Убить Вестника (СИ)

Вы получаете +10 к духу и −5 к интеллекту.
Клятва Целителя разрушена и следующие постулаты больше не имеют на вас силы:
Первый: Подчиняться приказам главы Гильдии.
Второй: Запрет исцелять себя.
Третий: Запрет использовать темную сторону целительства.
Темная сторона значит. Еще одна загадка, до которой мне сейчас нет никакого дела.
Наши поздравления, будущая пешка. Твой уровень синхронизации превысил 85 %. Остался лишь один рывок, чтобы стать достойным. Сможешь ли ты его совершить?
Попытайся, а мы пожелаем тебя удачи, претендент.
Ты признан претендентом, а это значит — система может тебе иногда подыгрывать. Или наоборот… Открыта новая характеристика — Удача. Лишь удача определяет лояльность системы. Докажи, что достоин шанса стать игроком, претендент.
И в самом деле, ровненько после Духа и Харизмы появилась новая строка Удача — 10.
Чтож, очень надеюсь, что она мне поможет, ведь по большому счету…
Я бросил взгляд на пещеру, в которой чуть не погиб.
По большому счету мне больше не на что надеяться, кроме как на удачу.
  
Глава 20
 
— Шел бы ты лесом! Настолько дураков среди нас нет!
Я махнул рукой и вышел из таверны. Как и говорил Мар, найти кого-нибудь, кто согласится пойти в пещеры — было попросту нереально. Я обошел почти все таверны и забегаловки в городе, заглянул даже в полузаброшенную Гильдию Авантюристов — но не нашел никого подходящего. Дьявол. На улице стояла глубокая ночь, но мне казалось идиотизмом спать, когда жить осталось лишь чуть больше суток. Но что делать?
Я бросил взгляд на скрытую во тьме ратушу. Комендант вряд ли мне поможет, даже есть убью бандитов, ведь он подчеркнул — что Вестника за меня убивать не будет. Наверняка бы его помощь свелась бы к тому, что он вручил бы мне какой-нибудь бесполезный артефакт. Хотя, смысл гадать? Бандиты для меня еще более сложный противник, чем скелеты. Последних я хотя бы залечивать до «смерти» могу.
Дерьмо. Я сел на бочку и выгреб карманы. Золотой был благополучно где-то потерян и у меня осталась лишь небольшая горстка серебра. Я смотрел на переливающиеся в лунном свете монеты.
Может попробовать договориться с Ночным Королем?
В конце-концов мы с Маром это и планировали. Вот только кольцо попало в лапы священников, а наворовать столько денег, чтобы загладить отношения и купить пару «быков» я банально не смогу. Где бы я так много награбил? Банков в городе не водилось, а штурмовать Ратушу, где заседает одно из сильнейших существ этого мира — не лучшая идея.
Я подкинул монеты в руке и собрался убрать их в инвентарь. Кстати, занятный момент — после роста характеристик инвентарь серьезно расширился. Теперь туда влезали вещи побольше, а не только камешек, подаренный нищим стариком. Нахрена я его до сих пор с собой таскаю, сам не пойму…
Сосредотачиваюсь и кусок пустой породы возник в моей руке. Я смотрю на него. На серебряные монеты в другой руке и в моей голове сам собой начал формироваться план. План, как не просто дать что-то ценное Ночному Королю, но и использовать его бандитов в своих целях.
— Хе-хе-хе. Похоже, баф к интеллекту и правда работает. — Зловеще посмеялся я во тьме и направился в оружейный квартал.
* * *
Разгоревшийся горн довольно загудел, когда я налег на меха. Пробраться в кузню оказалось до смешного просто, пусть на дверях висел отличный замок — ставни были закрыты на банальные щеколды, даже новичок бы справился. А если бы не справился — то вышиб бы их без проблем. Интересно, кузнеца никогда не грабили, что ли? Впрочем, брать внутри по сути было нечего. Горн и огромная наковальня — несомненно очень ценные для кузнеца вещи, но вот утащить их нереально. Молоты и клещи, конечно, утащить можно было — но смысла было мало. Не настолько это ценная штука, дай кузнецу время — он себе новые изготовит. Было бы чем…
 
Я выглянул из окна и поцокал языком. Дьявол! Я надеялся, что моё пребывание в кузне не будет заметно, но разожженный горн выбрасывал через трубу снопы искр, чертовски заметные в ночном, сука, городе. Чертыхаясь, я залез обратно и как следует поднажал на меха. Я скорее почувствовал, чем увидел — в ночное небо взмыл еще больший сноп искр. Остается лишь надеяться на то, что соседи подумают, что кузнец выполняет срочный заказ. В любом случае, надо поторопиться и расплавить серебро как можно скорее.
На горн было тяжело смотреть, угли раскалились добела и освещали кузнецу не хуже электрической лампы. Пора! Я засыпал монеты в форму, клещами поставил в печь и вновь встал за меха. Серебряные монеты раскалились добела, но даже не думали оплавляться — профиль неизвестного мне короля был столь же рельефен.
— Да-что-тебе-сука-надо? — Выдохнул я и утер пот. Десять минут я как безумный раздувал горн, но ни черта не изменилось. Помимо того, что в кузнеце стало жарко, как в пустыне. Дело было явно не в температуре, засунутые в горн клещи оплавились и потеряли в прочности. Похоже, в этом мире просто не существовало концепции переплавки монет. Или может, у них просто была высокая прочность?
Взбудораженный внезапной догадкой, я схватился за клещи и тут же взвыл, оставив на них часть кожи. Сука!
Исцеляю себя и достаю монету запасными клещами. Она горячая, но абсолютно целая. Кидаю её на наковальню и обрушиваю удар молота! Монета держит удар не хуже каленой кирасы — не единой царапины. Но удар следует за ударом и система прогибается. Ослепительно-белая монета теряет форму и расплескивается под молотом. Раскаленные капли серебра разлетаются по всей кузне. Нехорошо, но начало положено. Остужаю оставшиеся монеты и как следует их проковываю. Теперь снова в горн…
— Племянничек, дорогой, ты белены объелся? Какого Всеотца ты куешь посреди ночи? В могилу меня решил свести? — За дверью раздался взбешенный, старческий голос. Очень знакомый голос получательницы писем…
Надо торопиться. В бессчетный раз налегаю на меха и о чудо, монеты наконец начинают терять форму. На грани сознания звенит колокольчик, похоже Система вновь хочет мне что-то сказать. К черту её, не до этого сейчас.
— Я знаю, что ты там, Гарольд! Ишь, замок даже навесил, хитрец! — Не унималась старушка. — Сейчас приведу жену твою! Приведу, как пить дать, приведу!
Я безразлично проигнорировал её ультиматум и она, наконец, ушла. Жаль, что ненадолго и скоро тут будет жарковато.
Беру в клещи форму и осторожно капаю расплавленным серебром на кусок пустой породы. Серебро стекает, не оставляя и следа, но я чувствую, что нужно сделать. Лишь моя воля определяет границы системы, жизнь тыкала меня в это раз за разом, но лишь сейчас я осознал это до конца. Я не могу слишком наглеть, но чуть-чуть пододвинуть границы я в силах. Главное — сосредоточиться и поверить.