Зависимый-2. Я тебя верну (СИ)

По телу пробегают мурашки. Я сама подаюсь вперёд и почти впиваюсь в его манящие губы. Спартак завладевает моим ртом как дикий зверь, придавливая меня всем своим весом к стене.
Мне так хорошо, что даже плакать хочется! Все шесть лет я мечтала испытать нечто подобное. Чтобы кто-то смог дать мне такие же эмоции… Но, наверное, их может дать только Спартак. Ведь он неподражаем…
— Компромисс, Тась? — шепчет мужчина, резко оторвавшись от моих губ.
Я медленно открываю глаза и выпаливаю, тяжело дыша:
— Я согласна! Мы прямо сейчас всё расскажем Алисе! Всё! Больше ничего не скрывая и не сглаживая углы. Только для начала у меня есть всего один важный вопрос, на который ты ответишь честно.
Чувствую, как тело чемпиона напрягается, когда он произносит:
— Какой вопрос?
Я поднимаю руки и, сжав скулы мужчины ладонями, впиваюсь в его зелёные глаза испытующим взглядом.
— Ты без проблем забрал пса… — задумчиво говорю я. — Андрей не пришёл за нами. Да и не придёт нас возвращать. Потому что он ведь ничего не решает. И его интересы в этом деле вряд ли учитываются.
Спартак напряжённо молчит, и я понимаю, что нащупала ту самую ниточку.
— Всё решает Галлиев, так? — мой вопрос скорее риторический, но мужчина всё равно кивает. — И сейчас всё выглядит так, будто ты заключил с ним сделку.
Спартак вновь кивает, подтверждая мои догадки. А я, теряя голос, шепчу с надрывом:
— Что ты ему пообещал? Что ты должен сделать, чтобы нас оставили в покое?
И где-то глубоко внутри я уже знаю ответ на этот вопрос…
Проиграть! Спартак должен позволить себя побить, чтобы Галлиев не лишился желанного титула!
Боже…
  
Глава 20
 
Спартак
Её глаза в один миг наполняются слезами, и она шепчет:
— Ты… ты должен проиграть…
— Тась, не плачь, пожалуйста, — большими пальцами провожу по её щекам, стирая влагу. Не могу видеть её слёз. Мне больно, когда ей больно. — Шшш… Это всего лишь бой…
— Нет, это не просто бой, Спартак… И ты это знаешь!
Паника в её взгляде разрывает мне душу на части.
— Иди ко мне, девочка моя маленькая…
Притягиваю её к свой груди, и Тася тут же зарывается носом мне в шею. Всхлипывает. Я успокаивающе глажу её по волосам и тихо шепчу:
— Всё будет хорошо… Ничего страшного не случится… Попробуй посмотреть на эту ситуацию по-другому.
— Как? — она вскидывает голову и смотрит на меня с мольбой.
— Я уже закончил свою карьеру. Больше не желаю отдавать здоровье этому спорту. Впереди много всего хорошего, понимаешь? Я хочу жить, Тась! С тобой и Алисой! И мне ничего не стоит проиграть ради этого.
Слёзы продолжают бежать по её щекам, и я осушаю их губами. Выпиваю до дна. Жаль, что невозможно так же просто забрать её боль.
— Нет! Я не понимаю, — она отчаянно трясёт головой и вырывается из моих объятий. — Как ты должен проиграть? Ты что, не будешь защищаться? Тогда тебя просто убьют!
Её слёзы высыхают. На смену панике приходит ярость. Конечно, она злится не на меня, а на всю эту ситуацию. Но всё же должна понять, что у нас нет выбора!
— Меня не так-то просто убить, Тась, — говорю с фальшивой беспечностью. — Я же сказал, всё будет нормально.
Протягиваю руки и вновь пытаюсь её обнять.
— А если не будет?! — почти выкрикивает девушка. — Ты можешь дать мне слово, что вернёшься живым с этого боя?! Потому что если не можешь, я тебя не отпущу! Слышишь?! Я тебя не отпущу!!
Непроизвольно мои губы растягиваются в самодовольной улыбке. Чертовски приятно знать, что за меня переживают, что я кому-то нужен. Я! Человек, который почти всю жизнь был сам по себе!
После всего сказанного мной в прошлом, и сделанного тоже, Тася всё равно меня любит. Я чувствую её любовь в каждом слове. В каждом взгляде и жесте. И мне тоже хочется окружить её своей любовью.
Вот поэтому я не хотел ничего говорить! Потому что меньше всего на свете хочу видеть её такой — сломанной. И тем более не хочу стать причиной того, что её сломает.
Навалившись всем телом, вновь прижимаю её к стене. Нежно целую в губы и с блаженством ощущаю, как она обвивает руками мою шею.
 
