Августина лучше всех (СИ)

На этот раз я решила попробовать начать с неприкрытой правды.
— А еще попытаться снять проклятие с рода Северинов или…
— Отговорить меня от замужества? — наконец Флора повернулась. — Это мой сознательный выбор, ясно?
Я кивнула, стараясь не перечить.
— Ясно.
— Если за то, чтобы стоять рядом с ним в белом платье, за его внимание, любовь и нежность придется заплатить жизнью — я готова. — В глазах у девушки была решимость, которую могли бы описывать в романах.
— Я хочу лишь помочь, — столь же смело сказала я и поймала себя на мысли, что и моей упертостью могла бы похвастаться разве что какая-то книжная героиня. Ведь самым разумным сейчас было бы и вправду сесть на корабль на Иланку, оставив Северинов разбираться со своими проблемами. Но чувство вины, скрыто и исподволь точившее меня все это время, не давало вести себя рационально.
— Тогда оставайся, — разрешила будущая хозяйка замка и, немного помолчав, без перехода вдруг заявила: — Вчера я видела странные огни в парке… и в стенах будто кто-то шептал… Как думаешь, тут могут быть привидения?
Вряд ли. Всех привидений в этом замке вызывала и упокаивала я. Если бы существовало что-то постороннее, незамеченным оно бы точно не осталось.
Из комнаты я вышла крайне задумчивой. Одно дело — потравить птиц, испугать лошадей. Все эти действия не требовали слишком много времени и усилий. Но огни и голоса — кто-то старался на совесть.
Правда, безрезультатно.
Решив найти Лунару, в холле я наткнулась на Ролана.
— Добрый день, — сказала я, не зная, как себя вести.
Гесс Северин похудел за последние дни, но все равно не утратил привлекательности. Теперь иланкийскую кровь в нем выдавали не только оттенок кожи и полные губы, но и немного необычные для эрландцев очертания скул.
— Не уделите мне пару минут? — спросил он, указывая в сторону библиотеки.
Я согласно кивнула. В конце концов, знать о «призраках» нужно было не только Лу.
Библиотека выглядела по-домашнему уютно, здесь явно проводили много времени. Я села в одно из кресел и сразу обратила внимание на поднос с чаем. Ролан готовился к этому разговору?
— Вы знаете, что Флора слышит голоса и видит огни в парке? — в лоб спросила я и проследила за реакцией своего собеседника.
Гесс Северин хмуро кивнул.
— Да, она говорила сегодня утром… еще эти птицы…
— Никаких привидений в доме нет, птицы отравлены, — продолжала я.
— А вы не сдаетесь, — улыбнулся хозяин замка, будто в сказанном было что-то приятное, и стал разливать чай.
— А вы?
— Это не моих рук дело, если речь об этом. — Он протянул мне чашку из тонкого фарфора. — Все еще верите, что я не отъявленный негодяй?
— Хотелось бы верить, — ответила я, принимая.
— Вы знаете, в семейных архивах есть несколько воспоминаний о свадьбах наших предков… и в каждом находятся описания странных неприятных событий, предшествовавших торжеству… До сих пор я думал, что они сделаны под впечатлением от главной трагедии — люди склонны вспоминать недобрые предзнаменования.
— Хотите сказать, что все это плод нашего воображения и в обычное время никто не обратил бы на происшествия внимания? — спросила я, пытаясь понять по деликатному покалыванию языка, что за специя была добавлена в чай. — Не смешите! Ну ладно лошади. И даже птицы! Но голоса в стенах?
— А вы уверены, что они были? Флора сбежала из дома и впервые провела ночь вдали от родных в незнакомом месте… К тому же, при всем уважении к предкам, вид нашего замка трудно назвать располагающим к приятным сновидениям.
— Думаете, ей показалось? Что ж, у меня будет отличный шанс это проверить.
— Думаю, что ваша энергия может быть направлена в более полезное русло, чем разгадывание проклятия…
— Например? — с вызовом ответила я, готовясь к тому, что Ролан начнет убеждать меня не совать нос не в свое дело.
— Не надо так гневно… Признаю, я поступил глупо и даже жестоко, поддался эмоциям, взял на себя роль, которая мне не по зубам... Я много думал после нашего разговора в парке и нашел способ исправить свою ошибку. Он должен устроить всех, но мне нужен посредник…
 
