Поглощенные обманом (ЛП)
Единственная мысль, которая успокаивает меня, — это то, что Лия и Джереми в безопасности.
Глава 23
Лия
Не знаю, как я снова оказалась в доме.
Хотя у меня есть идея.
Ян и Борис, должно быть, затащили меня обратно, пока я брыкалась, кричала и плакала.
Моя энергия иссякает, когда я сажусь на диван, мои конечности дрожат. Тепло покалывает мои замерзшие конечности, но оно не может проникнуть внутрь и растопить лед, который образовывал морозные слои вокруг моего сердца с того момента, как машина Адриана исчезла в снегу.
Теплая чашка касается моей руки, я поднимаю глаза и вижу, что Ян смотрит на меня.
— Это горячий чай.
— Я не хочу горячего чая. — Волна свежих слез затуманивает мое зрение. — Я хочу пойти к Адриану.
— Это невозможно, Лия. Тебя тоже убьют.
— Мне все равно. Я лучше умру, чем буду жить без него.
— А как насчет Джереми? Как он выживет без вас обоих?
Рыдания застревают у меня в горле при воспоминании о нашем сыне, о том, как Адриан сказал, что я должна хорошо воспитать его для нас обоих.
Нет.
Он сделает это со мной. Он должен. Он ни за что не оставит меня одну после всего, через что мы прошли.
— Мне очень жаль. — Ян сидит рядом со мной, все еще баюкая напиток, даже когда Борис стоит напротив нас в своей непреклонной позе.
— За что? — Я шмыгаю носом.
— Я был пьян и, в конце концов, рассказал Коле о том, что слышал в ту ночь, когда меня подстрелили. Вот как Боссу удалось собрать воедино все, что касалось тебя и Луки.
Я качаю головой.
— Меня все это не волнует. Рано или поздно об этом стало бы известно.
— Это правда? — спрашивает Борис.
— Что правда?
— Ты предала Босса?
— Борис. — Ян качает головой, глядя на своего коллегу.
Другой охранник смотрит на него.
— Что? Он пошел к Пахану, готовый умереть за нее. Если она предала его, я хочу знать.
— По какой причине? — Ян с грохотом ставит чашку на стол и вскакивает. — Ты собираешься пойти против приказа своего босса и причинить ей боль? Потому что сначала тебе придется пройти через меня.
Я хватаю Яна за руку и тяну с той небольшой силой, которая у меня осталась, чтобы он сел. Он нерешительно подчиняется, и я качаю головой, глядя на Бориса.
— Это правда, что я говорила с Лукой, но я никогда не причиню вреда Адриану. Я знаю, ты мне не веришь, но я… я не предавала.
Борис поджимает губы, но ничего не говорит. Как и Коля, он всегда был верен только Адриану и всегда смотрел на вещи с точки зрения своего босса. Но я понимаю его скептицизм по поводу защиты меня, когда он думает, что я причина всего этого беспорядка.
Сосредоточившись на текущей ситуации, я смотрю на Яна.
— Мы можем что-то сделать?
— Нет.
— Если я поговорю с Сергеем и расскажу ему о том, что произошло в приюте…
— Если бы это был вариант, босс бы его рассмотрел.
— Ты же не предлагаешь нам всем сидеть здесь и ничего не делать?
— На данный момент именно это мы и сделаем. Коля принесет тебе и Джереми другие удостоверения личности, а потом мы сможем уехать в другое место…
— Нет, — оборвала я его, вскакивая на ноги и свирепо глядя на обоих охранников. — Ты утверждаешь, что так предан своему боссу, и все же тебе достаточно просто сидеть здесь и ждать известий о его смерти.
— Поверьте мне, госпожа Волкова. — Борис скрипит зубами. — Если бы это зависело от меня, я был бы там с ним, умирая за него, если понадобится.
— Тогда почему ты не там?
— Потому что его последним приказом было защитить тебя и Джереми.
Меня охватывает дрожь во всем теле, и я снова начинаю дрожать.
— Я не могу оставаться здесь и ничего не делать. Я не могу.
Ян вздыхает, его плечи опускаются.
