Замуж за Темнейшего, или Попаданка в беде (СИ)

— Я не знал. И до сих пор удивлён, что это подействовало. Думаю, всё дело в нити, которая нас соединяет.
— А что она означает?
Вот же… недавно планировала спросить у Тэн-Арелани или прочитать в библиотечной книге, а с языка взяло и сорвалось!
— Означает, что мы с вами предназначены друг другу в браке, — спокойно прозвучал ответ. Если Каэм испытывал какие-то эмоции, то мне он их не показал. А я была слишком растеряна, чтобы хоть как-то отреагировать.
Двери плавно разошлись, выпуская нас. Следом из дворца выбрался Никитич, держа под мышкой хэргмэ.
В лицо мне дохнул свежий холодный воздух, пока я пыталась собраться с мыслями. Что значит «предназначены»? Это кто-то наверху взял и решил отдать меня дракону? Но… мы совершенно разные, мы даже из разных миров! Как так?! Ладно ещё договорной брак с добровольного согласия обеих сторон, но при мысли о каком-то предназначении я чувствовала себя марионеткой, которую… потянули за ниточку!
Тем временем мы спустились по ступенькам. Каэм выпустил мою руку, отошёл в сторону и в облаке тёмного дыма преобразился в дракона. Взглянул на меня вопрошающими карими глазами:
— Почему вы медлите, моя благородная невеста? Садитесь.
После секундного колебания я направилась к нему, села — не без помощи Добрыни, который затем встал на свой хэргмэ, — и не успела сказать, что готова, как чёрный дракон взмахнул крыльями и сорвался с места. Я схватилась за уже знакомый мне нарост на спине Каэма, крепче сжала ногами его твёрдые чешуйчатые бока.
И где-то внутри стало тоскливо, холодно и неуютно. Словно ближайшее будущее таило какую-то опасность… но что я могла сделать? Остановить Каэма и рассказать ему о своих непонятных страхах? Он мне не поверит, чутьё — это явно не дар чёрных драконов. Пока я размышляла, Каэм нырнул вниз, в белоснежную перину облаков, и, затаив дыхание, я покорилась судьбе: пусть всё идёт своим чередом.
  
XII
 
Каэм принёс меня в графство Эрвил — самое холодное графство Бланкастры; оно граничило с покрытыми льдом водами океана, а где-то вдали можно было увидеть «край вечной мерзлоты», как его назвала Аня. Но туда лететь дракон не хотел.
— С вас хватит и Эрвила, — сказал он мне, кружась над графством и спускаясь всё ниже, пока я, прикрывая лицо рукавом, чтобы не застудить нос, не разглядела удивительное зрелище.
Крохотный городок, полностью созданный из снежных и ледяных скульптур! Здесь были небольшие домики с остроконечными крышами, окружавшие их стены с башенками, а поблизости от ворот — маленькие снеговики, которые как будто убегали, а на них грозно наставил перст ледяной исполин, охранявший городок.
— У жителей Эрвила такой обычай — лепить фигуры из снега и вырубать изо льда, — объяснил мне Каэм. — Здесь, как видите, изображена сцена из Священных Свитков: Невидимый Бог изгоняет демонов из своих чертогов. Когда-то демоны ему прислуживали, их называли хранителями. Потом часть хранителей сбилась с пути, поддалась своим страстям, остальные сразились с ними и прогнали из небесных чертогов в Нижний Мир.
— А спуститься можно? — Я не сводила глаз с ледяной красоты. Вот что умели делать местные люди, а драконы ещё считали их глупыми и ни на что не способными! Непонятное высокомерие. Ведь магия — это ещё не всё; если здесь люди такие же, как в моём мире, спустя несколько столетий у них появится огнестрельное оружие, которое не хуже огненных шариков, а потом наука устремится вперёд…
— Можно, только сначала надо успокоить эрвильцев, — только когда Каэм произнёс эти слова, я увидела небольшую толпу, собравшуюся у ближайшего поселения. — Чёрный дракон для них в диковинку и — я думаю — кажется опасным.
Каэм подлетел ближе к толпе и объявил на местном языке, что мы прилетели с миром. Разумеется, я поняла всё, что он сказал своим звучным голосом, и даже этому не удивилась.
— Мир и вам, господин дракон! — отозвались в толпе, кто-то поклонился, а другой сдёрнул с головы меховую шапку, и после этой необходимой церемонии мы подлетели к снежно-ледяному городку. Каэм опустился у самых ворот, я слезла и оглянулась на молчаливого Добрыню Никитича с немым вопросом в глазах. Тот покачал головой:
 
