Квартал мертвецов (СИ)

— Заседание?
— С первого раза не понимаешь? Проходи, тут очередь! — огрызнулся он.
Похоже я попал в здание суда. Я увидел табличку, указывающую на кафе, но задержался позади толпы из журналистов, потому что в этот самый момент, гоблин, стоящий за небольшой тумбой, вещал что-то крайне важное.
— Еще вопросы? — спросил он, перебивая звуки десятков щелчков фотоаппаратов.
— Вы считаете, что женщина-орк, совершившая это преступление, не заслуживает наказания?
— Я считаю, что мы должны трактовать это «преступление», как временное помешательство и самозащиту. А это совершенно разные вещи. Моя подзащитная не имела права калечить своего бывшего мужа, но и терпеть побои со стороны человека орк тоже не обязан. Мы давно приняли равенство рас, а такие инциденты заставляют нас возвращаться к истокам и заниматься такими разбирательствами, которым давно нет места в нашем мире…
Я не стал дослушивать речь гоблина и юркнул в дверь с надписью «туалет».
Я аккуратно снял повязку с головы — она привлекала слишком много внимания — взял бумажные полотенца, намочил их и принялся вытирать затылок, чтобы не оставить и следа крови. Кто-то смыл в одной из кабинок — похоже я был здесь не один. Дверь открылась и оттуда вышла женщина. Орк. 
— Я… — я растерялся. — Это что, женский туалет? Кажется, я перепутал…
— Ты ничего не перепутал, — она подошла к раковине, включила кран и сунула руки под воду. — Просто в женском туалете было занято, а ждать, пока очередная девица сделает там свои дела, у меня нет времени.
Похоже это та орчиха, о которой говорил гоблин — у нее на руке браслет мигал красным. Только вот манеры у нее, далеко не женственные. Странно, что какой-то мужик вообще посмел поднять на нее руку. Вероятно, он обманулся ее слишком человеческими размерами. По сравнению с Горрой, эта была подростком.
— Я слышал, что сейчас будет заседание? — вытирая затылок спросил я. Крови на бумажном полотенце оставалось все меньше.
— Я здесь именно поэтому.
— Это про тебя там говорит гоблин?
Она посмотрела на меня, но не ответила. Точно она.
— А что произошло с твоим…мужем?
— Ты не смотришь телевизор? — она взглянула на меня исподлобья. — Он повредил себе позвоночник и теперь обвиняет меня в этом и в том, что навсегда стал калекой.
Она взяла несколько полотенец и вытерла руки. Ее зеленые пальцы были совсем небольшими, хотя конечно больше любых человеческих.
— Прощай, незнакомец! — она кинула мусор в урну и неспешно завиляла своими бедрами, направляясь к выходу. Вот если бы Горра, была хотя бы чуточку похожа на нее, всех этих проблем с заражениями можно было бы избежать.
Я умылся, стер с куртки и штанов грязь, насколько это было возможно, и вновь пройдя через толпу журналистов, сел за столиком в углу в кафе, откуда открывался замечательный вид на улицу, ярко освещаемую десятком фонарей.
Только теперь у меня появилась возможность получше рассмотреть место, куда я попал. На площади перед Домом Семи Ветров был большой фонтан, в середине которого на дыбах стоял кентавр, а из его чрева в бассейн выплескивалась вода, подсвечиваемая зелеными огнями. Недалеко было видно вход на станцию метро, а ухоженные кусты, плотно растущие друг к другу, рисовали четкие границы аллеи, уходящей далеко к проезжей части.
Телевизор, висящий в углу зала, показывал прямую трансляцию прямо из зала суда. Там все кишело народом. Именно поэтому я оказался единственным посетителем этого кафе.
— Что будете заказывать? — спросила у меня девушка, смачно жующая жвачку.
— Только не «Грешную Страсть», — я потянулся за бумажником, чтобы посмотреть, остались ли у меня деньги.
— Что, простите?
— Ничего. Что у вас пьют, когда хотят взбодриться, но не хотят опьянеть? — я увидел, что орки из клуба не успели забрать деньги из бумажника.
— Кофе?
— Дак у вас есть кофе?! — воодушевленно переспросил я.
Официантка подозрительно посмотрела на меня и даже жвачка в ее рту стала пережевываться медленнее.
— Да-а-а… — настороженно произнесла она.
 
