День дурака (СИ)

- Ладно, - отмахнулся следователь, набирая номер, - мой паренек не такой обидчивый. Точно двери можно выломать?
- Ломайте, - вздохнул дед, - что уж теперь. Только, если что, пусть твой парень ее взад закроет, как угодно, хоть гвоздями, но чтоб нараспашку не стояла!
- Если - что? - уточнил Степан.
- Да бог его знает, - пожал плечами Мартын Борисович, - но, чует мое сердце, товарищ следователь, не так оно все просто.
Удивительно теплым и безветренным выдался вечер. Листья небольших, в рост человека, аккуратно подстриженных бука и ясеня не шевелились, словно были откованы из железа искуснейшим кузнецом, а комары чувствовали себя так вольготно, что Трею пришлось применить свое искусство, чтобы посиделки в саду не превратились в "танцы с вампирами". Почти полная луна отразилась в миске с дождевой водой, которую слуги Марха собрали днем, во время короткого ливня. На такой воде было особенно хорошо ворожить, и результат получался верный... Только не в этот раз. Сколько не пытались оба чародея увидеть Дракона, вода в миске оставалась прозрачной. Наконец, все трое плюнули на это мокрое дело, решили, что утра вечера все-таки мудренее, и послали слуг в храм. Только за одной маленькой бутылью, все, в один голос заявили, что на завтра им нужны трезвые головы.
- Подожди! - Лапин вскинул руки, перебив Марха, - значит, эти гады прилетели на воздушном аппарате типа дредноут, и своими "лучами смерти"... оставили по себе очень долгую и нехорошую память.
- Ну, примерно так, - Трей отвернулся. Он все еще мучительно переживал свой промах, и пощечину, которую отвесил Устам Дракона. Когда недоразумение разрешилось, гордый и справедливый Трей предложил Лапину сатисфакцию на любых условиях. Но тот, помолчав для приличия ровно две секунды, махнул рукой и заявил что все забыто. (На самом деле Валере понадобилось вдвое меньше времени, чтобы понять очевидное - чародей и на этих самых любых условиях разделает его, как бог черепаху).
 НАЗАД
12
3
45
ВПЕРЕД
Голова у Лапина все еще слегка побаливала, но, благодаря целительским способностям Марха, соображала, как никогда ясно.
- Когда это было? - спросил он, - Нет, я понимаю, что давно, что вас еще и в проекте не было. Но - сколько лет назад. Понятие "год" вам знакомо, раз у вас сейчас год паука-птицееда. А сколько всего лет в цикле?
Две пары глаз уставились на гостя с вежливым недоумением.
- Ну, когда в последний раз был год паука-птицееда?
- Когда новую мельницу поставили, - без раздумий ответил Марх.
- Ох, грехи наши тяжкие, Пелагеюшка... - процитировал Валерий без малейшей надежды, что "братья по разуму" его поймут, - ну а какие еще бывают годы? - зашел он с другого конца.
- Так - разные, - пожал плечами Марх. Выпитые три раза по полкружки (примерно грамм четыреста) на нем пока еще никак не сказывались, - кто ж их всех припомнит. Надо старые свитки разворачивать.
- Но прошлый то год вы помните?
- Год белой рыбы.
- А следующий год чьим будет?
Хозяева снова переглянулись.
- Дорогой мой, - ласково сказал палач, и в этой ласке Валерию почудилась тревога, пока еще легкая, - Ведь вроде не так сильно тебя этот жмот по котелку приложил? Кто ж может угадать заранее, какой именно зверь жрецу накануне тринадцатого новолуния явиться? Бывало, и вовсе диковинные звери приходили, мы таких тут и не видели. Это всегда было плохим предзнаменованием. А паук - хорошо, он труженик, значит, людям труда будет в честном деле удача.
- Вот у вас как, - воодушевился Лапин, - то есть цикличности нет: например год лошади, потом год собаки, потом год змеи, потом год еще кого-нибудь, и так по кругу? Нет? Хотя, откуда у вас взяться цикличности, вы же живете не земледельем, и резкой смены сезонов у вас, как я понял, нет... Хорошо, тогда, когда появлялась эта летающая крепость последний раз: при ваших отцах, дедах, прадедах? Нет, постойте, - снова перебил ученый, - а сколько лет вы вообще живете? В среднем...
