Фея для Правителя драконов 2 (СИ)

— Какой кошмар. Возможно, они рассчитывали что ветви дадут корни и приживутся в их краях.
— Не знаю на что они там рассчитывали. Но после их ухода мы остались разбиты.
— Не понимаю. Разве вы не можете повелевать природой? Почему тогда вас оказалось так легко застать в расплох?
— Эта пещера, — взглядом он обвел все вокруг. — Наша сила и слабость, каменная крепость, сквозь которую не везде может пробиться хотя бы травинка. Разве ты этого не знаешь, фея?
— Ну да… Значит и вам тоже сделать это сложно.
— Не тогда, когда древо пало, а с ним пал и наш дух. Древо погибло. Те ветви, что остались, опустились к земле, а кора его почернела. На поврежденной кроне за сотню лет так и не выросло ни единого плода, а мы сами начали менять форму, становясь все меньше похожими на людей. Прошло время, и не только наш облик, но и разум потерял человечность. Лишь единицы из нас не потеряли рассудок, а некоторые напротив, пожирали друг друга.
— Ужасно…
— Верно, это было страшное время…
— Значит ли это, что вы были одним из тех, кто сохранил разум?
Мужчина покачал головой.
— Не на долго. После того, как моя дочь обратилась в неразумное существо, я перестал бороться. А сдавшись, очень быстро поддался проклятию.
— Значит те гигантские монстры, оплетающие все паутиной и убивающие приходящих людей, это…
— Ты все верно поняла. Но чары сняты, потому что на древе Слез наконец-то появился плод.
— Но как такое возможно?! Почему?
— Думаю, что все это время мы ошибались, и сила не в смерти, а в жизни. Мы не съедали путников, я смутно помню, все было как в тумане, но мы точно не поглощали их силу, а направляли по паутине к дереву. И каждый раз, когда к нам кто-то забредал, направляли его жизненную энергию к дереву. Но ты сама направила ее. Ирвин, — в комнату неуверенно зашел тот мальчик. — был спасен тобой, получив силу исцеляющего источника напрямую. На такое способен лишь потомок Лайши, нашей богини. Или я ошибаюсь, и ты потомок другого божества, охраняющего источник?
— Не думаю, что я ее потомок… — замялась я. — Мои родители из народа фей. При рождении я была мертва, и меня оживили с помощью источника. Но вместо простого исцеления я впитала его силу.
— У богов нет прямых потомков, они не имеют телесной оболочки в этом мире, поэтому время от времени они наделяют силой того, кого сочтут достойным. Уверен, что ты то самое редкое исключение! — в его глазах блеснуло восхищение, и с этими словами он склонил передо мной голову. — Быть может таким образом она даровала этому миру шанс?
— Шанс на что? — не поняла я.
— Кто знает, — хитро улыбнулся он и обратился к мальчику. — За свою храбрость ты будешь хорошо награжден. Молодец!
Смотря на него, я вспомнила.
— Погодите-ка, а что случилось бы, если бы нас поглотили, а я не оказалась бы этим самым "потомком"?
Мужчина посмотрел на меня с неловкостью, и грустно улыбнулся.
— Может не будем об этом? Знаю лишь, что будь ты обычным человеком — Ирвин бы не принял свой истинный облик и не смог бы привести тебя к нам. Хоть прошло и более пяти дней, и мы еще не совсем восстановились, я бы хотел отплатить тебе. Чего бы ты хотела: золото, драгоценные металлы, редкие свитки с тайными заклинаниями или столь же редкие травы?
— Ради чего-то подобного я бы не пошла в такое опасное место, вы ведь понимаете… — говорить мне это тяжело, ведь если от дерева и правда зависит их облик, а плод вырос всего один, то они снова могут начать обращаться.
— Понимаю… — задумчиво произнес он, и со всей серьезностью посмотрел на меня. В его глазах читалась решимость. — Понимаю, что это не правильно, но могу я попросить тебя еще об одной услуге?
Долго не думая, я согласилась. Бросила мимолетный взгляд на лежащего без сознания Артиана и последовала за вождем.
— А что случилось с вашей дочерью? — спросила я, чтобы как-то скоротать наш путь.
