Замуж за Темнейшего, или Попаданка в беде (СИ)

Я понаблюдала за ней. Когда Аня так много болтает, её явно обуревают эмоции, и хорошо бы выяснить, почему.
— У тебя для меня новости? — решила я сразу подступиться к ней.
Маленькая драконесса тяжело, не по-детски вздохнула, теряя своё оживление. Соловей у неё на плече невозмутимо чистил себе пёрышки.
— Да, у меня есть новости, но ты сначала поешь. А то кусок в горло не полезет.
Я усмехнулась, хотя внутри привычно нарастала тревога:
— Наоборот, чем больше я волнуюсь и переживаю, тем охотнее ем! Реакция такая, что ли… Рассказывай!
Аня села рядом со мной на ту же скамеечку, погладила соловья и начала говорить. Дело было так: Аня услышала, как Хаарвен идёт к другу в лабораторию, тихонько подкралась и стала подслушивать, о чём они беседуют.
— Обо мне, — буркнула я наугад, ковыряя вилкой кусок тушёного в каком-то красном соусе мяса.
— Ага, о тебе. О ком же ещё!..
Разумеется, Каэм давно понял, что я то жалуюсь на головную боль, то ускользаю на иллюзорную охоту с Аней потому, что не могу выучить символы эхмере.
— И знаешь, что пришло на ум моему брату? Что у тебя что-то повреждено в голове — может, из-за превращений этих, а может, серые тебя мучили…
— Сам он ушибленный на всю голову! — рассердилась я, схватила нож и рассадила кусок мяса на две ровные половинки. Аня хмыкнула и продолжила:
— И теперь, несмотря на гордость, Каэм согласился с Хааром: тебя надо показать альгахри белых драконов. Белые — они же знаешь что? Они не только мысли у слабых, у людей читают, но и могут воздействовать на разум. Каэм уверен, что отец Хаара хорошенько «обработает» твою голову, и ты снова сможешь пользоваться магией и всякое такое…
— Ань, — я разрезала половинки мяса на четвертинки, — Ань, я не хочу, чтобы меня «показывали», а тем более главе местных психиатров или кто он там! Как нам убедить Каэма, что со мной всё в порядке?! А там, может, и проход между мирами откроется. Серые же не сидят сложа руки, опять нарушат Вековое Перемирие, и всё — полетим к прорехе!
Девочка успокаивающе положила ладошку мне на руку:
— Не говори так громко, Золотко! Ещё Арен из коридора услышит… Слушай, я не знаю, что делать. Сегодня Хаар улетает, поговорит с отцом, а уже завтра или послезавтра нас могут позвать. Вас, — грустно поправилась она, — меня брат, скорее всего, дома оставит.
Да, ну и положеньице! Я сунула кусок мяса в рот и принялась жевать, соображая, что делать. Значит, Каэм хочет видеть мою предполагаемую магию в деле, и помогут ли тут иллюзии Ани? С другой стороны, нам же удаётся обманывать дракона с цветом глаз. Что, если опять спланировать спектакль? Жаль, Аня не умеет варить зелья…
— Золотко! — Она пихнула меня в бок. — О чём задумалась? Ты так долго размышляешь, что у меня вот-вот от нетерпения соловей запоёт!
— Ань, — я покончила с мясом и повернулась к ней. Мигрени как не бывало, в голове стало ясно, и мозг усиленно работал. — Нам придётся убедить твоего брата в том, что ко мне потихоньку-полегоньку возвращается не только память, но и магия.
И маленькая драконесса, подумав, с хитренькой улыбкой кивнула.
  
XXIV
 
План был очень простой и состоял из нескольких пунктов. Прежде всего, мы с Аней на следующее утро явились в лабораторию Каэма, чем изрядно удивили хозяина, сидевшего за столом.
— Я понимаю, Аня сюда постоянно рвётся, но чтобы вы, Шиилит? — Губы его сложились в ироничную улыбку, и выражение карих глаз было настолько красноречивым, что комментарии не требовались.
— А если я вдруг захочу, мне можно будет воспользоваться вашими склянками, порошками и травками? — капризным тоном поинтересовалась я.
— Разумеется, — теперь уже серьёзно ответил Каэм. — Я вам разрешаю… если только вы сумеете что-то сотворить.
С этими словами дракон принялся измельчать какой-то сухой корень, а Аня, пользуясь небольшой паузой, подбежала к шкафу с зельями:
— Я тут хорошенькое жёлтое увидела, с символомкхэнь. Знаю, для чего оно — создавать иллюзии! Можно посмотреть твои баночки и пузырьки? Я запомню символы и попробую объяснить их Шиилит так, чтобы она запомнила!
 
