболку, чтобы быстро стереть кровь с лица, и развернулся к парню.
— Да, к сожалению… — ответил я, стараясь выглядеть бесстрастным. — Я хотел бы купить инвентарь на замену. Одолжишь мне денег?
Лис удивленно вскинул брови.
— Да не чуди! Все здесь за счет военных! Любую сломанную вещь просто заменяют на новую…
Я обрадовался.
— И как это сделать? — поинтересовался я. Лис не ответил, внимательно рассматривая мешок, а потом зачем-то мое лицо. Неужели я не всю кровь вытер?
— И ты это сам сделал? — удивленно спросил парень, указывая на дыру мешке. — Да ты крут!!!
Бросив еще парочку беззлобных шуточек в мой адрес, Лис услужливо предложил свою помощь, и мы вместе оттащили мешок на склад. Там же получили новый и вместе прикрепили его на цепь.
Лис с интересом разглядывал лопнувшее звено, а потом перевел прищуренный взгляд на меня.
— Мне кажется, что ты совсем не тот, кем хочешь казаться… — наконец, выдал он, заставив меня немного понервничать. Впрочем, всю жизнь скрываться мне все равно не удастся.
— Возможно, — загадочно ответил я и решил, что с этим парнем я, пожалуй, подружусь…
* * *
Моя ярость схлынула, хоть шипы обиды остались.
Я стал жить в каюте с Лисом и Рувимом. Лис постоянно шутил, кривлялся, но я отчетливо видел, что это просто маска. Он явно ждал. Того самого, ради чего вообще сюда попал.
 
После того, как он мне помог, мне еще больше захотелось как-то ему помочь в ответ. Вот только обрадуется ли он такой помощи? Ведь все, что я могу — это попробовать его остановить!
Всю последующую неделю я почти все свободное время проводил в тренажерном зале. Ребята хвалили меня за усердие, Ангелика мило улыбалась, но из-за жмущей мою внутренность обиды я старался с ней особенно не пересекаться. Просто не мог выносить даже взгляда на неё: тут же вспоминались ее слова, и изнутри начинала подниматься злость.
Нет, я остыну, я смогу! Мне ведь пара тысяч лет, если что!
На счет той бессовестной девчонки я узнал у искина Ская. Он сообщил, что ее зовут Руфина Шайло, двадцать два года, студентка-медик из ИВВА, проходящая практику на «Кремень-1». Он даже показал мне видео из столовой после того, как я стремительно ее покинул. Девушка заметно смутилась и пристыженно поплелась к своей группе.
«В какое время медики обычно питаются в столовой?» — уточнил я у Ская. Тот сообщил мне данные, и я решил ни в коем случае больше в такой час там не показываться.
«А то опять эта ненормальная начнет сходить с ума…» — пробормотал я сам в себе, на что Скай мне многозначительно ответил:
«В таком возрасте выброс гормонов провоцирует обильные эмоциональные привязанности и многих толкает на безрассудные поступки…»
Я хотел возразить, мол, не нужно оправдывать неадекватных, но моя память тут же услужливо напомнила мне, как я уже не раз пытался поцеловать Ангелику и закатывал ей сцены ревности в первые дни знакомства.
Ой, неужели я такой же???
Устыдился и разговоры со Скаем быстро прекратил.
…И вот настал тот самый день, которого так отчаянно ждал Лис: день прилета каких-то важных лиц (а их было больше тридцати человек!) с Ишира. Среди них должен был быть тот, жизнь которого парень отчаянно хотел отнять.
С самого утра Лис выглядел мрачным и напряженным. Ангелика сообщила, что все мы сегодня будем присутствовать на торжественном концерте, посвященном трехлетию заключения мирного договора между Иширом и планетой Цвинн. Будут присутствовать даже цвиннские послы!
Меня это событие немного напрягло, ведь я инстинктивно чувствовал, что не стоит светиться при большом скоплении инопланетян, но Ангелика сказала, что присутствовать обязаны все.
Все утро Лис куда-то отлучался, и я догадывался, что он готовится. Ни с кем не разговаривал и даже не шутил.
Я решил, что вмешиваться стану непосредственно при исполнении его плана и логически предполагал, что произойдет это ночью, когда все гости разбредутся по своим каютам.
Облекшись в специальные комбинезоны с эмблемой нашего отряда (на ней был изображён звездолет, влетающий в космический портал), мы отправились в огромный концертный зал, до отказа забитый людьми и… нелюдьми.
К счастью, зоннёны и цвинны, как почетные гости, располагались в первых рядах, а мы скромненько пристроились сзади, причем я старался держаться поближе к Лису и внимательно за ним наблюдал.
Как только вдалеке появилась делегация с Ишира, он так вперился в нее взглядом, что на шее вздулись вены от напряжения.
Я вгляделся в размытые фигуры. Интересно, кто же из них? Жаль, что я в видении так и не смог увидеть нужное лицо!
Концерт прошел посредственно: пение и музыка меня совершенно не впечатлили. Вот если бы здесь кто-то играл на «туйлине»!..
У меня перед глазами вспыхнул эпизод, как мои длинные тонкие пальцы перебирают звонкие струны, передающие волшебную мелодию, и я на несколько мгновений выпал из реальности.
Я когда-то играл! Инструмент назывался «туйлинь». Чем-то напоминал иширскую арфу, только сложнее, намного сложнее. И дело не только в его структуре или технике игры. Инструмент создавался из особенной породы дерева. Эти растения были своего рода ментальными накопителями, поэтому во время игры на «туйлине» слушателей захватывал еще и глубокий эмоциональный поток…