Рабство. Маги. Суета (СИ)
Дурные мысли завладели моей головой. Я лёг на нагретые на солнце выступы скалы. Думал о доме и лишь изредка поглядывал по сторонам в надежде увидеть, что мимо меня проплывает что-то полезное вроде галеры или хотя бы бревна.
Беспощадно пекло солнце. Желудок урчал всё сильнее. Горло пересохло от жажды. Но я не вставал. Нужно было беречь силы и надеяться на чудо.
Вдобавок ко всему, когда я закрывал глаза, то мне мерещился тот гигантский светящийся кристалл, который теперь был будто бы внутри меня. Наваждение какое-то.
Проснувшись на следующее утро и избавившись от мрачных мыслей, я осмотрел округу. Ничего нового не появилось, кроме… Что это? Возле скалы плавало несколько… Хм. Камней?
Я стал спускаться со скалы вниз, чтобы лучше рассмотреть непонятные предметы в воде.
Это действительно были камни. Я не был силён в геологии, но мне кажется, что это был известняк. И он плавал! Куски камня, размером с мою голову, были облеплены существами, напоминающими смесь медуз и… розовых воздушных шариков? Да, наверное, так. Более точного описания не подобрать. Они облепили куски известняка и подняли его на поверхность за счёт своей плавучести. Держась одной рукой за выступ, второй я вытянул один из камней из воды. Тяжеленный! Он так и норовил выскользнуть из моей ослабшей от обезвоживания и голода руки, но я справился. Затащил его в своё каменное гнездо. Пузыри, облепившие камень, я старался не трогать, так как многие медузы, насколько мне известно, ядовиты, а эти существа были очень на них похожи.
Обмотав ладонь краем рубахи, я отлепил одно существо от камня. В месте, которым пузырь крепился к камню, у него была присоска. Оставшись оторванным от камня, он требовательно зашевелил ею. Я поднёс его к концу моей цепи. Он схватился! Недолго думая, я прилепил ещё несколько пузырей туда же и развернул ошейник так, чтобы цепь была сзади меня и не мешалась. Я спустился со скалы, дотянулся до ещё двух камней с пузырями, положил их под руки, чтобы поддерживать себя на воде, спустился ниже и аккуратно погрузился в воду, стал грести ногами. Я плыл, держась на воде благодаря плавучим пузырям. Медленно и неумело, но плыл! Это было действительно чудо.
Моё каменное гнездо постепенно отдалялось. Своей целью я выбрал ближайший из видимых островов, располагавшийся метрах в пятистах от меня, если я правильно определил расстояние. Я добрался до него примерно через полчаса. Отлепил пузыри и пристроил их на мелководье. Вдруг пригодятся?
Остров, пока я плыл, мне удалось осмотреть. Своими очертаниями он напоминал черепаху, около километра в диаметре, заросшую густыми джунглями на возвышенности в центре и с песчаным пляжем по краю. На пляже мне было сейчас делать нечего, ибо не загорать приплыл. Я отправился вглубь острова, в надежде найти там воду и фрукты.
Тут и там раздавались различные странные звуки, похожие то на урчание желудка, то на стрекотание кузнечиков, то на какое-то утробное кваканье. Заросли были очень густыми и дальше пары метров от себя я не мог видеть, поэтому звуки весьма пугали. Издавать их могли как какие-нибудь крохи вроде лягушек, так и хищники, живущие на острове в ожидании случайных гостей. Например, на нашем корабле было множество опасных животных, а во время шторма их клетки могло выбросить за борт и разбить о скалы. Животные плавают лучше меня, так что не будет ничего удивительного в том, что я встречу тут какую-нибудь неприятную на вид зверушку. Главное, чтобы это была не обезьяна, которой я корчил рожи. Она на меня в обиде.
Было бы неплохо иметь при себе что-либо наподобие мачете, чтобы разрубать вездесущие лианы и перерубать огромные листья, мешающие пройти.
