Кто ты для меня? (СИ)

 — Похоже мне сегодня придётся отбивать вас обоих от воздыхателей. — Марат тепло улыбается, глядя на наши раскрасневшиеся лица.
 — Это всё Святик. Не думала, что он может такое вытворять. — Аля залпом выпивает полбокала мутного напитка с приятным мятным запахом.
 — Я тоже не думал. — Марат переводит взгляд на меня, и я вижу блеск в его глазах.
 — Это всё танцы в школе, — почему-то смущаюсь.
 — Ага… — тянет Аля и подмигивает мне.
 — Дай сигарету, — с моей стороны это звучит нагловато, но Марат послушно достаёт пачку и протягивает мне.
 — Травишь ребёнка, — кривится Алиса и тут же получает от меня спрятанный за спиной фак.
 — Твои гремучие разноцветные смеси в бокалах угрожают ему гораздо больше.
 — Это вкусно, — тут же вскидывается Алька и протягивает Марату свой напиток. — Попробуй.
 — Спасибо. Я как-нибудь виски обойдусь.
 — Ну, как знаешь… Да ты только глянь! — Алиса вдруг беспардонно тычет пальцем прямо в толпу как ребёнок, и мы с Маратом смотрим в этом же направлении.
Один высокий и худой, с крепкими сухими мышцами под кожей и тёмными волосами, собранными в хвост на затылке. Второй немного пониже, стройный в обтягивающей чёрной футболке и таких же узких брюках. Волосы на висках выстрижены почти под ноль, на макушке выбеленные длинноватые пряди.
Парни танцуют. И всё бы ничего, но они танцуют друг с другом и при этом целуются так, что от увиденного у меня мурашки побежали по спине и застучало в ушах.
Вокруг них с десяток пар, которым вообще кажется нет дела до того, что творится у них перед носом. Медленная мелодия льётся из динамиков, руки брюнета сильнее сжимают талию крашенного и притягивают его тело ближе к себе.
Они просто целуются в танце. Не лапают друг друга за задницы, не лезут под майки. Просто целуются. Но это заводит так, что меня бросает в жар только при одном воспоминании о той ночи на кухне.
 — Может искупаемся? — Отрываю взгляд от парочки и пытаюсь разглядеть в темноте пляж.
 — Отличная идея, — каким-то странным голосом поддерживает меня Марат.
 — Ещё вернёмся? Сюда? — Аля тоже смотрит в темноту, а потом опять на танцпол.
 — Если захочешь. — Марат тут же идёт расплачиваться к бару, а Алиса дёргает меня за руку.
 — Ты видел?
 — Ну да. У нас бы на такое мало кто решился.
 — Да я не о них, дурак.
 — О чём?
 — О том, как Марат на тебя смотрел.
 — Когда?
 — Да только что. Пока ты ел глазами этих двоих, он готов был слопать тебя, причём прямо у всех на глазах.
 — Не смешно…
 — А кто смеётся? — Алиска ерошит растрёпанные волосы у себя на голове. — Другая страна, другие правила. Здесь даже дышать и думать легче, разве не заметил? Что там нельзя — тут можно.
 — Думаешь у нас получится?
 — Я уверена. Только мы немного изменим план.
 — И?
Оглядывается не идёт ли Марат.
 — Игнорируй его.
 — Совсем?
 — Нет конечно. Веди себя как обычно, не нужно выставлять свои чувства. Побудь просто пасынком.
 — И что мне это даст?
 — Свят… — Алиса вдруг сделалась серьёзной, как никогда. — Пока он сам не поймёт себя и не признается себе в том, что не равнодушен к тебе, мы так и будем ходит вокруг да около. Дай ему самому прийти к этому, быть ведущим. Пусть почувствует себя мужчиной, который должен завоёвывать. Пусть поймёт, что он останется таким же в независимости от того, какого пола партнёр в его кровати.
 — Я не уверен…
Замолкаю, замечая Марата направляющегося к нам.
 — Готовы?
 — Ещё бы. — Алиса подхватывает свою сумочку и первая сбегает по деревянным ступенькам, уходящим прямо в песок.
========== Часть 18 ==========
Я замешкался на тёплом, ещё не остывшем песке, и наблюдал как Аля без стеснения стянула с себя белое платье и, развернувшись лицом к морю, побежала прямо в воду. Похоже алкоголь напрочь отбил у неё смущение, так как я заметил только крохотные трусики на её маленькой попке. А может она всегда такая была?