— Тогда сделайте мне капучино.
Она вновь посмотрела на меня, как на умственно отсталого.
— Такого у нас нет.
— Вы же сказали, что у вас есть кофе!
— Да. Эльфокано, оркачинно и гноммэ.
— Давайте орка… — я не стал полностью произносить название, потому что официантка, итак, все поняла и уже ушла за барную стойку, где кофе-машина во всю гремела, предвещая мое воссоединение с моим любимым напитком.
— Всем встать. Суд идет! — Произнес кто-то в телевизоре, и все люди и нелюди поднялись на ноги.
— Можете присаживаться, — сказала судья.
Это говорила женщина-гном в красной мантии и большим колпаком на голове, который был увешан разными символами — полумесяцем, символом бесконечности, знаком, что в моем мире обозначал доллар и другими. Над ее верхней губой были пышные усы, а губы ярко-накрашены красной помадой.
— Господа присяжные, — начала говорить судья. — Сейчас вы должны вынести свой вердикт по делу…
— Простите, пожалуйста. У вас не будет зарядки? — я показал официантке свой, сейчас бесполезный, телефон.
Все еще пережевывая огромную жвачку, она указала головой в сторону зарядного устройства для гостей на диванчике у выхода. 
Я быстро пересел ближе и подключил телефон. Включается. На экране высветилась эмблема — рогатый шлем, один рог у которого был сломан. Загрузился.
Оповещения посыпались один за другим.
— Мне ехать за тобой? — спрашивал, видимо глупый, Грег. Обо всем же договорились!
— Конечно! Я в кафе внутри Дома Семи Ветров! — отправить.
— Это Тень. Я сменила номер. Твой проклятый пес выследил меня и теперь не отвязывается! Я слышала, что животные друидов испытывают те же чувства, что и их хозяева. Если так…наверное ты…действительно не хотел обидеть меня и любишь… В общем, перезвони, как только сможешь, я пригляжу за волком.
Отличные новости! А я не понимал почему он все испортил в стриптиз-клубе, когда полицейские допрашивали эльфийку. Я только хотел ее защитить, а он сделал это.
— Я уже скучаю… — отправить. Может у меня еще остались все шансы сохранить ее?
— Ваш кофе, — произнес надо мной жующийся голос. Я взял чашку, отдал две темных купюры и жадно прильнул к ней губами.
Жидкость, которую тут называли «кофе» была самым отвратительным пойлом, которое я когда-либо пробовал. Я выплюнул все обратно под кислое выражение девицы, обслуживающей здесь.
— Горячо… — неуверенно произнес я, чтобы она перестала считать меня в странным. — Можете сделать громче? Подсудимая, моя…
Официантка не дослушала меня, ушла за барную стойку и увеличила звук.
— Леди Сенна. Выслушав все показания свидетелей, вас и вашего мужа, суд присяжных вынес следующий приговор. Согласно закону, принятому Пятью Расами на заре веков, говорящем о неприкосновенности эльфов орками, вы проговариваетесь к пяти годам лишения свободы в темницах строгого режима.
Стук маленького гномьего молотка подытожил приговор и заставил всех присутствующих в зале загалдеть.
В разгар воцарившейся сумятицы в зал суда сквозь высокое витражное окно ворвался изуродованный орк и принялся нападать на всех присутствующих на процессе.
— Укушенный! — я вскочил с места и опрокинул дрянь, принесенную мне вместо кофе.
Люди на экране забегали по залу суда, охранники принялись стрелять из маленьких арбалетов в существо, которое уже разрывало на куски судью. Завороженная официантка вместе со мной наблюдала за картиной, когда уже несколько мертвецов набрасывались на адвокатов, родственников, свидетелей и подсудимых. Сенна в наручниках храбро крошила черепа живых мертвецов железной ножкой, оторванной от стула.
 
Она, конечно, была очень симпатичной орчихой и уверен вознаградила бы меня за свое спасение, но сейчас у меня не было ни шанса, чтобы противостоять любому попавшемуся мне мертвецу. К тому же, единственная сила, данная мне, убежала за Ласковой Тенью и теперь не могла помочь.