От такой резкой смены направления беседы я едва не пролила чай себе на колени.
— Я слушаю.
— Все очень просто: Флору нужно украсть и увезти куда-нибудь подальше. Ее так вовремя вернувшийся брат вполне справится с этой задачей. И мы ему в этом поможем. Так я не нарушу своего слова, а жизнь и честь Флоры будут спасены. Пара лет на той же Иланке вполне может убедить ее, что соглашаться на брак было глупой затеей. Я уж как-нибудь подожду. Скажите, на острове есть красивые мужчины? — не без игривости спросил мой собеседник.
Я вспыхнула. Один точно есть, но он безвозвратно женат. Только, разглядывая черты Ролана, я начала сомневаться, мог бы кто-то, даже Виктор, составить ему конкуренцию.
— Если и не было, недавно туда отправился целый полк, — ответила я, пытаясь скрыть собственные мысли.
Но план был хорош. Просто удивительно, как я сама до него не додумалась.
— Что за роль в этой истории отведена мне?
— Вы выступите главой преступного заговора, — Ролан усмехнулся, — чтобы я мог благородно искать пропавшую невесту. Поговорите с Фениксом О’Бозом и предложите такой выход из ситуации.
Это было вполне в моем духе.
Покидая библиотеку, я оглянулась на гесса Северина и вдруг ни с того ни с сего, даже к собственному удивлению, сказала:
— Хороший план, но скучный. Было бы гораздо интереснее, если бы кто-то решил украсть жениха.
Ролан сперва удивленно вскинул на меня глаза, а затем неуверенно улыбнулся.
— Попробуйте. Но в таком случае я не обещаю помогать всеми силами… Мое содействие будет зависеть от того, кто решит украсть.
Я закрыла за собой дверь библиотеки, на секунду к ней прислонилась и счастливо вздохнула. Наконец-то дело с этой безумной помолвкой разрешится!
За ужином все были удивительно скучные. Только мы с Роланом изредка переглядывались. Его глаза больше не казались мне опасными, теперь в них проскальзывала улыбка, надеюсь, предназначенная только для меня.
Я дописываю эти строки в нашей общей с Флорой комнате, моя соседка уже спит. Но за последние несколько часов я стала гораздо лучше понимать, почему она готова пойти на любые жертвы ради свадьбы с гессом Северином.
Я вытягиваю из памяти наши прогулки, наш танец на балу, руку Ролана на моей талии, сегодняшний разговор, его волосы, кожу, линию сильной шеи, уходящую под белый воротник рубашки… и не могу больше сосредоточиться на дневнике.
А то, как он сегодня улыбался. Смотрел ли он так на других женщин? От одной мысли внутри все переворачивается, хочется сжаться в маленький тугой комочек…
Мне кажется, если я сейчас же не выясню, как на самом деле ко мне относится Ролан, то сойду с ума… от этих видений…
Я едва не кожей чувствую, что нас разделяет лишь коридор… Все в доме уже спят. Надо набраться мужества, преодолеть эти метры и спросить…
  
8 сентября
 
Я смотрю на последние строки от предыдущего дня, и мне не верится, что они выведены моей рукой. Такого просто не может быть!
Боюсь, что после этой записи о событиях прошлой ночи дневник придется сжечь, слишком скандальные и компрометирующие сведения он будет содержать. Но я все равно пишу, не знаю, что еще делать. Уже завтра многие детали могут изгладиться из моей памяти, а они нужны, чтобы помочь другим девушкам.
Я и сейчас с трудом вспоминаю, как встала из-за стола и закрыла дневник. Флора давно спала, утомленная тяжелым на эмоции днем, и не могла меня остановить.
На мне были лишь ночная сорочка и накинутый сверху халат, я не позаботилась даже о том, чтобы сунуть ноги в домашние туфли, так и вышла из комнаты босиком. В коридоре оказалось темно, прохладно и, я думаю, достаточно жутко, но отсутствие лампы так же мало волновало меня, как и отсутствие обуви.
Я шла по холодному полу вся во власти грез, сердце то билось быстро, то замирало от сладкого предчувствия. Я жаждала увидеть Ролана и, может быть, даже к нему прикоснуться. Все нормы морали представлялись неестественными условностями, предназначенными для других, но не для меня и не в этот момент.