Молчаливое признание (СИ)

— Надо пораскинуть мозгами, — задумчиво молвил убедитель, — артефакт необходимо забрать пока не стало слишком поздно.
— Я помогу вам, но вы поклянетесь, что уничтожите проклятый камень и дадите мне разобраться с вещателем, — горячо закончил Андрей.
— Зачем вам это? — удивился Бенедикт. — Вы хотели спасти жену и она с вами…
— Я обещал себе, что отомщу за Катю, за ее шрамы. Вы видели их на спине? — с горечью произнес князь. — Лично вырву руки ублюдку и засуну ему в рот. А еще за страну. Мою страну, которую эта мразь уничтожила.
Мужчины замолчали, а я уткнувшись в плечо супруга, вдыхала его запах и так хотелось сказать Андрею, что люблю его. Безумно. До боли в сердце. Поэтому не отпущу. Одного.
Но меня никто не спрашивал. Князь по дороге спросил у Гасьена про хозяина, оказалось, что Петр уже дома, досталось ему больше всех и доктор еще осматривал искателя. Барон Венуа был легко ранен в ногу. Положив меня на постель, Андрей велел Фанни принести ножницы и осторожно разрезал рукав платья. Потом они вместе со служанкой раздели меня, а после ощутила на губах нежный поцелуй и
услышала.
— Поправляйся, моя любовь. Моя Китти.
Нет! Стой! Но сил не было даже открыть глаза и лишь слеза скатилась по щеке. Я знала куда и зачем уходил Андрей, проклиная вещателя и свою рану. Магия зрячей старалась вовсю, а вот доктор мне не поможет, его сила не подействует.
Единственная от него помощь — он забинтует рану.
Парная магия устремилась за супругом, испуганно жалась к нему, словно просила остаться и вернулась ко мне, когда Андрей покинул дом. Усталость взяла свою и я провалилась в сон без сновидений, проснулась со страшным предчувствием в груди, испуганно распахнув глаза. Сгустившаяся за окном темнота только усиливала ужас.
С трудом я встала с постели, морщась от тихой боли, накинула халат. Парная магия беспокойно кружила серебряным облаком надо мной. Сердце сжимало, как удавкой от мрачной тревоги. Подойдя к окну, я молча всматривалась в темноту, слушая, как мелкий дождь барабанил по стеклу.
Неожиданно раздался сильный стук в ворота. Потом еще и еще. Гасьен накидывая на бегу куртку с капюшоном летел к воротам. Не успел слуга их открыть, как во двор заехала карета. Кучер раздавал указания Гасьену и я узнала голос барона. Дверца экипажа открылась, и чтец бросился помогать двоим мужчинам держать тело. Андрей! Глотая слезы, я поспешила вниз.
Моя магия опередила меня и свернулась, как кошка клубочком на сердце супруга, когда я вошла в гостиную, куда мужчины отнесли князя. Андрей лежал на диване с закрытыми глазами, бледный и рвано дышал. Увидев меня, маги расступились, пропуская вперед. Эльм заботливо пододвинул кресло, чтобы я могла присесть. Мои пальцы дрожали, когда я обхватила руку Андрея и прижалась к ней лицом.
— Вещатель знал, иго мы придем и хорошо подготовился, — рассказывал барон Венуа. — Все монахи были вооружены пистолетами, сделанными человеческими изобретателями. Мы бы никогда не попали внутрь, если бы не Бенедикт. Он воспользовался магией убедителя и один из монахов открыл нам вход. Но как оказалось, маркиз де Шарне только этого и добивался. Его Преосвященство решил проверить действие артефакта и повлиял магией камня на одного из людей, пошла цепная реакция и вскоре все люди в монастыре мечтали нас уничтожить. Я и соратники Бенедикта остались биться во дворе, а Андрэ и убедитель бросились разыскивать вещателя. Через некоторое время раздался страшный взрыв, одна из монастырских башен разрушилась и тогда монахи словно очнулись. Они помогли нам обнаружить среди обломков… Андрэ и Бенедикта. Убедитель оказался ранен не так сильно и сейчас им занимается доктор, а вот… и черт возьми, зрячий не может помочь Андрэ.
Не может, только собственная сила князя и моя магия, которая сейчас плела сложные узоры на груди создателя, пытаясь срастить поломанные кости и соединить края рваных ран.
— А вещатель? Маркиз? Он… жив? — охрипшим голосом спросила у Эльма.
— Нет. Его тело тоже сразу нашли… вернее разбросанные фрагменты… а вот артефакт, как ни старались, обнаружить не получилось, потом узнали почему.
 
