Один (СИ)

Я беззвучно орал, пытался вырваться, но ничего не помогало и не выходило. Голова была все ближе и ближе. И с каждым пройденным метром все меньше и меньше походила на обычную, человеческую голову.
Она словно бы разделилась пополам, на лице появилась вертикальная щель, постоянно увеличивающаяся, расширяющаяся, все больше и больше напоминающая пасть, в которой уже виднелись несколько рядов мелких, острых зубов. Пасть стала такой огромной, что с легкостью могла обхватить мою собственную голову, что она и сделала.
Я слышал треск сминаемого зубами шлема, ощущал, как зубы уже пробились внутрь. Еще мгновение, и они вопьются в мое лицо. И когда это уже должно было случиться, я все же вырвался, вскочил, бросился в сторону.
Только тогда я осознал, что все это время мирно спал в пилотском кресле своего корабля и никаких Филчей рядом нет.
Успокоился я довольно-таки быстро, и тут же вновь провалился в сон. В этот раз без всяких сновидений и уж тем более кошмаров.
Следующее мое пробуждение произошло из-за Ади.
— Корабль прибыл в точку назначения, — объявила она, и я моментально открыл глаза.
Мы оказались там, откуда для меня все и началось. В 40 метрах прямо по курсу, в кромешной тьме, освещаемой лишь далекими звездами, маячили останки моей станции, тех модулей, на которых сюда попал я и моя команда…погибшая команда.
И именно здесь я надеялся получить ответы на свои вопросы. Наконец-то узнать кто я, откуда, кем был раньше и что должен делать сейчас.
В скафандр я влез буквально за пару минут. Мои эмоции, нетерпение прямо-таки зашкаливали — я знал, чувствовал, что смогу открыть сейф, что знаю код к нему. И знал также, что после того, как дверца откроется, я смогу узнать о том, кто я есть.
Неизвестно, откуда взялась такая уверенность, с чего я взял, что в сейфе найдется нечто такое, что может моментально восстановить мои знания, мою память. Но там однозначно что-то такое должно было быть. Там будет то, что вновь вернет мне память, сделает меня самим собой.
Тем не менее, одевался я хоть и поспешно, но все же тщательно проверил скаф, запасы кислорода, еще раз убедился, что мой корабль будет рядом с модулями все то время, пока я буду лазать внутри.
Уже в шлюзе я проверил запасы воздуха и топлива, проверил магазин к игломету (уже давно стало привычкой не лезть куда-либо без оружия), и лишь затем покинул корабль.
С моего последнего посещения этого места ничего не изменилось — все тот же протараненный жилой модуль, рядом с которым застыл навсегда мертвый корабль с покойником на борту. Нужно будет обязательно забрать тело — Крис очень хотел этого, и мне было стыдно, что я вот так вот сорвался, не взяв его с собой. Ну да я должен был это сделать, было нечто сокровенное в том, чтобы посетить это место одному, без посторонних.
Я влетел через пробоину в общий жилой отсек, мои ботинки зафиксировались на полу. Затем огляделся, прощупывая пространство взглядом и держа наготове оружие.
Никого и ничего, как и ожидалось. После проверки я сразу направился к входу в свой личный модуль. Однако дойти туда я не успел. Мне вспомнился Шон, тот самый астронавт, чье лицо я увидел во сне. Тот самый, один из моей команды, которая погибла здесь, так и не увидев свет чужих звезд. Боялись ли они этого, знали ли, на что идут? Были ли у них сомнения или предчувствия такой концовки?
Кто знает…
Я сам того не заметил, как оказался рядом с их капсулами. Стоял возле них, опустив голову, будто бы нахожусь возле монументов на могилах, что в общем-то было недалеко от истины.
Складывалось впечатление, будто бы я виню себя за то, что с ними случилось, хотя как раз моей вины в этом не было вообще. Но все же тот факт, что я единственный, кто выжил, а все они мертвы, заставлял меня чувствовать себя некомфортно, ощущать себя виноватым за собственное везение…
Я подошел к одной из капсул и притронулся к ней. Именно там должно было быть тело Шона. Он никогда не будет похоронен, его родные уже никогда его не увидят, да и не факт, что вообще узнают, что с ним случилось, как он погиб…
 
