Главный наследник НЕ скрывает свою силу. Том 1 и Том 2 (СИ)

— Давай… — девушка решительно шагнула вперёд. — Давай убьём Йошиду Распутина вместе. Для начала.
Я чуть не поперхнулся воздухом.
Сука!! Когда я говорил тебе найти достойного мужика, я вовсе не имел в виду себя!
* * *
Валерий Сокол приоткрыл глаза.
Ему снился такой странный сон… совершенно нереалистичный.
Йошида Распутин, что вырубил его своей рукой. Нет, не своей, растущей из плеча. Своей, вытащенной из коробки.
И капитан Реверс. Он почему-то был в этом сне девушкой. Забавно, правда? Всегда подчёркнуто маскулинный, лишённый всякой женственности Реверс — и девушка. Вот смеху-то.
Сон продолжался. Теперь Йошида Распутин, сидя в его кресле, советовал девушке-Реверсу найти себе мужа и завести детей. А после зачем-то отправил её убивать самого же себя.
Приснится же такое.
Это всё от усталости. Должно быть, он просто отрубился — как-никак, трое суток непрерывной работы и тренировок сказывались на организме.
Ладно. Хидео Мори прилетает уже буквально вот-вот, он всё подготовил, всё учёл. Сегодня можно и вздремнуть на рабочем месте.
Закрыв глаза обратно, Валерий вновь провалился в темноту.
* * *
Прим. автора: если кто-то по случайности забыл поставить лайк, то… автор, конечно же, настойчиво намекает, что сейчас самое время это сделать!:D
  
Глава 19
 
— В смысле — «нет»?
По бесконечному изумлению во взгляде Реверс можно было подумать, что она и правда не знает, что означает это слово. Я медленно вздохнул.
Казалось бы, я прожил без малого три столетия.
Не то, чтобы я ощущал себя стариком. Для людей, что прожили двадцать или тридцать лет, эта цифра обычно кажется бездонной пропастью, а я сам — глыбой из глубин истории. Чушь, конечно. Возраст ничего не решает — всё решает сам человек. Один в свои двадцать испытает больше, чем другой за тысячу, а другой и в тысячу будет меньшим стариком и снобом, чем многие в свои двадцать. Что до меня, то я не испытывал ни выгорания, ни консерватизма, ни желания поучать молодёжь — ни одного из признаков старости как состояния души.
И всё-таки такая цифра в паспорте не проходит бесследно — за свои годы я накопил достаточно большой багаж опыта, и временами даже начинал думать, что количество вещей, способных меня по-настоящему удивить, ничтожно мало.
Что ж, сейчас был случай именно из таких.
«Давай убьём Йошиду Распутина вместе. Для начала».
Её слова, не мои. И я понятия не имел, каким образом из уймы возможных вариантов развития событий она выбрала именно тот, о котором я бы даже не подумал — самый маловероятный и странный.
Я бы не удивился, если бы она раскусила меня. Понял бы, если бы попыталась отыграться на мне за то, что «отнял право на месть». Действительно ушла бы искать Йошиду. Да… в общем, что угодно — кроме этого.
Я едва сдержался, чтобы не выругаться вслух. Глаз дёрнулся; лицо скривилось. По счастью, балаклава всё ещё закрывала моё лицо, и Реверс не увидела всей этой гримасы.
Вот только она что-то прочитала по моим глазам.
— Или… ты не хочешь убивать его именно со мной? — она чуть сощурилась. — В чём проблема? Не доверяешь мне? Или сомневаешься в моих силах?
Я глубоко вздохнул.
Как я и говорил, за триста лет я повидал всякое. Но была одна вещь, что всегда удивляла меня в как в первый раз. Женская проницательность.
Или… пожалуй, нет, не удивляла. Скорее, пугала до жути. Своей конченностью и тем, как выборочно она работает.
Реверс, например, не поняла совершенно банальной и самой важной вещи — того, что я и есть Йошида Распутин. Зато моментально прочитала по глазам, что я совершенно не горю желанием проводить с ней время.
— Нет, — я качнул головой. — Дело… не в этом.
— В моей внешности, да? — хриплый голос Реверс прозвучал глухо и как-то подавленно. — Я… не нравлюсь тебе?
Я захлопал глазами. Что я говорил о конченности женской интуиции?
Открыв было рот, я собирался ответить. Но не успел; слова полились из Реверс, как пули из автомата.
 