— Целой книги тебе мало? — Каэм оторвал глаза от своего корня и с явным неудовольствием взглянул на сестру. Та надула губы:
— Там схемы и ни одной картинки! А я попробую новый метод — символ и иллюзия, получится картинка, которая зависнет перед Шиилит в воздухе!
Пару мгновений мне казалось, что дракон сейчас откажет и велит Ане убираться прочь, но он подумал, кивнул:
— Ладно, смотри, что хочешь. Только не разбей ничего, — и вернулся к своему занятию.
Удивительно. Тот Каэм, которого я знала в первые дни пребывания в замке Ирр, был гораздо суровее.
— А вы-то чего хотели, Шиилит? — прервал он мои размышления, ссыпая измельчённый корень в чашу. Кашлянув, я безо всякой нужды расправила юбку и выпалила первое, что мне пришло в голову:
— Хотела поблагодарить вас за понимание… и заботу обо мне, пока я живу здесь. И… мне тоже жаль, что Хаарвен улетел.
Вспомнилось, как он вечером торопливо пожал руку Каэму, обнял Аню, поклонился мне и, приняв драконью форму, скрылся в багровом закатном небе. Никакой торжественности и публичных проводов, словно расставались не с дорогим другом, а с каким-нибудь слугой. Позже я узнала, что Хаарвен сам настоял на этом.
— Вам незачем благодарить меня, — в голосе Каэма промелькнуло нечто сродни удивлению. — Я выполняю свой долг, Шиилит. Вы же моя невеста. Что касается Хаарвена…
За спиной у меня что-то звякнуло. Аня смущённо хихикнула:
— Я чуть не уронила сосуд! Он такой большой, неуклюжий!
— Сдаётся мне, неуклюжий тут не сосуд, — ровным тоном произнёс Каэм и снова обратился ко мне, возобновляя прерванную фразу:
— Что касается Хаарвена, он пришлёт нам письмо, и, вероятно, завтра или послезавтра мы с вами полетим в Бланкастру, Шиилит. Вам лучше приготовиться, взять с собой всё, что уместится в дорожный сундук, и выбрать, кто из слуг отправится с вами.
Я закусила губу, размышляя, что будет, если я просто откажусь от поездки. Тем временем Аня аккуратно — как могла — притворила дверцы шкафа и заявила:
— Я выучила первый ряд, этого должно хватить для Шиилит.
Каэм едва заметно приподнял брови:
— Всего символов около двухсот. Вам придётся поторопиться, чтобы всё запомнить, моя благородная невеста. У вас не так много времени.
— Учту, — мило улыбнулась я.
— Пойдём, Арен и Эльм нас ждут. В библиотеке ещё что-нибудь посмотрим, — потянула меня за рукав Аня. Уходя, я оглянулась на Каэма, мне почудилось, что вокруг него разливается озером тоска и одиночество, и страх, который я долгое время испытывала перед чёрным драконом, ослабел, уступая место толике сочувствия.
Что-то или кто-то в прошлом заставили его стать именно таким. Жёстким и подчас жестоким, с виду бесчувственным, а на деле… Я не верила в его холодность. Он выдал себя, и не раз, позволив мне заглянуть под маску.
Странно, что Аня этого не понимала — быть может, потому, что она ещё ребёнок.
— Как хорошо! Я запомнила то зелье до мелочей! — возбуждённо зашептала Аня, как только дверь Живой Библиотеки закрылась за нами. Сосредоточившись, девочка сжала руку в кулачок, а разжав его, продемонстрировала мне наспех созданную тёмную бутылочку, окружённую светящимся ореолом.
— Разве ты не о жёлтом зелье говорила? — усомнилась я.
— Это для отвода глаз, — отмахнулась маленькая драконесса. — Смотри, такое зелье можно добавлять по капле в воду или травяной чай, если тебе часто снятся плохие сны. Каэм иногда забывал прогонять меня из лаборатории, и я видела, как он делает вот это. Символ — айрхэн.
Я повернулась к стеллажам и вежливо попросила Живую Библиотеку выдать нам книгу, в которой говорится о приготовлении такого зелья. Миг спустя книга слетела с полки и закружилась у меня над головой. Я подпрыгнула, ловко поймала её за корешок и любезно улыбнулась Библиотеке: