Лучший ингредиент любого зелья - это огневиски (СИ)

— Ты обещаешь Крейгу МакНейру быть ему верной женой и горящим очагом, — пафосно и чуть мрачно закончил Каллум, очевидно, сумев совладать с бушующими внутри эмоциями.
— Обещаю, — чуть приподняла подбородок Гермиона, выпрямив спину.
Услышав исполнение клятвы, Каллум молча протянул руки с тартаном к брату. Скабиор взял платок и накинул его на плечи Гермионе, пристально глядя ей в глаза. Потом опустил руку в свой спорран и достал из него брошь лакенбут, выполненную в форме двух сердец под общей короной из горящих алых гранатов. Заколол ткань брошью на груди неве… жены.
— А ведь я говорил, что мой тартан тебе подойдет идеально, — не смог удержать пасть захлопнутой Скаб.
Ощущая приятную тяжесть и тепло тартана на своих плечах, Гермиона счастливо улыбнулась, припоминая тот давний их разговор, когда Скабиор подарил ей брошь лакенбут. Как она потом прочитала в книге, лакенбут не был простой частью шотландского костюма. Брошь в форме сердца была подарком любимому человеку, своеобразным предложением и обещанием. Три года Гермиона носила брошь всегда на самом видном месте: на пиджаке министерской формы, на ключицах в виде кулона на тонкой цепочке. Она никогда не прятала заветный подарок. И лишь качала головой на вопросы друзей и коллег, когда те спрашивали ее о странной вещице.
— По закону магической Британии, объявляю вас мужем и женой, мистер и миссис МакНейр, — с этими словами регистратор захлопнул свою книгу и протянул Гермионе пергамент-свидетельство. — Поздравляю!
Моя! Скаб, не дожидаясь команды от регистратора, притянул девушку к себе и жадно поцеловал. Моя, моя, моя.
Над озером полетел протяжный звон волынки и радостные крики гостей.
Гермиона крепко обняла Скабиора в ответ, с наслаждением ощущая его губы на своих и скользя руками, затянутыми в молочное кружево, по черному пиджаку. Она не видела костюм Скабиора до самой церемонии, как и он ее платье. Ей очень хотелось прикоснуться к нему всему, а не только держать горячую ладонь в своей. За минувшие сутки она жутко соскучилась, тело прямо-таки само льнуло к… мужу. Гермиона округлила глаза от осознания, что он… действительно ее муж. И ей следовало называть его теперь именно так. Муж!
Грейнджер поняла, что вообще-то свадьбам приличествуют короткие и типа целомудренные поцелуи перед родственниками, а Скабиор явно уже вышел за рамки приличий. Что ж, придется ей следить за этим. Она легонько похлопала мужа по спине, со стороны арки, чтобы никто из гостей не увидел, и попыталась отвернуть пылающее лицо. Крейг нехотя опустил ее. Молодожены поблагодарили регистратора за церемонию, пригласили вернуться к столу в шатре. Тот, икнув, отказался и был таков.
— Доченька! — миссис Грейнджер бросилась обнимать Гермиону и Скабиора. — Поздравляем вас.
— Спасибо, мам, пап, — Гермиона крепко обняла родителей в ответ и смахнула прорвавшиеся слезы.
— Спасибо, Джин, спасибо, Иэн, — Скабиор тоже обнял свою новую семью и еще раз пожал руку тестю. Глядя на это, Гермиона стрельнула в мужа игривым взглядом, очевидно припоминая ему ту самую чёртову книжку.
— Полагаю, ты справился, — прошептала смешливо Гермиона. Нервозное состояние чуть отступило, она почувствовала небывалую легкость и решила поддеть любимого, когда родители двинулись в сторону шатра.
— Очевидно, что справился, — наморщил в свою очередь нос Скабиор, не желая уступать. Его тоже немного отпустило. В животе разливалось теперь уже не ядовитое, а вполне себе приятное ощущение. Он еще раз поцеловал жену, но уже не столь долго, верно считав ее предупреждающее похлопывание. Когда он ее отпустил, то молодожены с удивлением обнаружили перед аркой целую очередь из пар, которые желали их поздравить следующими. Конечно, после родителей там оказались Сондра и Каллум.
— Дорогая новая ячейка магического общества, — нараспев произнесла сияющая Сондра, протянув руки для объятия Гермионе. — Мы поздравляем вас от всего сердца. Клан МакНейр пополнился сегодня и ожидает скорейшего нового пополнения. Мы вас очень любим, да дети?