— Ну, да, — она моргнула. — Слишком мало женственности, слишком похожа на мальчика.
…что? Я еле поспевал за полётом её мысли, пытаясь понять, как она умудряется выводить одно из другого.
—…может, у меня и правда маленькая грудь…
Может.
—…но короткая причёска и отсутствие макияжа — это временно…
Я пробежался по её фигуре с головы до ног скептическим взглядом. Кажется, отрастив шевелюру подлиннее и накрасившись, Реверс будет похожа на длинноволосого накрашенного мальчика.
— Но не в одной только внешности дело, верно?
Фух. Неловко улыбнувшись, Реверс замолкла, и наконец-то дала мне самому вставить слово.
— Конечно, не в ней, — согласился я. — Ты, например, даже лица моего не видела.
— Вот именно, — подтвердила Реверс. — Но этого и не нужно!
…а что, в школе ассасинов понятие сарказма не проходят?
— Главное — характер…
— Ты знаешь меня десять-пятнадцать минут, — напомнил я.
— Этого достаточно, — заверила меня Реверс. — Главное схватывается сразу.
Я нервно покосился на валяющихся сбоку охранников. Они ведь могут очнуться в любой момент.
Впрочем, хрен бы с ними. Реверс вырубила их один раз, сделает это снова. А вот Валера, что лежит себе в кабинете в десятке метров отсюда… Если Реверс сообразит, что он жив, вся её любовь быстро закончится. А я сейчас не в том состоянии, чтобы в открытую драться с той, кто планировала победить Валеру один на один.
—…к тому же, меня совершенно не смущают вещи вроде мужских шуточек, если ты об этом, и…
— Прости, что? — сощурился я. — Кажется, я прослушал начало фразы.
Я как-то упустил момент, когда всё перешло в эту плоскость.
— Просто говорю, что за мой характер можешь не беспокоиться, — Реверс продолжала неловко улыбаться. — Я столько времени провела среди мужчин, что меня можно назвать кем-то вроде друга и девушки в одном флаконе. С другой стороны, я умею слушаться, быть ненавязчивой, и…
— Ненавязчивой? — выдохнул я.
—…но если ты волнуешься о моём благочестии после года здесь, то я всё ещё невинна, — добила меня Реверс.
Бл*ть. Если существует в мире что-то, по-настоящему страшное, то это — *банутые озабоченные девственницы.
— Видишь ли… — я почесал в затылке, — всё сложно. И нет, дело не в тебе, дело во мне.
Ладно. Клише так клише, сама напросилась.
— Просто я… иду по тёмному пути тёмных героев, — я попытался изобразить печаль. — Моя судьба — всегда быть одному, и никто не сумеет разделить моего одиночества. К тому же, боюсь, правда обо мне тебе совершенно не понравится. Мы не можем…
— Я достаточно сильна! — на этот раз возмущение было так сильно, что Реверс мне даже договорить не дала. — Как, по-твоему, я сумела попасть сюда и удержаться здесь целый год? Я лучшая из лучших! Мои учителя научили меня всему, что знали, плюс сила моего рода…
П*здец.
Я открыл рот.
Я закрыл рот.
Она же и дальше будет выворачивать любое моё слово под себя?
Так; попробуем проследить ход её мыслей. На её предложение убить Йошиду вдвоём я ответил отказом. Она могла бы решить, что причина отказа — соображения безопасности, или профессиональная этика, или ещё Бог весть что в разрезе ситуации… но она сразу решила, что отказ — нежелание действовать именно вместе с ней.
При этом на саму миссию и цель — ноль внимания?
М-да… Печально признавать, но, похоже, вопрос жизни Йошиды для неё — что-то наподобие похода в кино на романтическую комедию, лишь предлог побыть со мной.
Сука.
— Я понимаю, — снова заговорила Реверс, — что у меня нет опыта в отношениях с мужчинами, но… Совместное выполнение миссии поможет нам лучше узнать друг друга, понять, подходим ли мы друг другу…
Какое странное чувство. Вроде говорим об убийстве, а меня вот-вот начнёт тошнить розовыми блёстками.
К черту, долго мы так продолжать не можем.