— После произошедшего она была полностью разбита. Я успел спрятать ее, но под действием проклятья она все равно присоединилась к нам.
 
— Вы простили ее?
Мужчина глубоко вдохнул.
— Куда ж я денусь, ведь я все-таки ее отец. Хотя правду было принять нелегко. Она нарушила закон, но сейчас об этом вряд ли кто-то вспомнит. Большинство после пробуждения даже имени своего не помнят, чего уж тут о прошлом говорить? — он остановился напротив широкого прохода, из которого лился яркий свет.
С каждым шагом лучи белого света слепили глаза все сильнее, пока я и вовсе не смогла их открыть, но вскоре все стихло.
— Это магический проход, чужому сюда не пройти, — пояснили мне.
"Тогда почему смогли пройти разбойники?" — хотела спросить я, но вспомнила, что он говорил про пленных. Тяжело делать выбор между долгом и своими близкими. Однако выбор очевиден.
Узкий проход закончился, и я смогла увидеть то самое удивительное дерево, которое теперь можно было назвать "жалким". Черный ствол, редкие сухие ветки и наполовину обломанные корни, торчащие из под окаменелой земли. Его вид навеивал чувство скорби. Глядя на него, я будто слышала плачь. Вот уж точно "слезы".
На одной единственной живой веточке висел маленький почти незаметный плод. То ли все дело было в высоте, то ли он и правда размером с маленькое яблочко, но если бы не яркие зеленые листики, выделяющиеся на мрачном фоне, его и вовсе можно было не заметить.
— Вся твоя сила, которую мы поглотили, ушла на наше исцеление. Так не могла бы ты поделиться ею с деревом и подарить ему новую жизнь?
— Не уверена что это сработает, но я попробую. Только вот… — из-за страшнейшего голода в моем животе заурчало так сильно, что эхо этого неистового рёва разнеслось по всему пустому залу. От этого мне не было ни чуточки стыдно, ведь я не виновата в том, что проспала мертвым сном целых пять дней!
Мужчина снисходительно улыбнулся и предложил мне проследовать за ним к столу. Его народ как раз успел поохотиться и запастись провизией, и уже готовил праздник в честь себя и своих спасителей.
У входа в пещеру развели большой костер, нанизали крупные куски мяса на штыри и подготовили фрукты и ягодные морсы. Видимо во всем виноват голод, потому что несмотря на почти полное отсутствие специй и соли еда мне показалась невероятно вкусной.
Артиана тоже приманил запах. Он очнулся и вышел из пещеры. Когда ему подали целого запеченого кролика, он посмотрел на меня с широко-распахнутыми глазами и потребовал объяснений. Я не стала от него ничего утаивать и подробно рассказала обо всем. Ведь я буквально "спасла" его шкуру! Женщина-герой!
— Моя память смутна, но последние мгновения я помню четко, — с гордостью произнес незнакомый мимо проходящий мужчина. — Ваш мужчина дрался как лев! И до последнего не желал сдаваться!
"А ты то чем гордишься?" — хотела спросить у него, но прежде чем произнесла это в слух, сознание зацепилось за "ваш мужчина", и я мгновенно поперхнулась. Хорошо, что это была всего-лишь вода, иначе застрять бы большому куску в моем горле.
Женщины-дриады пели и танцевали под звуки барабанов, камней, стучащих друг об друга, флейты и монотонные мычания. Я чувствовала себя в окружении самого настоящего племени, но мне было весело. Я даже смогла позабыть о своих проблемах, пока боль в груди не дала о себе знать. Похоже, что мой длительный сон стал для духа отличной возможностью, для того чтобы подчинить меня.
Делает ли он это специально или ненамеренно, но я уже ощущаю свой предел. Грудную клетку сдавливает, и во время приступа дышать становится труднее. Тело простреливает боль, а к коже приливает кровь.
Не смотря на легкую усталость и то, что не так давно из меня буквально выкачивали силы, энергии во мне осталось еще много.
Мы вернулись в зал, и я припала к земле ладонями, вслушиваясь в тишину, нарушаемую лишь каплями воды, падающими с потолка. Из-за своей ведьминой сущности я не могла в совершенстве овладеть управлением природой, поэтому все еще немного сомневалась в результате. Хоть и старалась этого не показывать.