Эпоха Возрождения (СИ)

— Агара, на пару слов, — Саске отозвал названного брата в сторону.
— Хочешь обсудить план? — уточнил Агара.
— Он нужен мне живым. Я выйду против него один. Вас лучше подержать пока в защите. Город важней на случай, если он отправит в сторону Тацумы летающие бомбы.
— Собираешься сделать подарок Орочимару-сама? — прищурил зелёные глаза Агара, намекая на любовь змеиного саннина ко всяческого рода экспериментам и чужим геномам.
— Цучикаге — дед этого парня, — Саске вздохнул. — Даже если его объявили нукенином, то смерть Дейдары может стать лишним поводом для возобновления конфликта между вашими странами. Ива всегда грызлась с Суной. У этого Дейдары помимо деда могли быть другие родственники: родители, братья, сёстры. Говорят, что правящая семья в Камне весьма обширна. Помнишь Гогоцучи, с которым дрался Рок Ли на экзаменах когда-то? Он из того же клана. Если мы убьём Дейдару… Это могут выставить как «подкараулили и убили», неважно, что он там собирается сделать. Не ждать же, пока он тут полгорода подорвёт. Родственники пойдут мстить вашим шиноби. А вот его исчезновение… Это совсем иной расклад.
— Да… мне это знакомо, — хмыкнул Агара, задумавшись. — Тогда мы остаёмся в гарнизоне Тацумы. Если это будет полностью твоя победа, ты можешь претендовать на трофей и пленника. В конце концов, наша задача — охранять столицу, а не гоняться за бешеным террористом по всей Стране Ветра. Возможно, что информация о его нападении вообще была пущена врагами, чтобы отвлечь нас от чего-то другого.
— Тогда я пошёл, — одобрительно хмыкнул Саске.
Правда, не успел он отойди на несколько шагов, как его догнал оклик:
— Учиха!
Саске обернулся и посмотрел на будущую жену.
— Не старайся быть слишком крутым, всё равно не впечатлишь, — напутствовала Темари и всё же смутилась, когда он ей улыбнулся.
* * *
У парня из Камня оказался странный геном и настоящие рты на ладонях. Саске даже стало интересно, это приобретённое или наследственное, потому что с таким чудом, несмотря на многообразие мира шиноби, он ещё никогда не сталкивался. И ни разу не слышал о чём-то подобном. Шиноби порой вживляли себе особые протезы, использовали запретные техники, которые преобразовывали тело, иногда на самом деле встречались ниндзя, у которых по наследству передавались какие-то отличные особенности вроде острых зубов или глаз с вертикальными зрачками.
Правильно иногда ехидничал Шисуи: обучение у Орочимару-сана сказывалось на восприятии мира и чужих техник. Хотелось не просто узнать, как это уничтожить, но и понять как работает.
Перед этим заданием у них со старшим двоюродным братом состоялся разговор. Шисуи видел этого Дейдару в своих видениях будущего и говорил, что того пьянила и сводила с ума его сила, а также вседозволенность и привилегии родственника правящего клана. Лишь серьёзное потрясение было способно что-то изменить в таком человеке. Но то же поражение на поле боя лишь озлобило ещё сильней.
Саске не стал затягивать бой и использовал дистанционную атаку с введением в гендзюцу с помощью стаи ворон.
Наложенная иллюзия убедила шиноби Камня в победе над своим противником.
— Хн! Вот так! Моё искусство выше всяких похвал! — выкрикнул довольный Дейдара. — Я заставил тебя уважать моё искусство!
Почему-то Саске в этот момент почувствовал, словно перед ним избалованный ребёнок, младше даже тех генинов, которые попали в его группу, а он очень стар. Слова Шисуи и слова Наруто о человечности переплелись и выплыли на поверхность сознания необычной идеей. Можно было убить этого Дейдару, не попытавшись ничего изменить. В своей недолгой жизни этот шиноби уже заслужил смерть, но… кто достоин решать, жить ему или умереть? Без права на шанс что-то изменить и исправить.
Саске усыпил парня и подошёл ближе, чтобы рассмотреть. Если бы не длина волос, то Дейдара очень походил на Наруто, разве что следов на щеках не хватало. Во сне этот убийца и психопат становился совсем молодым. Саске снял с него дурацкий плащ и оголил торс. Над сердцем у парня имелась печать, скорее всего, его как-то усиляли или, наоборот, пытались сдержать использованную секретную технику трансформации. Саске достал специально подготовленную аптечку, набрал несколько шприцов крови и запечатал всё в свиток. Агара был прав в том, что учёных надо уважить, но отдавать всего Дейдару, да ещё и со странной печатью, скорее всего, уничтожения? Это слишком опасно. Да и если узнают, что внук Цучикаге в Конохе, не избежать политического скандала.
 
