Лёля и медведь (СИ)

— Добросьте до деревни, пожалуйста! — взмолилась я, стараясь не замечать оценивающего взгляда водителя.
— Запрыгивай, поскачем вместе, — он игриво улыбнулся, обнажая золотой зуб, — оплату возьму мягкими булочками.
Ого, как легко я отделалась. Нужно будет попросить у Ларисы испечь булки для моего спасителя. Я стала продвигаться к трактору, как вдруг прямо передо мной просвистела пуля. От неожиданности я поскользнулась и плюхнулась попой прямо в грязь. Тракторист выругался матом и злобно зыркнул в сторону леса.
Оттуда с ружьём наперевес к нам уверенно шёл Иван в высоких резиновых сапогах. Я с трудом поднялась на ноги и возмущённо глянула на него.
— Твоя баба, что ли? — тракторист сплюнул в грязь и снова выматерился.
Ваня ловко вскинул ружье и направил на трактор.
— Рули отсюда! — жёстко отчеканил он, и тракторист, скаля зубы, покатил прочь.
— Эй, погодите! — завопила я, — заберите меня! Я не его баба!
Я кричала и махала руками, но трактор непреклонно удалялся, как и моя надежда добраться до деревни.
— Ты совсем ненормальный? — я гневно крикнула на Ваню, ловя себя на мысли, что давно не испытывала такой чистой открытой злости.
В городе все свои чувства я прятала за глухой заслонкой, боясь запятнать репутацию хорошей образованной девочки. А здесь все иначе. Во мне заискрила маленькая дикарка, угнетаемая долгими годами. Мне хотелось топать ножками, бить кулаками и все-все делать наперекор.
— Это я-то ненормальный? — Ваня окинул взглядом моё грязнущее тело. Его борода стала короче и аккуратнее. Видимо, пока я тут осуществляла побег, он устроил себе барбер-терапию. — Ты сама нормальная? Состроила невинные глазки и ловишь мужиков на свои… На свои прелести!
— Ничего я не ловлю! Он обещал подбросить меня до деревни! И все! — меня разрывало от негодования.
И вдруг я представила, как выглядела прыгающей по грязи в одной рубашке и кружевных трусиках, будь они неладны… Еще моя грудь четвёртого размера, которая призывно колышется даже при спокойной ходьбе и в белье. А тут… Наверное, Ваня прав: я правда выглядела вульгарно.
— Но он сказал, что я могу заплатить булочками, — мои руки бессильно повисли вдоль тела, а на глазах стали наворачиваться слезы.
Ваня глубоко вздохнул, и, уверенно шлепая по грязи в сапогах, присел передо мной и неожиданно поднял меня вверх. Он ловко перекинул меня через плечо, как мешок с картошкой, открывая не самый лучший обзор на мои голые толстые ягодицы.
— Вот какие булочки его интересовали, глупая ты Лёля, — он повёл щекой, щекоча бородой мое бедро. Ситуация стала гораздо абсурднее, чем была до этого.
— Пусти! — я ударила медведя по спине, но естественно он не отреагировал, — куда ты меня тащишь?
— Завтракать, я чертовски голоден, — невозмутимо ответил он, бодро шагая в сторону дома, будто я не весила восемьдесят килограммов.
Даже не знаю, что смущало меня больше: грязь по всему телу? Вес, которым я загрузила объективно привлекательного мужчину? Или тот факт, что мое бедро трется о его лицо?
"Я чертовски голоден".
Боже, это же не тот голод, о котором я думаю?
***
Вопреки моим ожиданиям, Ваня пронес меня мимо дома, оставив на крыльце ружье. Он завернул за угол и, не отвечая на требования спустить меня на землю, шел дальше. С моего ракурса была видна только земля да упругая задница в растянутых штанах. Я вспомнила подтянутую фигуру Вики. Идеальность у вас в крови, Трофимовы?
Скрипнула дверь и повеяло влажным горячим воздухом.
— Баня?! — возмутилась я, когда двери предбанника закрылись за нами.
Чертовски голодный мужчина внес меня прямо в парную. Когда мое дыхание перекрыло от резкого обжигающего вдоха, Иван опустил меня на деревянную скамью. Моя попа звонко шлепнула по влажному дереву, и я снова поймала этот взгляд — долгий и тяжелый. Ваня склонился надо мной, дыша ровно, будто жар его совсем не беспокоил.