 
Но в тот вечер Лапину так и не удалось запутать несчастных аборигенов окончательно, ибо калитка, залитая серебряным светом, вдруг едва слышно скрипнула, и во дворе раздалось до неприличия довольное:
- О, смотрите! Опять пьют... И никакого сухого закона на них нет.
- После захода солнца Тар благословил, - пробасил Марх, расплываясь в счастливой улыбке.
Дракон вернулся. И не один. Сначала он легонько подтолкнул впереди себя худенького парнишку, державшего в руках потрепанную китару. А следом во дворе появились слегка смущенный старик в фуфайке, трениках и шлепанцах на босу ногу, и молодой улыбчивый парень.
- Митька! - шумно обрадовался историк и полез обниматься.
Тихонько в калитку протиснулась девушка. Она смотрела на все происходящее вокруг глазами, похожими на две спутниковые тарелки и, похоже, медленно, но верно "съезжала с рельсов". Заметив, что ей не по себе, Дракон ободряюще обнял девушку за плечи.
- Знакомьтесь, это Лиза. Она тут случайно, но, я думаю, будет нам очень полезна. Скажу больше: на самом деле - Лиза и есть настоящий дракон, а мы с Валеркой так, погулять вышли.
- А вы вообще в курсе, что находитесь в федеральном розыске? - Митька, усевшись на забор, подобно непуганой вороне, чтобы удобнее было обозревать окрестности, выкладывал последние новости. Делился он ими охотно, поскольку хороших среди них не было, а дерьма для друзей не жалко, - пропали, машину бросили, да еще и вещдок с собой уперли. Заведено дело, пока просто по розыску пропавших, но есть версия, - Митька поднял указательный палец, и со вкусом повторил, - версия, что ты, Вязов, стал жертвой историка, который на почве увлечения ролевыми играми слегка двинулся, и принес тебя в жертву. Следственная бригада все "нехорошие места" в окрестностях обшарила на предмет трупа.
- Интересная версия, - глубокомысленно кивнул Лапин, - главное, правдоподобная. Мы на играх одну-две жертвы обязательно приносим. Правда, следователей - редко. Чаще - пожарников или экологов.
- Дело у Строевой? - уточнил Степа, - ну, Ирочка расследует... Она такого нарасследует, там и жертвоприношения будут, и труп мой найдется. И свидетелей целая первомайская демонстрация, и все с шариками...
- Задвинутыми за ролики? - предположил Лапин.
- Легко, - Вязов криво улыбнулся.
Той-терьер сидел прямо на столе, аккуратно пробуя сыр, нарезанный кубиками. Палач и маг на него откровенно глазели, но, не смотря на горячие заверения новых знакомых, признавать ЭТО собакой отказывались. А Цезарь, в отместку, отказывался лаять, даже по команде: "голос!"
- И вот этот беглый преступник звонит мне, заявляет, что раскрыл дело и просит срочно подъехать по Тому Самому адресу, - Митька осторожно, ножичком подтолкнул песику еще один кусочек сыра. Тот взглянул на него благосклонно, дед Мартын перевел дух, характер любимца был ему хорошо известен, и молодой опер продолжил, - Я, естественно, хватаю Лизку и мчусь на пятой передаче.
- Даже кофе допить не дал, - пожаловалась девушка.
- Ну, кофе ты теперь долго не увидишь, - бросил Лапин в пустоту удивительно теплой ночи.
- Долетаем до "коттеджа" Мартына Борисовича, стучим - никто не отзывается. Я толкаю дверь, легонько так... А она и не заперта, оказывается. Входим. А там - упс... Сидит наша пропажа в прикиде сэра Перигора, а на диванчике красноречивый такой тючок, ремнями перевязанный. А из него: "Ох, ах, пустите меня, дяденька, невиноватый я ни в чем..." И, - Митя понизил голос и выдержал драматическую паузу, - плач... Детский. Жалобный такой.
- Неправда! - воскликнул мальчишка, - я не плакал!
- Точно, не плакал, - кивнул Степан, - ты ругался, как нетрезвый гастарбайтер.
- А Степа смотрит на нас так, словно мы персонажи блокбастера "Мумия возвращается". И, страшно так, с подвыванием: "Зачем вы сюда вошли, несчастные!"