Когда я прошёл немного вглубь острова, мне на пути стали попадаться деревья с кистями ягод, видом напоминавшие рябину. Хорошим показателем того, что они съедобны, был птичий помёт на земле и ветвях. Я сорвал одну кисть, попробовал. На вкус плоды оказались сладкими. Несмотря на сильнейший голод, больше я пока есть не стал, ведь была вероятность, что они окажутся ядовитыми. У птиц же может быть и иммунитет к ядам. Так что поедание плодов птицами не стопроцентный показатель их съедобности. Лучше после одной кисти местной рябины заработать несварение желудка, чем утолить голод и умереть от отравления. Потерплю. Если спустя какое-то время всё окажется нормально, то голодным не останусь — чем дальше я шёл вглубь острова, тем больше этих ягод мне попадалось.
Теперь необходимо было найти какой-нибудь ручей, чтобы утолить жажду. Как по мановению волшебной палочки, когда я углубился в джунгли острова ещё на сотню метров, мне попался на глаза небольшой ручей, тоненькой струйкой сбегающий по камням.
Я сразу жадно прильнул губами к скромно журчащему потоку. Вода была ледяной и вкусной. Я старался пить как можно медленнее, чтобы не застудить горло, согревая воду в ладонях.
Спустя несколько минут я наконец-то напился и присел на лежащее неподалёку полусгнившее дерево, поросшее мхом. Перед глазами оказалась ветвь куста с теми самыми ягодами, которые я совсем недавно пробовал. После прошлой кисти ягод прошло уже около получаса. Никаких симптомов отравления я не чувствовал, поэтому решил утолить голод.
В мой рот отправлялись кисть за кистью. Ягоды были сладкими и сочными, а я был жутко голодным, поэтому я очень быстро опустошал ветви куста. Спустя какое-то время я стал искать следующий куст, чтобы продолжить уничтожение местных съедобностей. Уж очень мелкими были ягоды, и не слишком много их было на кусте.
Я уже объел куста четыре, однако ощущения сытости пока не было. Так вышло, что я пятился назад от очередного куста. Тут спиной я упёрся во что-то большое и мягкое. Надеюсь, это не дежавю. Я медленно обернулся и увидел…
Медведь… Готов поклясться, что это был тот самый мишка, который загнал меня в портал. Тот самый, который пытался сбросить меня с дерева. Тот самый, которого местные потом посадили в клетку, как и меня. Неужели это он… Неужели по какой-то нелепой случайности он тоже после шторма оказался за бортом? Не какое-то любое другое животное с корабля, которых там были десятки, а именно он! Такое ощущение, что он преследовал меня. Мой персональный кошмар наяву. Шёл за мной по пятам, и когда у меня только начинало всё в жизни налаживаться, появлялся он и отнимал всё, пытаясь загнать в могилу. Это мог бы быть другой медведь, но нет — во время плавания я узнал от других гребцов, что в этом мире никто слыхом не слыхивал не только про бурых медведей, но и про медведей любого другого цвета. Их тут просто не было.
Если гонимый жаждой и голодом я пробирался вглубь острова медленно, словно старая, больная черепаха, у которой была парализована половина конечностей, ведь мне мешали очень густые заросли, усталость и обезвоживание, то гонимый медведем я мчался, словно гепард в погоне за косулей, не обращая внимания ни на какие преграды. Листья, лианы и ветви мелькали то справа, то слева, а сучки деревьев заставляли то пригибаться, то подпрыгивать.
Спустя несколько минут спринтерского бега джунгли внезапно закончились…
Я оказался на краю скалы и, не успев вовремя остановиться, полетел вниз. Лететь было высоко, метров пятьдесят, не меньше. Вся жизнь успела пронестись перед глазами. К счастью, я летел в воду. Хотя к какому счастью, плавать то я всё равно не умел до сих пор.
«Плюх!» и я оказался под водой. Не разбился о подводные камни, просто пошёл ко дну. Я сопротивлялся. Сопротивлялся, как мог. Барахтался, перебирал ногами, махал руками, пытаясь вытолкнуть тело из воды на поверхность. Ни в какую. Наверное, я единственный человек в двух мирах, который даже в экстренной ситуации не может научиться плавать. Точнее был. Воздух в лёгких заканчивался. Перед глазами начало темнеть. Сознание покидало меня.
Глава 6 Каварл. Затишье перед бурей
Одеяния свои после изготовления окуривайте благовониями и вплетайте в них золотые нити в количестве, зависящем от вашего благосостояния. Прежде чем носить их, прочитайте молебен во славу Первояйца. (Отрывок из Кодекса катарианцев).