Я же рвано хватала воздух, как загнанная лошадь. Мгновенно взмокшие волосы прилипли ко лбу и шее, а кожа покрылась испариной.
— Жарко тут, — ляпнула я, рукой отирая влагу с лица и шеи.
 
Ваня тряхнул головой и отступил от меня. Он приоткрыл железный бак и толкнул в мою сторону таз.
— Здесь горячая вода, — он кивнул на бак и ковш, — холодная в синей бочке. Сама справишься?
Он снова вперился в меня темными глазами. В его взгляде металась ярость, и мне стало неловко, будто это я — причина его гнева. Свалилась тут на его голову городская неумеха. Только и делаю, что доставляю неудобства!
Вода скользила вниз по моему телу, и мне уже не терпелось остаться одной и снять с себя рубашку.
— Твоя помощь мне не нужна! — Я провела ладонями по бедрам, стряхивая капли воды.
Взгляд мужчины резко метнулся к моим влажным ногам и медленно, будто изучая изгибы моего тела под прилипшей рубашкой, поднялся к лицу.
— Лёля…, - шепнул он, крепко сжимая ручку пластикового ковша. Еще немного давления, и тот треснет.
От того, как низко и вкрадчиво прозвучало мое имя, по телу пробежала дрожь, и где-то в низу живота скрутился узел нарастающего желания. Под взглядом мужчины вдруг захотелось сделать что-то распутное. Я представила, как раздвигаю ноги и нежно провожу ладонями по внутренней стороне бедра, как скатываются с ног капли влаги, как здоровенный мужчина приседает передо мной и повторяет мои движения, касаясь шершавыми ладонями моих бедер…
Хватит!
Я веду себя как девочка легкого поведения.
“Иногда секс нужен просто для здоровья. Любовь необязательна. Без нее даже интереснее!” — вспомнились слова Вики, и вдруг так захотелось последовать ее совету. Да только Ваня ее брат, и это не могло не мучить меня. Я должна держать его на расстоянии, хотя это сложно. Его желание в отношении меня абсолютно очевидно — я видела это в его глазах и по выпирающему под штанами достоинству. И не могу я сделать это с человеком, которого встретила только вчера! Не могу ведь?
— Выйди! — резко вскрикнула я, и Ваня, будто очнувшись, дрогнул.
— Чистые вещи и полотенце на выходе. Я в доме. Кричи, если что, — быстро отчеканил он и стремительно вышел, оставив меня наедине со своим горящим телом. Да и разуму тоже не мешало бы остыть!
Перед глазами ещё стояла картинка возбужденного мужского достоинства, внушительно оттягивающего штаны. Я стянула рубашку через верх, сняла трусики и отложила вещи на край скамьи.
Сама же прилегла, получая удовольствие от жары, проникающей сквозь поры в моё тело.
Во мне растекалось томительное желание, какого я ещё не испытывала. Я ощущала себя кошкой, лизнувшей валерьянки. Мне хотелось выгнуть спину и, широко расставив ноги, ощутить его там. Сладкое воображение близости и жар парной распалили меня настолько, что рука невольно потянулась вниз по животу. Я не должна это делать. Хорошие девочки не занимаются таким.
Мне никогда не хотелось трогать себя там. До вчерашней ночи, когда я впервые ощутила на себе дикий взгляд Вани. Он смотрел так, будто охотник, умерщвляющий свою пухлую краснощекую жертву. Такой поймает, прижмет к земле и присвоит. Одна эта мысль будоражила все моё скромное естество.
Я осторожно погладила себя между ног и стыдливо простонала. Чувствительность была на пике. Казалось, хватило бы одного вида Ивана рядом, чтобы разорваться на миллионы частиц. Во мне проснулась та самая богиня, о которой говорила Вика. Но почему её разбудил неотесанный Иван, а не мой аккуратный и педантичный Стас?
Боже, Стас…
Я вздрогнула и отдернула руку. Резко села, плотно сжимая бедра. Во всей этой истории я забыла про Стаса. Наверное, он меня обыскался. Мне нужно срочно вернуть свой телефон.
Я поспешно помылась, попутно прополоскав рубашку и трусики. В предбанника действительно нашлось большое серое полотенце, отчётливо пахнущее мужчиной. Я взвыла, представляя, как Ваня оборачивает его вокруг бёдер и ходит по дому, ступая на деревянный пол мокрыми стопами.
Я осмотрела скамью в предбаннике, но так и не нашла одежду. Этот громила смеется надо мной?!