Обнаружение цели (СИ)

И все было бы куда хуже, если бы мама не выздоровела! Батька реально её любит, что называется — до гроба. Но она поправилась, и теперь, боюсь, начнут пилить уже вдвоём. Причем, возможно, скорее всего! Мама будет это делать даже мощнее, чем отец! С ним-то хоть договориться можно! Что я и сделал — матери ни он, ни я, пока не говорили, что я откуда-то беру деньги, как считает папа — наверняка из криминального источника!
Таковы условия нашего маленького соглашения! Заключенного на взаимовыгодных условиях, дабы дать матери возможность оправится от болезни. Но она, уже поправилась! И даже вышла на работу. А значит, вот-вот, придет тот день и час... и это вижу по его глазам! Ему не нравится мои странные похождения, в том числе и ночные, школьные прогулы, пусть и редкие, еда и деньги, что достаю из неизвестных мест.
Но из-за матери и ради неё... ради неё... А что бы я сделал на его месте!? А что мне делать, на своём?! Что говорить, какую «байку врать»... и главное — как быть с мамой, ведь её хорошее самочувствие, и даже заново обретенная красота, во многом лишь иллюзия.
С порно-сессиями я завязал. Причем, это случилось еще в ноябре — мой босс стал как-то странно на меня смотреть, подумывая, а не предложить мне работенку поприбыльнее. С тотализатором тоже — весь спорт продажный! И я только деньги слил.
Даже с боями без правил, в которые я заглянул однажды, и где прикинувшись азиатской каратисткой, уделал другую, каратистку, тоже не заладилось. Не зрелищен мой бой! Вот совсем! А если выпендриваться... мне что-то мои ребрышки, да и лицо — мамка будет переживать - дОроги, чтобы их вот так просто подставлять.
Да и уличные кражи, ради которых приходилось ездить через весь город, и долго «обихаживать» цель... иначе совесть замучает! Даже если это будет сам уведший кошелёк карманник, она, гадина, будет требовать снести денежки куда-нибудь, но только не себе домой.
Со всеми темными страницами жизни пришлось распрощаться! И, пусть занятие ими мне никогда не доставляло ни удовольствия, ни чего-либо еще! Наоборот, хотелось пойти помыться, ведь каждый раз словно в бочку с отборной гуаной ныряю! Ну, кроме порно-сессий — а что такого-то а?! Жалко им что ли, что я их «красоту» снимаю?! Так не отбираю ведь!
И по отдельности эти все варианты уже устарели, не пошли, и исчерпали себя, можно было бы поискать что еще! Ведь чего только ради семьи не сделаешь! Но... я буквально жопой чую, как за мною началась охота.
Нет, я не заметил слежки, из машин там, или пешими. И не обнаружил лежек снайпера на крыши дома подле общаги или рядом с домом тетки, к которой я изредка, очень редко - прибегаю помыться. И даже жучков где-то в доме, вроде как, нет! Но жопа... «горит». И я не знаю, где я опростоволосился. А потому — горит она алым пламенем!
Надо что-то делать но... у родителей дела опять пошли в гору. Счета отцовы наконец-то разморозили, позволив снять хранящиеся там деньги. Они, недолго думая, на них прикупили комнатку в той же общаге, где мы и жили — только этаж теперь другой, третий , а не второй.
И с работой вроде пошло нормально — батя склад охраняет, вернее — заведует. А мать — бухгалтером куда-то пошла, и вроде как довольна. Денег всё равно мало, но не бедствуем! И ехать обратно, в квартиру, которую наконец удалось кому-то там сдать через соседей, в правда счет задолженностей по коммуналке за прошедшие полгода - они и не собираются! Момент, упущен.
Значит, надо изменится самому.
И что я могу? — пробормотал я в мыслях, вставая пред ростовым зеркалом в общественной бане.
Сюда я пришел не один, а вместе с мамой. И нет, я не взял с собой фотоаппарат! Хотя подумывал. Мы просто пришли помыться, ведь в общаге... нету ванной! Есть только общая душевая, которая... загажена. Мыться там — себя не любить. А мы любим! Так что мы тут.
Тут тоже условия так себе! Но тут хотя бы хоть как-то следят за сантехникой, хоть иногда моют, есть парилка, с паром и без! Есть помывочная, и все виды воды — горячая, холодная, теплая. И даже, маленький, засранный, бассейн!
