Мемуары торрека (СИ)
Удивлённый старик вдруг выронил меч, затем подлетел на несколько ломтей и повис на толстой ветке. Следом за ним подлетело бесчувственное тело Берниса. Разглядев колдовство, Вайри едва не вывалился из кустов.
Дальше из-за дерева показался молодой воин в странном зелёном наряде. Незнакомец поднял руку с причудливым коротким жезлом, и над поляной дюжину раз громыхнуло. Перед каждым раскатом из жезла вылетали язычки пламени и сизый дымок.
Фурса взревела и бросилась на колдуна, но движения монстра уже не были столь легки и стремительны, как мгновенье назад. Вайри успел подметить, что чёрная шкура сильно подпорчена, а из груди просочились ручейки крови. Тварь снова прыгнула, взмахнула могучими лапами, но промахнулась. Колдун вдруг исчез… растворился в воздухе и возник позади монстра.
Фурса жалобно взвыла и закружилась, будто пыталась дотянуться до собственного хвоста. Тварь металась по сторонам, перекатывалась с боков на спину и сильно припадала на правые лапы. Вайри присмотрелся и так громко ахнул, что и сам удивился, как его не заметили. Между рёбрами монстра торчала рукоятка меча.
На поляне появились новые лица. Шестеро колдунов, похожих на первого, выбрались из кустов и рассредоточились по просеке. Каждый воин держал в руках длинный жезл, нацеленный на беснующуюся тварь. Как только фурса перестала биться в припадке и выровнялась на могучих лапах, колдовские жезлы загрохотали в унисон. От того звука у Вайри внутри всё сжалось, захотелось бежать и никогда… никогда не останавливаться…
Голова фурсы разлетелась на части. Кровавые ошмётки разбросало в траве, а напрягшееся тело задрожало в последних судорогах. Монстр был повержен.
Когда схватка закончилась, на поляну высыпали люди и, окружив колдунов, неистово закричали:
— Слава торреку! Слава великому воину кронов! Ххорра!.. ххорра!..
Эта картина доконала наёмника. Его отряд чудом избежал встречи с такой многочисленной и сильной группой. Пора было что-то решать…
— Ты слышал, как они его называют? — изумлённо прошептал одноглазый.
Вайри ничего не ответил. Нечего было ему на это ответить.
Тем временем старика и Берниса Моурта сняли с дерева. Над раненным графом начала хлопотать белокурая девчонка, а тушу фурсы погрузили на диковинную одноколёсную тележку.
— Что будем делать? — не мог успокоиться Одноглазый.
— Я не знаю, — пожал плечами Вайри, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. — Давайте пока тихо понаблюдаем, а потом решим, как нам быть. Да… так и поступим. Будем наблюдать.
Глава 17
Этим вечером в Крильисе было очень темно. Лохматые тучи окутали небо, погрузив проклятый лес в омут беспроглядного мрака. В лагере стражников разгорелись большие костры. Несмотря на позднее время, люди и не думали идти спать, потому как сегодня им было чем себя поразвлечь:
— То было невероятно, — пафосно, с выражением, протянул Старг. На лице парня плясали отблески костра. Рядом потрескивало полено, подпевая чудным россказням юного стража. Чтобы добавить истории красок, Старг иногда менял интонации голоса и энергично жестикулировал.
— Он прожёг меня пристальным взглядом: ни страха, ни упрёка, ни смуты — только сила и великая воля жили в том взоре. «Дай мне свой меч» — молвил торрек. И лишь тогда я понял, что он решился схватиться с отродьем Крильиса в смертельном бою.
— А как же фурса? Она что же — вас не почуяла? — возбуждённо протянул Гори, сидевший к рассказчику ближе всех. Остальные трепетно замычали, хоть воины и слушали историю в пятый раз — всё равно хотели подробностей.
— Тогда ещё нет. Фурса была занята стариком и прозевала появление господина. Но это не важно, у чудища не было возможностей одолеть торрека. Он для неё слишком силён.
— А как он вогнал клинок в её тело? На извороте, или сам атаковал? — донеслось от соседнего костра.
— Я… я не знаю, — чуть смутился Старг. — Он двигался точно ветер и выпада я не видел. Торрек просто стоял, а спустя миг испарился. Фурса его не достала, а меч будто всегда торчал у чудища между рёбер.
