Эпоха Возрождения (СИ)

— Аджисай?.. — с глухим эхом раздался тихий знакомый голос, который прервал её раздумья.
Она с удивлением прислушалась. Этот голос она никогда не слышала наяву, только во снах. И этого голоса просто по определению не могло быть здесь.
— Наруто?.. — шёпотом спросила Аджисай, не в силах поверить своим ушам.
Раздалось какое-то странное бормотание, словно Наруто с кем-то переговаривался, и в её скрытую нишу проникло два парня. Светлые вихрастые волосы, синие глаза и широкая улыбка на загорелом лице заставили сердце замереть и забиться с новой силой. Аджисай спохватилась, что пялится на отчего-то вполне материального Наруто, открыв рот, поэтому от охватившего её смущения перевела взгляд на второго парня. Спутник Наруто был симпатичным парнем с правильными чертами лица, а ещё жгучим брюнетом, такие у них в Аме были редкостью, скорее, оттенки волос варьировались от зелёно-голубых до серо-коричневых.
— Это она? — прервал затянувшееся молчание брюнет, пихнув замершего и всего раскрасневшегося Наруто.
— Ага… Прости, Аджисай. Я решил, что лучше всё объяснить при личной встрече.
Она почувствовала себя очень глупо. Потому что получалось…
— Кто ты? — с угрозой спросила она.
— Только дай всё мне объяснить! — торопливо попросил Наруто. — Я твой друг, правда!
— Что-то я в этом уже сомневаюсь, — оценила снаряжение парней Аджисай. — Ты шиноби! Я доверяла тебе! Ты точно не из нашей деревни!
— Прости, друг, но времени у нас нет, — неожиданно сказал брюнет, и его глаза покраснели.
— Я всё тебе объясню!.. — пообещал Наруто сквозь поплывший перед глазами туман. Аджисай поняла, что попалась в гендзюцу, и отключилась, досадуя на свою глупость.
* * *
Проснулась Аджисай от настойчивой птичьей трели. Луч солнца, которое так редко бывало в Аме, пробивался из щели странной комнаты, в которой она очутилась. Всё было не железным и каменным, а из дерева. Длинные доски на полу, пустое помещение без окон, но со странными светлыми квадратами на стенах, сквозь которые как будто просвечивало солнце.
«Бумага! — поняла Аджисай. — Это же бумажные сёдзи!»
В Стране Дождя бумажные стены бесполезны и не смогут спасти от вечной сырости. Значит, Наруто и брюнет похитили её и доставили в другую страну. От понимания этого всё внутри заледенело. Она где-то в Стране Птицы, Стране Леса или Стране Огня. Впрочем, у первых двух стран нет больших гарнизонов, а если Наруто и его друг — шиноби, да ещё и с такими необычными техниками, что смогли проникнуть в Аме и захватить её, значит, скорее всего, из Конохи. Аджисай задумалась, зачем же она им понадобилась? Никаких тайн и особых техник не знает, да и вроде во время «сеансов связи» во снах Наруто больше сам учил её или рассказывал о мире, не особо интересуясь секретами её деревни. Она всего лишь бесклановый чуунин, сирота, за которую никто не даст выкупа, не обменяет её на какого-то пленника. А теперь, если она не придёт в назначенное время, то путь в Аме будет для неё закрыт. Её убьют как предателя. Так что даже завербовать её в шпионы не получится. Она бесполезна.
В пустом доме с бумажными стенами был только матрас, на котором она и очнулась. Причём оказалась в хлопковой синей юкате на голое тело. От мысли, что её раздевали и касались, и, возможно, это делал Наруто, Аджисай почувствовала ярость пополам со жгучим стыдом. К тому же её печатей или хотя бы специальной чакропроводящей бумаги тоже не было. А Наруто о них знал и даже сам посоветовал некоторые секретки в одежде.
— Я почувствовала, что ты очнулась, — раздался женский голос, и, отодвинув сёдзи, к Аджисай вошла молодая красноволосая женщина, даже скорее девушка лет двадцати. — Привет, меня зовут Карин. У тебя приятная чакра.
— Ты сенсор? — Аджисай напряжённо оглядывала Карин, которая была в почти такой же юкате, как у неё, только бледно-зелёного цвета.
— Можно и так сказать, — кивнула та. — Но чакра у тебя на самом деле необычная, возможно, отец был прав, и именно из-за этого ты смогла разговаривать с моим братом на таком расстоянии.
 