— Босс сказал…
— Твой чертов босс бросил меня и пошел на смерть, Ян. Его мнение не имеет значения. — Я прохаживаюсь по комнате, мои ноги дрожат, а слезы обжигают щеки. — Должно же быть что-то, что мы можем сделать.
Мне в голову приходит идея, и я останавливаюсь, переводя взгляд с Яна на Бориса.
— Мой отец.
— Твой отец? — спрашивает Ян.
— Лазло Лучано. Вы сказали, что его отсутствие сотрудничества с Братвой является одной из причин, по которой Сергей, Владимир и Игорь злятся на Адриана.
— Нет, Лия.
— Да, Ян. Если я поговорю с ним, он может помочь.
— Или он может запереть тебя на хрен. Он бездетен, и, если он узнает, что у него все это время была дочь, он не отпустит тебя. Не говоря уже о том, что он поймет, что Адриан женился на тебе, чтобы добраться до него.
— Я не узнаю, пока не попытаюсь.
— Это плохая идея.
— Это единственное, что у нас есть, — я пристально смотрю на Бориса. — А ты как думаешь?
— Я думаю, Босс убьет нас, — он делает паузу. — Но он не сможет этого сделать, если умрет.
Ян расправляет плечи.
— Я против этого.
— Твое мнение не имеет значения. — Я стою рядом с Борисом. — Двое против одного.
Ян указывает пальцем на Бориса.
— Я буду рядом, когда босс получит твои яйца.
— Я с радостью отдам их, если он останется в живых.
Оба охранника смотрят друг на друга, но даже со стоическим выражением лица Яна я знаю, что в глубине души он понимает, что это наш единственный шанс спасти Адриана.
То есть, если он еще жив.
Мысль о его смерти вызывает новую волну слез на моих глазах.
Нет, я бы знала, если бы он умер. Я бы почувствовала это в уголке своего сердца, когда на нем было выгравировано его имя. Этот угол кровоточил с тех пор, как он ушел.
— Мамочка?
Мое внимание переключается на Джереми, который потирает сонные глаза и медленно приближается ко мне. На нем пижама с нарисованными на ней космическими кораблями, волосы растрепаны.
Его подбородок дрожит, когда он смотрит на меня.
— Почему ты плачешь?
Я вытираю глаза тыльной стороной ладони и приседаю так, чтобы мои глаза были на одном уровне с ним.
— Ничего такого, мой ангел. Мамочка просто немного грустит, окей?
Мое сердце замирает от того, как я сказала «окей», и я собираюсь исправить себя, когда вспоминаю, что Адриана здесь нет. Нет никакой словарной полиции, о которой нужно беспокоиться, и это приносит новую волну душевной боли.
Джер натягивает рукав пижамы на ладонь и прикладывает его к моей щеке.
— Все в порядке, мамочка. Мы с папой все исправим.
Мне нужны все силы, чтобы не сломаться тут же, потому что эти слова? Они самые правдивые из всех, что я когда-либо слышала. Адриан и Джереми всегда все исправляли.
Как бы трудно это ни было, иметь их рядом со мной всегда помогало, даже когда я была слишком слепа, чтобы видеть это.
— Где папа, мамочка?
Я прижимаю Джереми к груди, приглаживая его волосы.
— Его здесь нет, мой ангел, но мама вернет его.
Глава 24
Лия
Я никогда раньше не думала о встрече с отцом.
Когда бабушка рассказала мне, кто он и чем занимается, я подумала, что мне повезло, что я никогда не была на его пути, и решила оставить все как есть.
Я даже не пыталась узнать его имя или покопаться, чтобы узнать о нем. Отчасти потому, что мысль о нем вызвала болезненные воспоминания об Италии и смерти моих родителей. Отчасти потому, что я не хотела увязать в такой жизни.
После того, как я узнала, что Адриан сблизился со мной из-за того, кто мой отец, мне было так больно, что я пожалела, что у него была я. Мне хотелось, чтобы моим настоящим отцом был добрый Паоло Морелли, который заботился обо мне и моей матери. Я хотела бы не иметь никакого отношения к Лазло Лучано.
Теперь все по-другому.
Теперь я прекрасно понимаю, что он, возможно, мой последний шанс сохранить любовь всей моей жизни, бороться за свою семью и защитить ее.