Дальше Старг медленно, очень пафосно вынул клинок из ножен и поднял его над головой, словно реликвию.
— Вот этим клинком торрек одолел фурсу. Великая честь владеть таким славным артефактом.
— Да, да, ты у нас везунчик. Дальше что было? Ну же, не томи, — загомонили слушатели у костров, подбадривая рассказчика.
— Дальше? А дальше великая магия искромсала фурсу на части. — Продолжал вдохновлённый Старг. — Неистовый гром, молнии с небес, вспышки алого пламени — обрушились на голову бесноватого монстра. Потом подул лютый ветер, обратился безжалостным ураганом, подхватил фурсу и…
Старг на мгновение сбился, во рту у него пересохло, а в горле сильно першило. Пока он поднимал мех с водой и полоскал горло, стражники нетерпеливо ёрзали на местах.
— Так вот… эм… что я там говорил? — смутился парнишка.
— Ураган подхватил фурсу, — напомнил ему Гори.
— Ну да, так и было. Вокруг скрипели и осыпались трухой вековые деревья, звери разбегались, а земля покрылась глубокими трещинами.
— Ну а фурса… фурса что?
— Да что-что? Сдохла, поди, — иронично ответил Старг. — Голову ей разнесло на части. Видать, молния угодила.
Старг снова припал к меху с водой. Потом рукавом обтёр мокрые губы и продолжил:
— Дальше торрек обернулся, дружески похлопал меня по плечу и вернул мне клинок. «Спасибо, Старг, без тебя бы я точно не справился» — молвил он.
— Я что-то не понял, — тут же подхватил Гори. — А ты тут причём?
— Ну как же? Я ведь всю битву прикрывал ему спину.
— Ха-ха-ха! — тут же взорвались зрители. — Ну теперь нам понятно, кто на самом деле фурсу прикончил. Вы слышали, парни, кто торреку нашему спину в бою прикрывал. Ха-ха-ха!
Борис тоже не удержался, прикрылся ладонями и протяжно захохотал. Таиться пока смысла не было: в лагере поднялся такой шум, что там и грозу вряд ли кто смог бы заметить. Наёмник присел в тени частокола и присматривался к стражникам, пытаясь уловить настроения, которые ходили в их лагере, и тем, что он пока видел, Борис был очень доволен.
История с фурсой за два дня изменилась до неузнаваемости и с каждым новым пересказом обрастала всё новыми подробностями. И это здорово. Главное, что в головах аборигенов вырисовывался правильный образ торрека: сильнейший воин и непобедимый колдун, добрый господин, который заботится о своих людях и защищает их от напастей… даже от монстров Крильиса. Страх постепенно сменялся уважением, а там и до раболепной любви рукой подать.
— Ну как тут? — подкрался Рыжий. — Всё в порядке?
— Да, всё отлично. Только и судачат о подвигах великого торрека. Так что можно не переживать — теперь-то они все точно наши.
— Здорово. Тогда пошли в дом. Там все уже собрались, меня за тобой отправили.
— Хорошо, пойдём.
Пройдя в избу, Борис тут же протолкался к очагу. Рядом с ним стояла кадка с водой, наёмник зачерпнул воды деревянным ковшиком и осушил его залпом. За забором пришлось сидеть долго, и наёмник успел пожалеть, что не прихватил с собой полную фляжку.
Пришельцы все были в доме. Стол передвинули к центру избы, за ним присели капитан, Андрей и ещё одно место оставили для Бориса. Остальные стояли позади. Темноту скудно разгоняли несколько потрескивающих лучин. Старика привели через минуту и усадили на стул перед столом. Потолковать с ним времени пока не было, да и выглядел он скверно: очень устал, измотался, да и натерпелся в дороге — потому спасённому старцу дали время на отдых.
— Твоё имя мы знаем. А ты, знаешь, с кем тебе сейчас посчастливится говорить? — начал Борис. Тут же на ухо капитану зашептал Емеля, переводя слова наёмника.
— Да, сир. Для меня великая честь быть среди вас, — отвечал Пули.
— Для меня тоже честь принимать столь прославленных воинов, — взял слово Андрей. — Мои люди рассказали много невероятных историй о твоём господине… или это всё-таки небылицы?