— Ты… говоришь о Наруто? — из сказанного Аджисай вычленила только то, что Наруто — брат Карин, а их разговоры и дружба не более чем случайность.
— Да, — снова кивнула Карин. — Братик сильно переживает, что не успевал всё тебе объяснить. Но и предупреждать тебя во снах ему запретили. Сама понимаешь, мы тебя не знаем, и доверять так же, как доверял он, не можем, — Карин чуть прищурилась и внезапно улыбнулась почти так же ослепительно, как Наруто, — но мне ты уже нравишься.
Аджисай решительно ничего не понимала.
— Я в Конохе? — рискнула спросить она.
— Да, быстро догадалась, — похвалила её Карин, весьма странно оглядывая так, что Аджисай стало неловко.
— Что?
— Я могу надеяться, что мой брат уйдёт живым после того, как всё тебе расскажет? — усмехнулась в рукав Карин, её карие глаза лучились весельем. — Впрочем, я ирьёнин, если что, можешь его немного поколотить. Но только постарайся не разрушить дом, мы только недавно его построили. Если что, то у нас полигон есть.
Высказав столь странное предложение, Карин вышла и окликнула Наруто на улице.
Аджисай с бьющимся сердцем ожидала своей участи, впрочем, идея поколотить друга, который два года притворялся духом, показалась ей интересной.
  
Часть 1. Глава 6. Планы внедрения
 
Наруто медитировал в саду, пытаясь немного абстрагироваться и не прислушиваться к происходящему в новом тренировочном додзё. Карин сжалилась над ним и сказала, что разведает обстановку и позовёт, а ему стоит продумать каждое слово, которое он скажет девушке, которую им с Саске пришлось выкрасть из Страны Дождя.
На расширенном клановом совете было решено выждать и не провоцировать агрессию нового Лидера Аме. Развязывание войны, основанное на теоретически возможном нападении на Коноху, вряд ли бы понравилось Цунаде-баа-чан и остальным Великим Странам, с которыми поддерживался хрупкий мир. С одной стороны, ликвидация управляющей верхушки Страны Дождя, которая базировалась в их же скрытой деревне, противоречила Кодексу Шиноби. С другой, это можно было расценить как внутреннюю мини-революцию, которая не должна касаться всех остальных Великих деревень, и в том числе Конохи. Насколько было известно, эта леди-Ангел и сам Лидер «Акацуки» были родом из Дождя, а по рассказам Курамы и скупым оговоркам Аджисай, жилось там несладко. Лидирующий клан шиноби делал очень многое, чтобы люди их ненавидели. Яркий пример развращённой вседозволенности и опьянения властью. Так что, если уничтожение клана Саншуо произошло без вмешательства шиноби из других стран, то всё было в пределах Кодекса.
К тому же от Шисуи Наруто узнал, что леди-Ангел и её напарник, ставший «Богом», были когда-то учениками деда Джирайи. Когда-то после Второй мировой войны Джирайя остался в Дожде на несколько лет, чтобы заботиться о трёх сиротах. Орочимару-сан помнил это и сказал, что там было два пацана лет одиннадцати и девочка с голубыми волосами, которая владела интересным дзюцу: могла подчинять себе бумагу, даже не используя печатей. Орочимару-сан подозревал, что «леди-Ангелом» была именно эта выросшая девочка. С удивлением Наруто узнал, что именно одному из тех пацанов, которых взял на обучение его дед, была посвящена книга «Истории про Бесстрашного шиноби», любимой всеми детьми в клане. Когда-то Наруто спрашивал об этом, и Джирайя сказал, что повесть была начата давно, но он закончил её, уже когда Намикадзе Минато выбрали Четвёртым Хокаге, а тот ученик, вдохновивший его, и которому дед посвятил книгу, погиб совсем молодым на Третьей мировой.
 
Шисуи же в ответ сказал, что та информация была неверна и ученики Джирайи не погибли. Они пытались изменить мир, хотели спасти свою страну, которая была плацдармом для ведения войн между Великими Странами, но их лидер и товарищ погиб от рук Ханзо и его клана, которые обманули тем, что хотят объединения и переговоров. После смерти своего лучшего и единственного друга всё изменилось для Нагато и Конан — так звали «Бога» и «леди-Ангел» по-настоящему.