— И почему? — я плакала и ничего не могла с собой поделать. Супруг бледнел на глазах, часто дышал и я вдруг поняла, что никогда еще мне не было так страшно.
— Бенедикт рассказал… вернее позволил мне увидеть, пока его не увезли. Убедитель и Андрэ должны были последовать за вещателем и попасть в смертельную ловушку, упасть с башни, но… в последний момент Андрэ поменял решение. Он создал взрывное оружие и бросил его в маркиза де Шарне, а так как был ближе всего к вещателю, то и пострадал больше всех. Его Преосвященство даже не мог поверить, что кто-то решится уничтожить артефакт.
Появилась Анна и дальше я уже не слушала барона.
«Ты должна спасти его!» Умоляла я ангела-хранителя. «Если Андрей умрет, то и мне незачем… жить.» Серебряная магия колдовала над окровавленным телом
супруга.
а я молилась и отдавала всю свою энергию. Пусть я не помнила прошлое этой жизни, но теперь знала одно. Андрей моя вторая половинка, моя серебряная душа, которую я выбрала еще на небе. Без него жизнь потеряет все краски, станет серой, безликой.
«Живи! Умоляю! Только живи!» Я уткнулась в плечо создателя, страшно видеть раны любимого, но заставляла силу дальше исследовать и залечивать дорогого мага. Времени прошло немало, когда я осознала, что дыхание Андрея изменилось. Теперь супруг просто спал. Пусть ему придется много времени провести в постели, главное внутреннее кровотечение остановлено, кости почти срослись, а рваных ран больше не было.
Моего плеча коснулись и я устало подняла голову. На меня смотрела девушка с модной короткой стрижкой. Она убрала за ухо каштановую прядь и темные глаза чтеца участливо коснулись лица. Я уловила заметное сходство и вспомнила сестру с фотографии.
— Лиза?!
— Да, — девушка обняла меня и навзрыд произнесла, — мы думали, что ты… умерла.
А потом я слушала историю сестры. Ее спас Бенедикт, оказывается он все время поддерживал связь с нашим отцом и посоветовал ему открыть вклад в банке. Именно убедитель разыскал Лизу среди пассажиров поезда, который взорвали люди.
— Бенедикт отправил меня в загородный дом подальше от ордена и вещателя. Боялся за меня, а потом и Петра направил ко мне. Встретил графа, когда тот крутился возле домов моды. Петр потом признался, что надеялся не найти меня среди русских моделей.
— Как… он? — устало спросила сестру, чувствуя, как глаза наливались свинцом.
— Лучше, чем Андрей. Доктор вытащил из него три пули, но главное жизненные органы не были задеты, но Петр потерял много крови. Катя, давай я провожу тебя наверху. Ты очень устала, а я подежурю возле…
— Нет… нет… я никуда не уйду, — упрямо молвила я. Мои пальцы продолжали сжимать прохладную руку супруга. Казалось если я ее отпущу, то парная магия не справится. Андрей лежал, как в коконе из серебряных нитей нашей силы и спал глубоким сном.
Лиза принесла плед и укрыла меня им. Затем протянула чашку с горячим чаем и заставила съесть пару ложек овсяной каши. Сестра осталась со мной, устроилась на соседнем кресле.
— Спасибо, — поблагодарила я Лизу за поддержку.
— Катя, ты моя сестра и я люблю тебя. Ты просто не представляешь, как я счастлива, что мы снова вместе, — на глазах девушки навернулись слезы. — Даже если ты не помнишь меня… знай, ты для меня дороже всех на свете.
Прошло три дня. Петр до сих пор оставался в постели, ужасно капризничал и постоянно требовал, чтобы Лиза кормила его, читала книги и просто беседовала. Стоило сестре зайти в комнату, как капризы прекращались и маг становился обаятельным больным. Искатель любил Лизу, он жадно следил за каждым ее движением, словил каждое ее слово, а девушка держалась слегка прохладно. Но однажды я застукала их, когда маги целовались и ушла незамеченной с легкой улыбкой на губах. У них своя история любви и Петр умело добивался Лизу.
 
Андрей не приходил в себя, он продолжал лежать в гостиной, а я ночевала в кресле. Опасно было переносить создателя в спальню, поэтому было решено пока оставить его здесь. На четвертые сутки, когда моя магия снова пробежалась по телу супруга, осмотрела его состояние. Я свернулась калачиком на кресле, сжимая по привычке руку Андрея и только прикрыла глаза, как услышала шепот.