 — Как она потом выходить будет… — то ли сам себе, то ли подошедшему ко мне со спины Марату.
 — Моя сестра всегда немного не в себе. Не обращай внимания. Мужчины для неё как мебель. Удивляюсь, что она вообще голышом не полезла. — Игромко Алисе: — Осторожней там!
 
 — Пошёл… — последнее слово утонуло в шуме набежавшей волны, но я и так мог представить, что она сказала.
 — Идём?
Оглядываюсь и понимаю, что Марат почти разделся, оставшись только в тёмных боксерах. Хочется задержаться взглядом на его теле, но я не позволяю себе, вспоминая слова Али. Может она и права, только вести себя как обычно, после всего что между нами произошло — очень трудно.
Стягиваю с себя одежду и бросаю просто в песок. Не смотрю на Марата, просто делаю то же, что до меня сделала Аля.
В воду. С разбегу. Так, чтобы дух захватило, и на минуту оглушило уши.
Вода тёплая и прозрачная до такой степени, что в свете луны я вижу свои ноги на морском дне. Шевелю руками в воде, и от пальцев разбегаются светящиеся фосфорные пятна микроскопических обитателей. Как же красиво…
Задираю голову на яркую, почти полную луну, и слизываю с губ солёную воду. Вечно стоял бы так, омываемый ласковыми волнами, под тусклым лунным светом. И так, чтобы ни одной мысли в голове.
Чьи-то руки обвивают меня за талию, и я резко разворачиваюсь, готовясь по-настоящему треснуть стервозной Алиске, которая наверное решила перепугать меня вусмерть.
 — Тихо… — Набежавшая волна на какие-то секунды отрывает нас от песчаного дня и опять ставит на место. — Красиво, правда?
В его глазах отражается лунный диск, а на губах слабая улыбка.
 — Красиво, — шепчу и понимаю, что имею ввиду совсем не то, что он.
Марат поворачивает ко мне голову и почти невесомо целует в нос, потом в скулу, в висок. И так по всему лицу, пока не добирается до губ. У него солёный привкус с ароматом виски и тёплый язык, который бережно скользит у меня во рту, спрашивая, пробуя.
Обхватываю его за плечи на следующей волне, чтобы не отдалиться, и он сам берёт меня за бёдра и обвивает мои ноги вокруг своей поясницы.
Странное чувство, я как будто парю в воздухе, почти не весомый. Мне даже не приходится напрягаться, чтобы дотянуться до его губ, вода сама поднимает меня выше.
Теперь уже я возвышаюсь над Маратом. Плотно обхватив его ногами за торс и упёршись ему локтями в плечи. Теперь я целую его, а он даже не пытается сопротивляться, наоборот, устраивает маленькую войну за первенство. Выцеловывает мои губы, хватает меня зубами за язык, слегка прикусывает и потом втягивает в себя. Выжимает из меня стон и заставляет неосознанно тереться о его живот. Понимаю, что у меня встал и чувствую, как его стояк упирается мне в бёдра снизу.
Но мы оба знаем, что заниматься этим в море — не лучшая идея. И просто целуемся до умопомрачения, до грохота пульса в ушах и до сорванного дыхания.
Если бы не шум, производимый Алиской, которая приближалась к нам большими гребками, мы бы наверное сожрали друг друга и выпили до такой степени, что сил выйти на берег просто бы не хватило.
 — Как мне этого не хватало в этой чёртовой Англии, — запыхавшись она вешается на шею Марату, сплетая свои руки с моими, и дышит загнано. — Я вам не мешаю?
 — Нет, — вдруг расслабленно выдаёт Марат и прижимает меня ещё сильнее.
 — И правильно. Для этого есть кровать. Думаю, там будет удобнее. — Алиска щёлкает меня по носу и, отталкиваясь от нас, плывёт к берегу.
 — Я наверное никогда к ней такой не привыкну… — шепчу ей в след.
 — А ко мне? Ко мне такому, привыкнешь?
Молча прикасаюсь к его губам. Я не знаю ответа. Потому что Марат дома и Марат сейчас — это два разных человека.
 — Замёрз? — Марат отстраняется и смотрит мне в лицо, замечая мою дрожь.
 — Немного… — утыкаюсь носом ему в шею и ловлю губами солёные капли.
 — Пошли.
Он так и несёт меня обвитого вокруг себя, почти к самой кромке пляжа. Помогает одеться. Забирает с мокрого песка оставленное Алисой платье и босоножки.