— Не пойду, госпожа Тэн. Буду сторожить.
— Жаль, — мне было непонятно, как можно оказаться здесь и не сунуть нос в каждый игрушечный домик. Я плотнее обмоталась шарфом, надвинула капюшон накидки по самые брови и шагнула вперёд.
— Куда вы, Шиилит? Одну я вас не пущу, — Каэм немедленно оказался рядом — уже в своей человеческой форме — и взял меня за руку. Его ладонь показалась мне горячее обычного, хотя мороз должен был кусать дракона за щёки, пусть и не так сильно, как меня.
— Боитесь, что мне на голову кусок льда упадёт? — Я хмыкнула, пытаясь примериться к его широкому шагу. — Меня умиляет ваша заботливость, но вряд ли со мной что-то может случиться в игрушечном городке.
— Кто знает, — Каэм пошёл медленнее, видя, что я за ним не успеваю. — Я ещё помню, как вы в доме лекаря начали откупоривать бутыль, не зная, что там внутри… может, яд, а может, оно обожгло бы вам руки…
— Ой, ледяные цветы! — Я вырвала свою руку из его пальцев и подбежала к ним, чтобы полюбоваться огромными лепестками. И как эрвильцы умудрились всё это сделать? Не иначе, как в графстве много талантливых скульпторов! «Эх, фотоаппарат бы сюда», — чуть не сказала я вслух, но вовремя спохватилась.
— А здесь — переулок! Ну-ка, попробуйте меня найти! — Я скрылась за стеной домика, потрогала ледяное окно, метнулась к следующему. Тут стояло сразу несколько фигурок, и, отмечая их маленький рост, огромные носы и длинные бороды из сосулек, я пробралась в следующий переулок. Остановилась, притаилась. Шагов дракона не было слышно, и вообще единственным звуком, долетавшим до меня, оказалось завывание ветра где-то в снежных лесах.
Я подняла голову, прищурила глаза, которые слепило кристально-чистое небо. Люблю зиму! Хихикнула, побежала к третьему переулку, свернула и врезалась прямо в дракона.
— Поймал! — Он с улыбкой посмотрел мне в лицо сверху вниз. — Зачем мне бегать за вами, Шиилит, если я и так знал, где вы окажетесь?
Я вывернулась из его рук и надула губы:
— Так нечестно! А если б я спряталась в домике?
— То вы бы попали в ловушку, — в руке дракона в считанные мгновения появился кругленький снежок. Я отпрыгнула, нагнулась и собрала полные пригоршни снега. Ну нет, здесь я себя Каэму обойти не позволю!
— Э, нет! Довольно! — дюжина снежков, и он сдался, демонстрируя мне открытые ладони. — Будем считать, что у нас ничья.
Я выглянула из-за большой ледяной скульптуры крестьянина с лопатой на плече, за которую спряталась, чтобы не получить сдачи, и хмыкнула:
— Вы мне поддались, мой благородный жених. Хотите задобрить, чтобы я перестала думать о вашем нехорошем поступке?
Отчасти он добился своего: всё, чего я теперь хотела — подольше насладиться беззаботными минутами, пока от холода не начала шмыгать носом. А об остальном решила подумать потом.
— Моя великодушная невеста, — в тон мне ответил Каэм, приближаясь, чтобы вытащить меня из-за ледяного крестьянина, — и так добра, что дальше некуда!
Я отпрыгнула от него, хотела спрятаться за огромного снежного быка, но нечаянно толкнула его, и бык пошатнулся. Каэм схватил меня за руку и привлёк к себе, а снежная фигура разбилась у меня за спиной, обдав белой пылью накидку.
— Я же говорил, вы опять что-нибудь натворите, — тихо сказал Каэм, держа меня в объятиях и не торопясь отпускать. — Моя неосторожная и неловкая невеста.
Кажется, я покраснела, не в силах отвести глаза от его лица.
— Замечательные у вас комплименты, — я откашлялась, чтобы голос не звучал хрипло. — Умеете вы угодить благородной драконессе!
На пару мгновений мне казалось, что Каэм хочет сказать мне что-то очень важное, губы его дрогнули… но в следующий миг он отпустил меня и сделал шаг назад. Я заправила выбившиеся пряди волос обратно под капюшон и постаралась вернуть себе былое ребяческое настроение.