Колыбельная виски (ЛП)

— Бо, — кричит Джон, спускаясь с заднего крыльца. — Я собираюсь в «Уолмарт» забрать рецепт твоей мамы до закрытия аптеки. Можешь держать ухо востро на случай, если твоей маме что-нибудь понадобится? — Он сует руки в карманы джинсов. — Она сегодня неважно себя чувствует.
— Конечно, пап.
— Твой чек на стойке, Ной.
— Спасибо, Джон.
Он бросает на меня мимолетный взгляд и направляется к своему грузовику.
— Похоже, мы закончили, — говорит Бо.
Двигатель старого грузовика Джона заводится, и мы собираем свои инструменты. Джон трогается с места, Сэмпсон мчится за ним по подъездной дорожке. Мы прислоняем инструменты к стене сарая и идем в дом.
У них в доме всегда так тихо. Чисто прибрано. Хватаю свой чек с кухонного стола.
Пол за моей спиной скрипит, и Бо поднимает голову.
— Мама, ты в порядке?
— Я в порядке.
Резко оборачиваюсь и вижу Клэр, стоящую в дверном проеме, держась за косяк. Ее кожа желтоватого оттенка, и хотя под ее глазами фиолетовые круги, сходство с Ханной очень заметно. Маленький носик. Четко выраженный лук Купидона ее губ. Ее глубокие карие глаза. Боже, это так печально, потому прямо здесь было сердце Ханны.
— Здравствуйте, миссис Блейк, — говорю я.
— Привет, Ной, — она улыбнулась, прежде чем отпустить дверной косяк. Бо спешит через кухню, чтобы придержать ее за локоть. — Я в порядке, — говорит она и идет дальше по коридору.
— Мама…
— Я в порядке. Я просто хочу поиграть на своем пианино.
Бо бросается за ней.
— Но ты же…
— Пожалуйста… прошу тебя! — Ее голос дрожит. — Если мне суждено умереть, я хочу хотя бы притвориться, что это не так.
Плечи Бо поникают, когда он вздыхает.
— Ной, надеюсь, ты не против, но у меня есть к тебе просьба.
— Конечно… — Не знаю, чего она от меня хочет, но я сделаю все, о чем она попросит.
Следую за ней в гостиную, где она садится за пианино и сразу же начинает листать ноты.
— Это одна из любимых песен Ханны, — говорит она, положив открытую книгу на пюпитр. Она располагает пальцы на клавишах из слоновой кости, и за этим следует трагически прекрасная мелодия. — Ты знаешь эту песню, Ной?
Я слушаю с закрытыми глазами и узнаю эту песню, я много раз её играл. «Дыши» Уилла Шамплейна.
— Да, знаю.
— Ханна сказала, что у тебя самый красивый голос, который она когда-либо слышала, — говорит она. — Я бы очень хотела, чтобы ты спел для меня.
Клэр похлопывает ладонью по скамейке рядом с собой, и я осторожно сажусь рядом с ней.
Я почему-то нервничаю. Вернее в ужасе от того, что облажаюсь и спою не ту строчку. Мне всегда было наплевать, что я напортачу, когда играю в «Типси». Когда пою вторую строчку, все внутри меня напрягается. Я пою песню о смерти умирающей женщине. Мой голос слегка дрожит, и она кладет руку мне на колено, прежде чем вернуться к клавишам. На середине она перестает играть.
— Я просто хочу послушать, как ты поешь.
Поэтому я пою остальное с закрытыми глазами. Когда заканчиваю и открываю глаза, ее рука прижата к груди. Клэр медленно поднимается из-за пианино.
— Спасибо, — шепчет она. — У тебя есть дар.
— Когда ей будет грустно, спой ей эту песню и скажи, что я все еще с ней. — Она похлопывает меня по руке, выходя из комнаты.
Сглатываю, мое дыхание застряло в горле, как патока.
— Я так и сделаю.
Именно из-за таких моментов я притворяюсь, что у меня нет сердца. Иногда жизнь причиняет слишком много боли.
К тому времени, когда я возвращаюсь домой, свет в доме Старика уже не горит, и его нет во дворе. Я так занят разглядыванием темных окон, что чуть не пропускаю «Мазду», припаркованную сбоку от моего дома.
Я захлопываю дверцу и смотрю на машину.
— Ты не отвечаешь на мои сообщения, — голос Дейзи разносится по двору, и я замечаю вишнево-красный огонек ее сигареты, когда она делает затяжку.
— В этом вся прелесть свободы воли.
Она раздраженно закатывает глаза.
 
