Лучший ингредиент любого зелья - это огневиски (СИ)

— Двадцать лет. Но это не значит, что не будут приходить проверки из нашего отдела, — очаровательно улыбнулась Герми, наученная горьким опытом по отражению атак МакНейров.
Каллум медленно усмехнулся, все еще изучая ее лицо. Неужели мимика тоже передается в генах?! Все же, немного по-другому выглядел этот жест в исполнении Калума — надменно, снисходительно. Таким образом усмехнулся бы Малфой, но не было в ней — хищности, поняла Герм. Брат Скабиора выглядел холеным аристократом, куда ему до бывшего егеря-оборотня. Он ощущался вполне… человечным! Движения хоть и казались достаточно утонченными, не выглядели по-звериному грациозными и не завораживали ее так, как делал Крейг, в которого она бывало влипала надолго. Как тогда на озере… Подавив некстати нахлынувшие воспоминания, Гермиона отвинтила крышку чернильницы.
— Хорошо, мисс Грейнджер. Где нужно подписать? — Каллум опустил глаза на бланк. Зато этот хоть веки не подводит, прыснула про себя Герми, испытывая непонятное веселое возбуждение. Ей начала нравиться эта игра — найди миллион отличий. Да легко!
— Здесь, и здесь, — Гермиона ткнула в нужные места и протянула руку, чтобы передать свое перо.
Однако Каллум покачал головой и медленно достал из кармана сюртука выполненный из черного дерева, весьма дорогого, если судить по внешнему виду, футляр, украшенный вензелями, инициалами “КМ” и мелким жемчугом, откуда вытащил дивное металлическое перо, наконечник которого точно сделан из золота. Гермиона чуть не закатила глаза. Чертовы аристократы! Она с ужасом подумала о том, что бы выросло из Крейга с его-то самомнением, останься он в богатой семье.
Поставив размашистую подпись, Каллум протянул пергамент Минки. Та взяла перьевую ручку мужчины и наугад черканула в нужном месте. Галочку и крестик. Гермиона подавила вздох.
— Благодарю, — доброжелательно улыбнулась она, сматывая пергамент в трубочку и убирая в железный тубус.
— Мисс Грейнджер? — от его голоса Герми вновь пробрало, она подняла глаза на старшего брата Скабиора, вопросительно изогнув бровь. — От лица нашей семьи я хотел бы выразить вам благодарность за то, что смогли избавить магический мир от Темного Лорда.
Гермиона кивнула. И не удержалась. Беседа их была слишком короткой, Гермиона ничего еще не успела понять о нем. Нужно как-то его расшевелить, чтобы Каллум сбросил показное радушие. Потратив секунду на размышление, она выдала:
— Вашей семьи, но не всей? Уолден МакНейр, помнится, был одним из Пожирателей и ближайшим соратником Темного Лорда, — оскал вышел на загляденье. Скабиор гордился бы ей!
МакНейр мгновение изучал ее, а потом весьма спокойно ответил:
— Мне казалось, что за эти пять лет нам уже достаточно много раз докучали с лишними вопросами относительно Уолдена. Ни я, ни моя мать, ни мой покойный отец никогда не имели отношения к Пожирателям смерти, — мужчина звучал холодно, вперив чуть давящий взгляд в нее. Гермиона специально начала дерзить, стараясь вывести его из себя, чтобы посмотреть на реакцию. Пока держался он куда лучше, чем брат в аналогичной ситуации. Гермиона отдала должное выдержке Каллума. — Не напомните ли, мисс, какой отдел вы представляете? Департамент магического правопорядка? Аврорат?
Пф-ф-ф, Каллум явно хотел ее осадить, но к счастью у Гермионы есть, что ответить на этот выпад.
— Нет, сэр. Я работаю в Отделе регулирования магических популяций, — прямо встретила его взгляд и позволила самым кончикам губ чуть усмехнуться, — мы ведём учёт и оказываем помощь различным магическим существам: эльфам, гоблинам и, — выделила следующее слово интонацией, — оборотням.
Закончив свой язвительный пассаж, краем глаза Гермиона увидела, как вздрогнули плечи Минки.