 
Девчонки и Дуг облепили обнимающихся Гермиону и Сондру и визжали на четыре разных голоса:
— Дядя Крейг!
— Тетя Гермиона!
Пока кучка обнималась и пищала от восторга, Крейг встретил напряженный взгляд Каллума. Как водится, МакНейры поиграли в убийственные гляделки. До объятий им было еще очень далеко. Но Крейг протянул руку первым, а Каллум тут же ответил на рукопожатие. Оно вышло крепким, хорошим таким и весьма оптимистичным.
— Теперь дядя Крейг, — скомандовала Сондра, и вся орава мелких МакНейров ринулась обнимать обалдевшего оборотня.
Каллум же повернулся к Гермионе, понимая, что и невестке тоже надо уделить внимание.
— Мистер МакНейр, — легко кивнула Гермиона, пряча на сомкнутых губах вызов.
— Миссис МакНейр, — аристократично склонил голову Каллум.
Они замерли на какое-то время, оценивая возможности своих новых родственных отношений. Гермиона открыто улыбнулась. Каллум менее открыто, но сделал над собой усилие. А потом шагнул к Гермионе и осторожно приобнял, проскользив руками по ткани тартана. Скабиор, со всех сторон облепленный родней, с совершенно ошарашенным видом наблюдал за этим процессом. Брат! Обнял! Гермиону! Но Каллум поспешно отстранился и с нечитаемым лицом замер рядом, ожидая, пока Сондра и дети закончат с братом. Долго ждать не пришлось.
— Мы пойдем выпьем за ваше счастье, — лихо заломила медную бровь Сондра, которая вот уже два года как перестала кормить Дуга.
— Гермиона! Крейг! — подлетели к ним следующие поздравляющие, Гарри и Джинни.
Гермиона еще не успела опомниться от шока, в который ее поверг Каллум, с радостью ощутила, как ее обнимает подруга.
За минувшие три года они вновь стали общаться, не так, конечно, хорошо, как раньше. В итоге, Уизли всегда выберет Уизли. Но и прежней ненависти Джинни к ней не испытывала, что Гермиону тоже устраивало. Тему Рона они не развивали, тем более, что обсуждать там было совершенно нечего. Он так и остался один, девушку себе не нашел, да и на работе оставался только потому, что Поттер теперь Замглава Аврората.
Гарри пожал руку Скабиору без всяких колебаний. Как-то так вышло, что они стали неплохо общаться. Гарри пару раз даже консультировался у Крейга по новым странным делам, с согласия Робардса. Который тоже, как оказалось, не упускал оборотня из поля зрения. Гарри так и не узнал, почему Скабиор оказался должным Гавейну, он не распространялся, да и сам Робардс обрубал эту тему.
Однако полгода назад им попалось одно дело, в котором без опытного нюха было не обойтись. Тогда Гарри по вызову зашел в кабинет Робардса и совершенно обалдел, увидев в кресле для посетителей Скабиора, а на столе початую бутылку скотча. Робардс сказал, что Поттер уже знает своеобразный стиль мистера Скабиора и им будет не так сложно работать вместе, в отличие от остальных авроров. В приватной беседе после встречи с Робардсом Крейг поставил условие: Гарри никогда не расскажет Гермионе об этом деле. Поттер понял, что между оборотнем и начальником заключено некое негласное соглашение. Он было подумал, что Скабиор сдает Робардсу дилеров черного рынка зелий, но все оказалось куда проще: аврорату опять требовался оборотень, который бы смог по запаху выйти на убийцу.
В окрестностях Флоддена неизвестный убил семейную пару, судя по ранам, их забили насмерть тупым предметом. По бурной реакции Робардса Гарри понял, что пострадавшие были его знакомыми. Дело оказалось личным. Он взял с собой Гарри и Скабиора на место преступления, в пустой дом. Крейг обнюхал буквально каждый угол, но ничего подозрительного не нашел. Робардс рвал и метал. Скабиор устал от ора и вышел на задний двор покурить трубку. Там-то подумал, сложил два и два: характер ран и особую, нечеловеческую жестокость, ночное нападение. И, конечно, место. Вернулся в дом и спросил у Робардса, давно они сюда переехали? Робардс удивился, но ответил, что недавно, месяц назад построили дом, думали пожить на старости лет в красивом месте. Тогда Скабиор сразу ответил на невысказанный вопрос Робардса: их убили красные колпаки. Нападают по ночам, большими группами, убивают дубинками. Ну и Флодден. Гарри и Робардс не поняли, при чём тут городок, и как он понял, что причастны красные колпаки.