— Ты просто придурок.
Изображаю поклон, поднимаясь на крыльцо.
— Что ты здесь делаешь?
— Ну, этот парень, Брайс Тейлор, который пытается связаться с тобой... — Она делает еще одну затяжку, выпустив ровную струйку белого дыма через губы. — Он попросил меня переговорить с тобой, так как ты его игнорируешь.
Откуда, черт возьми, она знает?
Провожу рукой по затылку, отмахиваюсь от комаров, все еще жужжащих вокруг.
— Откуда ты вообще об этом знаешь?
Дейзи смеется и бросает окурок на землю.
— Я говорила тебе, что мои видео однажды сделают тебя знаменитым.
— Ага, конечно.
— Он увидел видео и прокомментировал его. — Она вытаскивает телефон из кармана и проводит пальцем по экрану. — Видишь. — Дейзи протягивает мне телефон, и я, закатив глаза, беру его. Она из тех девушек, которые готовы на все ради внимания.
Я уставился на комментарий от профиля с именем: БрайсТейлорОфициал.
— Ладно, значит, какой-то придурок сделал фальшивый профиль, чтобы пошутить.
— Нет... он написал мне по электронной почте и сказал, что ему нравится твое звучание, что-то о поиске какого-то нового таланта. Я дала ему твой номер, а ты все время вешаешь трубку.
— Это чушь собачья. Иди домой. — Вставляю ключ в замок и открываю дверь. Она, конечно, следует за мной, но я останавливаю ее в дверях. — Дейзи, послушай, я ценю это, правда, но я просто не...
Она проводит пальцем по моей щеке, и я отшатываюсь от ее прикосновения.
— Ты слишком скромный, ты это знаешь.
— Не могла бы ты уйти?
— Он завтра снова позвонит тебе. — Она пожимает плечом. — Это может изменить твою жизнь.
— А почему тебя это вообще волнует?
— Господи, ты мне нравишься с шестого класса.
— И что?
— Во всех великих любовных историях есть жертва.
Я стону, проведя рукой по лицу.
— Дейзи, в этом нет никакого смысла. И в чем твоя жертва?
— Я просто хочу, чтобы ты был счастлив, чтобы ты увидел, насколько хорош в чем-то, — она улыбается, и я почти чувствую себя виноватым за то, что был таким придурком по отношению к ней. — И кроме того, нравлюсь я тебе или нет, у тебя прекрасный голос.
И мне реально становится плохо.
— Черт, Дейзи… я... мне очень жаль. Спасибо.
Она делает маленький шаг ко мне, положив руку мне на грудь. Медленно приближается… Хватаю ее за запястье как раз в тот момент, когда она приподнимается на цыпочки и закрывает глаза.
— Просто поцелуй меня один раз, — она фыркает. — По крайней мере, это-то я заслужила, да?
Наклоняюсь и чмокаю ее в щеку. Она стонет.
— Вау. Ты действительно мудак.
— Дейзи, просто иди домой. — Беру ее за плечи и отодвигаю на шаг назад.
— Не забывай, откуда ты, Ной Грейсон. — Дейзи сердито смотрит на меня, когда делает шаг назад на мое крыльцо.
— О, не беспокойся об этом. — И я захлопываю дверь у нее перед носом, заперев на засов.
На полпути через гостиную, вытаскиваю телефон из кармана и пролистываю список принятых звонков, пока не останавливаюсь на номере без контактной информации. 615. Я набираю код города в Google. Конечно же, это номер из Нэшвилла.
Какого хрена?
Мое сердце колотится о ребра, адреналин хлынул в кровь. Это не может быть правдой. Оглядываю свой дерьмовый дом, перевожу взгляд в окно на дом Старика. Это просто невозможно…
Мой телефон звонит, отвлекая меня от бессвязных мыслей. Я даже не проверяю номер, просто отвечаю на звонок.
— Алло?
— Эй, — говорит Ханна. — Я... э-э... Я в тюрьме. Ты можешь… можешь прийти и забрать меня?
— Ты что? — Она точно меня разыгрывает. — Серьезно, где ты?
 
— В окружной тюрьме Рокфорда. Папа убьет меня, пожалуйста, забери меня.
— Черт. — В панике оглядываюсь в поисках своих ключей и, наконец, замечаю их на столе. — Хорошо. Я буду через десять минут.