Один (СИ)

Я огляделся. Общий отсек был совсем маленький, здесь находились два шкафа со скафами (в каждом по два), возле внутренней двери шлюза был экран, который должен был отображать текущую температуру, качество воздуха, давление и многие другие значения, необходимые для понимания того, можно ли находиться в отсеке без скафандра.
Слева и справа были двери, ведущие в другие отсеки корабля. Возле правой двери в специальном держателе висел огнетушитель. Вот и все, что здесь было.
Я проследовал в правую дверь, ведущую к мостику. Если точнее, ведущую к хранилищу, из которого можно было попасть на мостик.
Хранилище представляло собой отсек в два раза больше предыдущего. В центре находился миниатюрный 3D-принтер, позволяющий создавать небольшие предметы (различные запчасти для корабля, заменные детали для скафа, отдельные его элементы, например, баки для рюкзака, шлем, забрало и т. д.). Рядом с принтером я обнаружил переработчик — устройство, с помощью которого можно легко превратить ненужную вещь в ресурсы. К примеру, если бросить в него шлем, переработчик, управляемый ИИ корабля, разберет его до винтика, а дальше, в зависимости от выбранной программы, либо переместит запчасти на склад, либо вообще расплавит, рассортирует по кучкам все использованные в перерабатываемом предмете металлы. Крайне удобная штука, позволяющая использовать все, что есть под рукой, экономить ресурсы.
Под стеной левого борта корабля находились холодильник и аптечка.
Я по очереди открыл их. Аптечка, как ожидалось, была доверху забита всем, что только может понадобиться, начиная от обычных таблеток от простуды, заканчивая препаратами, которые могут понадобиться при серьезных ранениях. В холодильнике же аккуратными рядами лежали ПГП (пачки готового питания) и несколько емкостей с водой. Ну вот, уже хорошо — с голода и от жажды я точно не помру.
Я двинулся дальше, или, если говорить точно, полетел: корабль функционировал в ограниченном режиме. Фактически все его системы были отключены. Все, что он сейчас мог — принимать сигналы и команды, мог прилететь на вызов, что, по сути, он уже и сделал. Теперь же необходимо было включить его полностью, и в первую очередь врубить генератор гравитации и систему жизнеобеспечения. Мне уже порядком надоело летать и потеть в скафандре.
Мостик был еще меньше, чем общий отсек. Ну а что еще от него требовать? Здесь и всего-то есть, что кресло пилота, панель управления перед ним. Слева экран статуса (тот самый, отображающий состояние различных параметров в отсеке), который есть в каждом отдельно взятом помещении, как корабля, так и модуля. А под экраном находился приемник для питания элемента Брауна А-типа — та самая «батарейка» в форме стержня (толщиной и длиной с рукоятку отвертки), которая позволяет кораблю функционировать, поддерживает его в активном состоянии. За счет этого элемента работают и гравиплиты, спрятанные в полу, стенах, потолке, отталкивающие мелкий мусор от корабля, защищающие от радиации.
На правой стене висел оружейный шкафчик, открыть который, естественно, я не мог. Для этого необходимо активировать корабль, внести запись в бортовой журнал о причинах, по которым шкаф должен открыться. Впрочем, не сильно-то я туда хотел лезть — заставить систему его открыть не так уж и просто, а тратить на это время мне не хотелось.
Тем более я прекрасно знал, что внутри — точно такой же пневматический игломет, как доставшийся мне от покойного Вилланда. В этом игломете было предостаточно зарядов — уже проверил. Так что взламывать оружейный шкаф, по крайней мере, сейчас, у меня необходимости не было.
Я полетел к панели управления, уцепился за кресло пилота и быстро нажал несколько клавиш.
Забавно, вот я только что рассматривал панель, пытаясь понять, где и что находится, я прямо теряюсь от обилия всевозможных кнопок, сенсорных экранов, рычагов и переключателей. А вот мои руки сами собой, без всякого вмешательства меня самого, уже что-то делают. Что ж, тренировки на Земле не прошли бесследно — многие вещи я делаю автоматически, даже не задумываясь о том, как именно. Это хорошо. А то с моей амнезией только и делать, что сидеть и вспоминать, где клавиша включения корабля.
 
