Августина лучше всех (СИ)
Развить эту мысль помешала Лу, радостным шепотом сообщив, что уж с пулей-то ее барьер справится, а замок и роща вокруг точно не пострадают.
Довольные, мы расположились поудобнее и прильнули к краю стены, где было несколько подходящих выбоин, позволяющих скрытно наблюдать за происходящим внутри.
Терри, а затем и Ролан проверили пистолеты. Гесс Северин на правах распорядителя в последний раз спросил, не желают ли стороны примириться. Судя по тому, с какой готовностью Лось схватил оружие, никто из упрямцев не желал.
Не то чтобы я ждала, когда они уже обнимутся и простят друг друга, но, Нора, я решительно не понимаю, зачем все это. Не понимала тогда и еще больше не понимаю теперь.
Противники разошлись, и мы с Лу оказались позади и чуть сбоку от Терри. Когда дуэлянты достигли отметок в виде квадратных каменных плит и повернулись к центру спиной, Ролан резко хлопнул в ладони и крикнул: «К атаке!»
По команде оба молодых человека развернулись, Марк резко скользнул в сторону, а Терри, не обращая внимания на его маневр, просто выстрелил, направив оружие чуть вниз. Пуля вошла в черный песок, подняв небольшое темное облачко и так и не проверив на прочность барьер Лунары.
Гесс Ярин застыл, опустив руки. Марк напротив тоже. У него все еще оставался заряженный пистолет, и он мог использовать его, подойдя к противнику настолько близко, насколько позволит собственное чувство справедливости. Учитывая, что инициатором дуэли выступал другой, любой исход и любое действие должно было сойти гессу Биргиту с рук. Но юноша медлил, видимо заметив в Терри нечто странное… Его противник был будто не до конца в себе.
— Стреляй! — бросил Лось, которому надоело ожидание.
Марк все еще не двигался.
— Стреляй, черт тебя подери! Ты же для этого выбрал пистолеты! — На свободной ладони Терри стала разгораться бледно-голубая искра, которая очень скоро превратилась в крутящийся клубок маленьких молний.
Ролан крикнул, что Терри не вправе пользоваться магией.
— Пусть тогда выстрелит! — зло ответил тот. — Или мы все же проверим, остался ли у Биргитов хоть какой-то дар! Стреляй — или я ударю!
Молния на ладони Терри стала размером с футбольный мяч, а Марк, вместо того чтобы выстрелить, опустил пистолет.
— Я не буду в этом участвовать, — отчетливо сказал он. — Можешь считать, что я принес тебе извинения.
— В благородство решил поиграть? — Руки Терри тряслись, и в конце концов, не выдержав, он запустил сверкающий клубок, к тому времени уже достигший размера колеса от телеги, вперед.
Удар хоть и был произведен на эмоциях, но молнии летели так, чтобы не задеть ни Марка, ни стоявших за стеной Ролана и доктора.
Вот только Терри не знал о поднятом посреди ристалища барьере, а Лу, как выяснилось, пока не сильно преуспела в фортификационном искусстве своих предков.
Время будто замедлилось, и я с удивлением увидела, как огромный, сыплющий искрами сгусток магии ударяется о зачарованный барьер, но вместо того, чтобы раствориться в нем, отскакивает, словно мяч от сетки.
Только благодаря натренированной реакции Терри успел откатиться прочь от несущегося обратно шара.
У нас с Лу таких рефлексов не было.
Не знаю, как мне удалось сообразить, что боевая магия не поможет, но, слава богу, я использовала именно тот единственный шанс, который у нас оставался: вскочила на ноги и приняла весь магический удар на себя.
У нас принято считать, что целители практически беспомощны в сражениях. Да, мы можем впитать чужую силу без остатка, но что с ней потом делать, если под рукой не окажется в достаточной степени истощенного человека? Другое дело, если целительство не единственный твой вариант.
Сила Терри вошла в меня словно сотни игл, она потрескивала голубыми искрами на коже и норовила разорвать на клочки в попытке найти выход. Забрать чистую энергию само по себе сложно, но взять энергию, уже облеченную в стихийную магию, к которой у тебя нет способностей… Я чувствовала, как волосы встают дыбом у меня на голове.
Самый простой вариант выпустить силу через огонь мог сделать это утро последним для парка в имении Северинов. Оставался только второй способ.