 
Засранный он не от того, что туда какают, а от того, что воду меняют раз в месяц и она там уже, цветёт. Я ошибся в расписании, и вместо того, чтобы прейти сразу после смены жидкости, пришел сам, и привел мать - как раз перед.
Впрочем, мать моего просака не заметила, и спокойненько парится в парилке, пока я, выскочив оттуда, сославшись на то, что упрел, стою и пялюсь на себя в ростовом зеркале. Нарцисс блин!
И что я могу? Как скрыться, затеряться. Закосить под азиатку? Легко! — сузил я глазки — опыт богатый, и это несложно. Чуть сменить тональность коже, чуть профилю лица, скорректировать разрез глаз и... — задрал я глаза повыше, прекратив щуриться, рассматривая челку — сделать гриву, чуть потемнее.
Волосы я отрастил себе на всю голову уже давно. А вот нервы в них, и сенсорную сеть, что позволяло видеть всё вокруг с закрытыми глазами и даже через стены — похоронил. У меня был выбор, либо ходить лет пять практически колючим ежиком, отращивая волосики черепашьим темпом, как им и положено. Либо — отрастить гриву за месяц—два, но стать слепым.
Я выбрал второе. И волосы теперь не контролирую совсем. Это — раздражает! Они частенько в глазки лезут и вызывают лютое желание поработать огнеметом! Их, конечно, можно пожевать при случае, но и при таком же случае, они залезут в нос!
Бесит, но жить можно. А вот быть слепцом на заднею полусферу — непривычно. Из-за этого я и стал страдать работой носа, пытаясь распознавать запахи как собака. Принюхиваясь, запоминая... Выискивая цели, по эталонному значению того, как этот кто-то... смердит в моих воспоминаниях.
Начинал с особых пахучек! С девчонок, любивших дорогие духи! На счастье, способных их себе позволить на всю школу было раз-два и всё, и их запахи не путались меж собой. Потом переполз на пацанов, бедняг с проблемами желудка — их напротив дофига! Но каждый запах — уникален! А не жалкий режущий рецепторы одеколон.
Это не тоже самое, что видеть затылком! Но хоть какая-то приемлемая альтернатива, не дающая чувствовать себя беззащитным со спины. И за углом. И за тонкой стеной. И еще много когда и где.
Однако, азиаткой, быть мне непозволенно — вздохнул я, опуская плечи и возвращая лицу привычную форму. Это хоть и легкий путь, но что скажет мама? Как русская девочка вдруг могла стать японкой?! Подозрительно, да, и лучше эту личину я и дальше оставлю на тайные вылазки.
Резко подрасти? Можно! Стоит спустить тело с поводка, и я резко стану похожим на мать! — обернулся я, глядя как эта самая женщина покинула парилку, и направилась к бассейну в сопровождении таких же распаренных баб — освежиться!
Можно, не сложно — тело давно только и ждет разрешения. У него все готово для спонтанного роста, и то, что придется рвануть вверх почти на два десятка сантиметров, с полутораметров и «шапочки», до добрых метр семидесяти двух - его «не парит».
Внутренние органы у меня уже давно и полностью развиты, кроме репродуктивных — нафига они мне?! И конструктивно все они — взрослые, не детские. Кроме всё той же репродукции! Даже сердце, уже полностью восстановилось! И не отличается от «заводских» аналогов. Ну а размер — просто размер. Нагнать его, труда не составит. Было бы из чего, и месяца за два — я стану... копей матери?
Отражением её студенческой фотографии! Но хочу ли я быть таким? — поднес я руки к своей совершенно плоской груди — третий размер — представил я озвученные булки, очерчивая в воздухе данные бидоны, и перенес руки к пусть не тощей, но уж точно не сочной заднице — и булки как у порно-модели.
Я не видел, какой была мать в возрасте семнадцати-восемнадцати лет. На фотографиях этих лет, она — одетая в очень свободную одежду, не позволяющею точно определить габариты, можно лишь предполагать, что и как. И я к тому же на неё лишь похож, дочь, а не копия.
Но я точно знаю, каким буду я, если спущу тело с поводка! Длинноногой, пышногрудой...