Несколько лет назад в их клане появился Джуго, который мог превращаться в бездушного монстра, стремящегося убивать. Джуго был опасен, хотя человеческая его часть была очень доброй, даже робкой и ранимой. В конце концов Наруто, как мастер фуиндзюцу, смог решить эту проблему и создал особые печати подавления чакры. После Узумаки стал применять их и в своих атаках. Но, вообще-то, был придуман целый комплекс таких печатей, которые почти полностью блокируют кейракукей и очаг чакры и могут запечатать силу шиноби на пару лет, если не снять. Делалось это в несколько приёмов запечатывания. Сначала печатью пяти стихий блокировался очаг, не позволяя соединять и смешивать в нём составляющие чакры, то есть почти лишая контроля над чакрой. Затем ставилась изменённая и сильно упрощённая «Вакаи-гун-фуин». В отличие от настоящей «Вакаи-гун-фуин», которая стояла на Орочимару и поддерживала молодость, эта медицинская печать просто вытягивала в себя инь-составляющую из очага и резерва, тем самым создавая дисбаланс, при котором невозможно совершить никакое дзюцу. Впрочем, «побочным эффектом» такой печати было спонтанное исцеление лёгких ушибов и царапин, а также ускорение регенерации в случае тяжёлых ранений. Третьим этапом было запечатывание кейракукей печатями подавления, тем самым шиноби лишался возможности испускать чакру при помощи тенкецу или пытаться преобразовать её, минуя резерв и пользуясь очагом без контроля чакры.
Печать пяти стихий всего лишь требовала сосредоточения, и с этим прошло гладко. Предварительно Саске вколол своему «пациенту» настоящего снотворного, так как гендзюцу должно было прерваться из-за явного нарушения потока чакры. Далее было создание медицинской печати, она размещалась на спине. Работа с этой печатью предстояла долгой, и Саске мысленно поблагодарил предка Рикудо-сэннина за возможности шарингана. Фуиндзюцу он занимался постольку-поскольку, но благодаря Наруто знал все этапы и рисунки. Неизвестно, сколько продержится вся эта хлипкая фуин-конструкция, но через час в красноватом спектре шарингана упрощённая «Вакаи-гун-фуин» начала медленно наполняться инь-чакрой. После требовалось зарисовать печать подавления на животе, впрочем, Саске на всякий случай продублировал эти печати поверх сердца и ладоней Дейдары. После активации чернила ушли под кожу, и тело шиноби покрылось зелёно-серебристой вязью, причём рты на ладонях закрылись и сжались, а печать над сердцем превратилась в тонкий шрам. Так просто и не поймёшь, что это вообще такое.
* * *
Дейдара очнулся после заката солнца, за двадцать минут до этого Саске закончил с ним и ушёл, оставив иллюзорного клона. Отчего-то вспомнилась та давняя проказа с Наруто, когда они напугали мальчишек-хулиганов в лесу «призраком». Та история, кстати, обросла подробностями, и те парни на самом деле больше не обижали тех, кто слабее их. Возможно, это сработает и с более взрослым по годам, но в душе таким же наглым ребёнком.
— Что? Ты… Кто? Где я? — блондин уставился на иллюзию, открыв рот.
 
Впрочем, было с чего, так как иллюзорный клон изображал что-то среднее между демоном, в которого превращался Джуго, и Шинигами. Этакая призрачная жуть.
— Ты наказан, Дейдара! — жутким утробным рыком взревела иллюзия. — За то, что ты хотел убить безвинных людей, я лишаю тебя силы! Ты не вернёшь её, пока не заслужишь прощения! Иди в Тацуму и работай на благо людей, заслужи их прощение, и, быть может, когда-нибудь я верну тебе твою силу… Прежде чем считать себя Богом, научись быть человеком.