Я сделала несколько шагов прочь от ристалища, сколько смогла, а затем упала на колени и приложила руки к земле. Позади кто-то кричал, но мне некогда было оборачиваться, я искала…
Что-нибудь достаточно старое, достаточно мирное и находящееся глубоко. Что-то, что заберет все без остатка. Наконец, мой импульс нашел искомое в корнях соседнего дерева, ткнулся победно и вытянул из меня энергию, что вложил в удар Терри.
Я снова смогла дышать свободно и первым делом попыталась пригладить волосы, которые и в самом деле торчали в стороны, как у огородного пугала.
Оглянувшись, я увидела Ролана, аккуратно стряхивающего каменную крошку с испуганной и виноватой Лунары. Молнии все же зацепили верхний слой стены. Рядом со мной оказались Терри, Марк и целитель, они застыли в нерешительности, не до конца уверенные, что можно приблизиться.
— Я в порядке, — сказала я, сама еще не до конца в это веря.
— Что ты сделала с силой? — спросил Терри. Тот отрешенный взгляд, который был у него на ристалище, будто стерли.
А то, что я сделала, вдруг бледно-бледно замерцало под соседним деревом, принимая все более знакомые очертания. Наконец, оно дернуло большими ушами с кисточками, а затем отчетливо сказало: «Мяу?»
— На что это вы уставились? — спросил Марк, и мы с Лосем удивленно переглянулись.
— Там кот. — Терри указал под дерево, словно это не он только что стоял с оружием в руках напротив своего собеседника.
Да, Нора, я подняла призрачного кота! Зная мою нелюбовь к подобным фокусам, ты, конечно, понимаешь, насколько безвыходной была ситуация.
Сейчас это просвечивающее на свету создание трется о мои ноги, выпрашивая ленточку поиграть. Я не даю, потому что, если в доме крестной кто-то увидит ленту, летающую в коридорах саму по себе, нам с котом не поздоровится.
Есть еще несколько странных моментов, о которых я хотела бы тебе написать, но оставлю их до следующего послания. Честно говоря, очень устала рука.
Твоя Августина,
Укротительница молний
Письмо 8
Моя милая Нора, это письмо немного потрепано и пожевано с краев, потому что побочный призрачный продукт дуэли до сих пор рядом. Если бы это был обычный кот, ты бы увидела еще и отпечатки лап, поэтому смело дорисовываю их на полях для создания нужной атмосферы.
Ты спросишь, как моей сиротке сошло с рук такое чудо?
Начнем с того, что кота видели всего трое: я, Терри и Лунара. Со мной все ясно, так как именно я подняла духа, Лось, думаю, примазался по той же причине. Ведь фактически призрак использовал его энергию и его магию, пусть и в несколько переработанном виде. Над способностями Лу мне пришлось поломать голову, вспоминая общую теорию, пока до меня не дошло, что гесса Северин сильно привязана к владениям своих предков земляной магией. А где лежал наш котик все это время? Правильно — в земле.
Причем лежал довольно долго, раз не осталось даже скелета. Прекращай морщиться, Нора, я уже почти закончила с этой темой.
Остальные, наверное, некоторое время подозревали у Терри и Лунары галлюцинации на нервной почве, пока я не признала, что кот действительно есть. Но вряд ли кто-либо осмелится упомянуть призрака, тем более перед гессой Версавией, потому что иначе им придется рассказать и о дуэли тоже. Так что мой маскарад в безопасности, ведь единственный человек, который может знать, что дар некромагии периодически проскакивал в роду моей матери, это крестная.
Когда первое потрясение прошло, Терри и Ролан накинулись на нас с Лу за то, что мы ускользнули от гувернантки и тайком пробрались к ристалищу (это они еще не знали, что случилось со стеной).
Лунара виновато повесила голову, я же непреклонно скрестила руки на груди (жест, который волей-неволей перенимаешь у несгибаемой Гусмы) и высказала все, что думаю о дуэлях в общем и безответственном поведении Терри в частности. Конечно же, досталось и Ролану, который в моей интерпретации потворствовал этому безобразию. Похвалы удостоился только Марк, как единственный человек, которому хватило смелости не стрелять. Сама понимаешь, Нора, ничто так не ранит мужское самолюбие, как комплименты в адрес другого.