Это знаю только я, и не факт, что именно я смогу вернуться домой, смогу сообщить печальную новость родственникам моей мертвой команды…да и захочу ли?
Убрав руку от поврежденной капсулы, я вдруг заметил странного вида щели в самом ее низу. Больше всего эти щели напоминали рамки для выдвижных ящиков, будто бы в письменном столе.
Я присел и выдвинул один из них. Платы, механизмы, какие-то совершенно незнакомые мне устройства и…
Не вполне осознавая, что делаю, я протянул руку и вытащил ее наружу уже с зажатым в руке предметом. Что это? Почему я знаю, что эта вещь так легко может быть извлечена? Недолго повертел в руках странный предмет, тут же потянул руку и ухватил следующий, словно бы спрятанный в нише, в глубине «выдвижного ящика».
Спустя некоторое время передо мной на полу лежала целая гора предметов. И я совершенно не представлял, что это такое, зачем нужно и почему я вообще знаю, где их искать и сколько их должно быть.
Достав, как мне показалось, последнее из странных устройств, я тупо уставился на получившуюся гору трофеев.
И что с ними делать?
Руки начали работать сами собой. И минуты не прошло, как все, казалось бы, абсолютно несовместимые вещи собрались в единую конструкцию.
Последняя часть головоломки стала на место, защелкнулась, словно бы подтверждая свою фиксацию, а я с ужасом глядел на дело рук своих. В моих руках однозначно было оружие. Ничем иным это быть не могло.
Более того, я знал, что это за оружие.
Словно бы из ниоткуда прозвучал такой знакомый и в тоже время абсолютно неузнаваемый голос:
— Энергетический пистолет-пулемет Отиза или ЭППО-4. Данная версия уже проверена на стабильность и живучесть. Тебе не о чем волноваться — сработает везде ‒ и внутри отсека, и в открытом космосе. Эта малышка совершенно не имеет отдачи, ведь стреляет испульсами. Но не стоит с ней баловаться — она с легкостью сможет пробить скаф с человеком внутри навылет. И при этом убойность или, скорее, мощность импульса будет достаточной, чтобы пробить еще один скаф.
Человек, чьего лица я не помню, но чьи действия вспомнил даже сейчас, вскидывает оружие, полную копию того, что сейчас было у меня, и выпускает в мишень неподалеку несколько импульсов. В точках попадания мишень дымится, видны дыры…
— Мы первые, кто додумался до такого, — важно заявляет человек без лица, ‒ первые, кто смог создать рабочие прототипы и даже выпустить несколько модификаций. Уверен, если там, в Алькари, — он показывает пальцем вверх, в синее безоблачное небо, ‒ найдутся ублюдки, которые осмелятся нам помешать — вы здорово поджарите их задницы…
Я бросил оружие на пол, рывком оказался возле еще одной капсулы и проделал все те же манипуляции, что и с предыдущей.
Все те же спрятанные, замаскированные под детали капсулы части оружия, все та же пушка ‒ короткая, несколько несуразная на вид, с магазином (или, скорее, батареей) практически под прикладом. Кургузая пушка, чем-то отдаленно напоминающая штурмовой Тавор (еще его Тар-21 называли), но более…футуристичный, что ли?
Я попытался умостить оружие, и оно тут же легло в руки, приклад уперся в плечо, мое тело заняло наиболее удобное для стрельбы положение, словно бы я всю жизнь этим занимался. Палец сам собой щелкнул на клавишу, и из верхней части «пушки» выдвинулся коллиматорный прицел.
А в голове вновь зазвучал голос «инструктора»:
— Ты — старший этой группы. Ваша главная задача — обеспечить поддержку основным силам, которые уничтожат неприятеля. Помни: главное — добыть ресурс и доставить его домой. Все остальное вторично.
 
Я опустил оружие, а мои руки затряслись.
Эта фраза инструктора, только что всплывшая у меня в голове, попросту выбила почву из под ног. Да как такое возможно? Как я вообще мог на это согласиться? Кто я такой?!
Ответ пришел сам собой.
Твою же мать…я что, «техник»?