— Тогда разрешите мне не отвечать на провокационные вопросы, — самодовольно улыбнулся Каллум, постукивая футляром перьевой ручки по столу. — Ваши подозрения абсолютно беспочвенны и задевают честь моей семьи. А раз вы сотрудник не профильного отдела, то не располагаете правом их задавать, — говорил он спокойно, идеально вежливо. Кое-кому следовало бы поучиться! Особенно в свете предстоящего суда, мрачно подумала Герми, и поспешила ответить:
 
— Когда мы пошли на войну, то тоже не были сотрудниками, как вы сказали, профильных отделов, однако это всех устраивало, — Гериона оскалилась. Минки вытаращила огромные глаза на нее, они бегали по лицу Герми быстро и отчаянно, будто эльфийка старалась разглядеть в ней кого-то другого. Тонкие губы дрожали на морщинистом лице, она еле сдерживала себя от плача. Бедная, бедная Минки, к чему тебя принудили.
Каллум дёрнул уголком губ в усмешке. На этот раз совершенно так же, драккл его раздери, как братец!
— Я уже выразил вам нашу безмерную благодарность, мисс Грейнджер. Надеюсь, вы всё же не откажетесь ее принять, — закончил спокойно МакНейр, красноречиво глядя на заполненный бланк. Он распрямился, перестав нависать над столом. — Если мы все заполнили, то Минки вас проводит.
— Да, полагаю, что закончили. Благодарю за уделенное время, — Гермиона принялась убирать в сумочку свое перо и тубус.
— Рад знакомству, мисс Грейнджер, — Каллум сдал лёгкий кивок головой. Гермиона позволила себе еще один оценивающий взгляд. Итак, вывести из себя Каллума оказалось не просто. При всей внешней схожести, по характеру Каллум абсолютно не похож на Скабиора, в нем не хватало лёгкости, внутреннего огня и бронебойной наглости, с помощью которой егерь двигал стены перед собой. Каллум казался спокойным, сдержанным, чопорным, не невыносимым. И все же. В нем сквозило превосходство. То самое, которое она столь часто наблюдала у чистокровных волшебников, особенно у тех, что учились на Слизерине. Малфой, Нотт и Гринграсс. Не самый любимый ею тип людей. Нет, сначала лучше рассказать все Минки.
— Взаимно, мистер МакНейр, всего доброго.
Мужчина кивнул, а Гермиона последовала за заметно поникшей Минки к выходу из дома.
На крыльце Гермиона помедлила несколько мгновений и, набрав воздуха в лёгкие, обернулась к эльфийке.
— Минки, нам нужно поговорить. Желательно наедине, — взволнованно начала говорить Герми. Минки уставилась на нее неодобрительно. — Пожалуйста это очень важно!
— Я хочу здесь работать! — угрюмо пробубнила эльфийка, исподлобья смотря на девушку.
— Я понимаю, но…, — Гермиона запнулась и прошептала, — это касается Крейга.
Лицо Минки вдруг преобразилось, все разом разгладившись. Огромные синие глаза с тревогой смотрели на Гермиону и удивительным образом становились все больше с каждой секундой.
— Он жив? — дрогнули тонкие губы. Минки вся замерла, ожидая ответ, глядя на Герм с душераздирающей надеждой. Только бы ей не стало плохо! Зеленая кожа чуть побледнела, а на лбу выступил пот.
— Жив, — кивнула Герм, — но ему нужна помощь.
Минки переваривала эту информацию несколько мгновений, а потом выдала щедрый залп громких рыданий. Черт, их же сейчас услышит Каллум!
— Тише, Минки, пожалуйста! — воскликнула Гермиона, выхватив палочку из ручных ножен.
— Мой мальчик, — надрывались эльфка, уткнув лицо в ладони. — мой Крейг!
Не зная, опоздала ли она Гермиона все же накинула на них чары Неслышимости. Мерлин! Волшебница запаниковала, ей и раньше не приходилось успокаивать рыдающих эльфиек.
— Пожалуйста, успокойся! — увещевала Грейнджер, но Минки зарыдала пуще прежнего, совершенно точно не собираясь останавливаться. Драккл! Гермиона прогнала крамольную мысль оглушить эльфку и перенести ее в более приватное место, чтобы поговорить. Это звучало бы в стиле бывшего егеря, от которого она в последнее время понабралась плохих вещей.
— Минки! С ним все хорошо, но нужна твоя помощь, послушай меня, — попробовала ещё раз достучаться Герми.
Вроде сработало. Минки перестала выть и уже более осмысленно взглянула на волшебницу. Гигантские синие глаза покраснели от вздувшихся сосудов.
— Скажи мне, Гленна давала тебе прямой приказ? Не искать его или не говорить с ним, что-то подобное?