— Даю тебе слово, Тась! Я — выживу!
Кажется, этого достаточно, потому что Тася притягивает меня обратно к своим губам и углубляет поцелуй. Через пару секунд я уже не могу себя контролировать. И Тася, словно тоже теряя контроль, закидывает ногу на моё бедро и позволяет прижаться к ней всем телом.
Чёрт!! Как же давно мы не были близки! Так давно, что каждая клетка в теле плавится от её прикосновений. А дикий зверь, живущий во мне, готов окончательно проснуться в любую секунду. Только на этот раз обрушить всю свою мощь не на соперника в клетке, а на Тасю. И подарить ей все грани удовольствия. Да и сам хочет насытиться ею…
Покидаю её губы, перемещаюсь с поцелуями к шее, и Тася запрокидывает голову вверх.
Чёрт!! Как может быть так хорошо и так плохо одновременно?
Плохо от того, что не могу прямо сейчас получить большего. И хорошо от того, что хотя бы это уже получаю.
— Алиса… Она… Она там совсем одна, — слабо вырываясь, шепчет Тася.
Её дыхание сбилось, и я чувствую, как часто бьётся её сердечко.
— Да, Алиса, — соглашаюсь я, рвано выдыхая. Сжимаю Тасю в крепких объятьях и позволяю себе ещё несколько секунд не отпускать её. Тяжело дыша, втягиваю носом аромат её тела. А потом отпускаю и отступаю сам. — Давай погуляем, ладно? — говорить спокойно получается с большим трудом. — И Тайсона с собой возьмём.
Тася часто кивает, соглашаясь. Делает пару глубоких вдохов и выдохов в попытке успокоиться. Слишком много всего навалилось на её хрупкие плечи. А тут ещё я со своими компромиссами…
Да, я хочу, чтобы дочка узнала о том, кто я такой. Но хочется всё сделать правильно.
Я больше не давлю на Тасю. Сейчас, наверное, не самое подходящее время для признаний… Если честно, пока выгуливал пса, мозги немного прочистились на свежем воздухе. Не нужно торопиться в таком щепетильном вопросе с дочерью. Что, если в спешке мы наделаем кучу ошибок?
Мы проходим через гостиную в коридор и замираем в шаге от кухни.
— Сейчас переодену Алису и пойдём гулять…
Она заходит в кухню, а я остаюсь на месте. Слышу, как радуется Алиса, услышав о прогулке в парке, да ещё и с Тайсоном. Обе мои девочки выходят в коридор и сразу направляются к спальне. Прежде чем скрыться за дверью, Тася подмигивает мне, заряжая тем самым своей безмятежностью.
За эти шесть лет она стала сильнее, а вот я чувствую себя трусом… Потому что глубоко внутри меня зарождается паника.
Что, если Алиса не захочет, чтобы я был её отцом?
* * *
Тайсон бегает за Алисой по пятам, пока та совсем неплохо проводит время с новоиспечённой подругой. Удивительно, как дети могут легко заводить знакомства, которые за пять минут перерастают в дружбу.
Новую подружку Алисы зовут Маша, она лишь на год постарше, но, судя по всему, знает что-то такое, чего не знают сверстники моей дочери. Девочки бегают по парку и шушукаются. Тайсон нервничает и не выпускает Алису из вида. А Тася составляет компанию матери Маши, имя которой я не потрудился запомнить.
Устроившись на лавочке, обе девушки пьют латте из пластиковых стаканчиков, которое я для них купил. Сам я не участвую в беседе. Расположился немного поодаль, подпирая ограждение у пруда. Не сказать, что я представлял нашу прогулку именно так, но всё равно испытываю какое-то странное спокойствие. Могу просто наблюдать за Алисой, слышать её задорный смех, впитывать её улыбки…
И смотреть на Тасю!
На то, как она щурится, подставляя лицо неожиданно тёплому октябрьскому солнцу. Замечать её неловкость, когда собеседница вновь и вновь бросает косые взгляды на меня.
Вероятно, мать Маши меня узнала, и Тася просто не знает, что ей делать.
Всё-таки приближаюсь к лавочке и, запустив руки в карманы куртки, замираю напротив Таси. Теперь, вблизи, я читаю на её лице смятение. И оно вызвано моим внезапным появлением.