Оказалось, никакой клавиши как таковой и нет. Я активировал системы корабля, каждый раз вводил один и тот же код, который смог подсмотреть, осознать, лишь с третьей или четвертой попытки. Это же надо — пальцы знают, что нажимать, а мозг ни хрена не помнит.
070107113008
Это что такое? Мой личный код?
«Логин принят. Подтвердите авторизацию».
Ага! Это только логин. А код какой?
Disciple90BNB08Aug13
А это, как я понимаю, мой пароль… Что он значит? На первый взгляд, это просто набор букв и цифр, но все же я находил отклик в своей памяти— эти цифры были мне знакомы, я знал их. Чем-то они были для меня значимы…очень похоже на дату. Интересно, что это за дата? Что она для меня значит?
Я тряхнул головой. Какой смысл разгадывать ребус, если все равно узнать, правильный ли ты получил ответ, нельзя. Тем более чуть позже, когда память восстановится, я смогу вспомнить и понять, почему у меня именно такой пароль.
Экран на панели управления мигнул, появился текст.
«Пароль принят. Авторизация пройдена».
Ну вот, теперь корабль полностью под моим контролем. Нужно провести проверки систем и запускать их. Однако прежде я проверил имеющиеся запасы газов. Как и ожидалось, баллоны корабля были забиты под завязку. Даже баллон, предназначенный для воздуха, был полон.
Запустив диагностику, я не стал дожидаться ее завершения — ИИ корабля оповестит меня.
Я развернулся, оттолкнулся от кресла и полетел на выход, за считанные секунды покинул мостик, пролетев через хранилище, заскочил в общий отсек и уцепился возле третьей двери, которая должна была вести в буровую, если судить по надписи над дверью.
Я влетел в отсек. В центре стояло громадное устройство, зафиксированное цепями к полу, потолку и стенам. Прямо под ним находился люк. Это устройство и является буром, с помощью которого корабль может добывать полезные ресурсы. Причем как газы, так и металлы.
Слева находился стеллаж, на котором в ряд выстроились баллоны. В них и планировалось хранить добытые газы. Нижние полки были заполнены пустовавшими ящиками, в которые, по идее, будут складываться добытые твердые ресурсы, которые затем будут очищаться от остатков породы в переработчике. Порода будет выбрасываться, а вот добытые металлы переработчик будет аккуратно собирать в слитки, после чего их можно будет хранить в тех самых пустых ящиках на стеллаже.
Я ухватился за один из длинных баллонов, тянущихся вдоль стены напротив стеллажа. Тут, как я понимаю, будет находиться добытый чистый газ. Помогая себе руками, я быстро прошел этот отсек и добрался до следующей двери, где и находилось все то, что мне сейчас нужно.
Я хлопнул по сенсорной панели, и дверь ушла в сторону. Ухватился за рукоятку под самым потолком и бросил свое тело вперед, в новый отсек.
Именно в нем находились все главные системы корабля, здесь был терминал контроля или, скорее уж, терминал, с помощью которого можно было управлять энергетическими мощностями корабля. Здесь же размещались аккумуляторы, был здесь терминал диагностики и управления двигателем, его топливоприемник, а также система жизнеобеспечения и генератор гравитации, которые на данный момент были мне наиболее интересны.
Включить генератор гравитации не составило труда — нажатие одной клавиши тут же позволило мне обрести вес.
Забавно: я был готов к тому, что сейчас потяжелею, опущусь на палубу, даже сгруппировался. Возникшая сила тяжести была включена моей рукой, в ожидаемый мной момент, и все равно, я еле избежал позорного падения пузом на пол.
 
Но, черт возьми! Как же приятно вновь стоять на полу, а не летать под потолком. Как же приятно ощущать тяжесть скафа и не чувствовать желудка, который словно бы поднялся к горлу. Отвратительное ощущение, от которого я так и не смог избавиться. С первых же секунд, проведенных в невесомости, именно это доставляло мне больше всего неудобств.