Лучший ингредиент любого зелья - это огневиски (СИ)
Утром Гарри и Джинни, увидев бледную подругу, вызвались помочь и перенести ее родителей к месту торжества. Ведь тройная аппарация с двумя не-волшебниками — не лучшая затея для невесты в день свадьбы. Ночь перед свадьбой Гермиона провела в родительском доме. Они с матерью почти не спали, все готовились и готовились. И сейчас чета Грейнджеров выглядела превосходно. Миссис Грейнджер, с волосами, убранными в высокий пучок, сияла в светло-сиреневом платье, выполненном по последнему слову маггловской моды. А мистер Грейнджер предпочел уже давно ожидавший своей участи в шкафу классический костюм отца невесты: темно-синий, с бордовым галстуком. Они не смогли скрыть удивления, когда Гарри и Джинни перенесли их на полянку перед старинным каменным домом. Нет, они знали, конечно, что мистер МакНейр настоящий сын шотландских гор, но… столько же здесь было народу!
А дело в том, что у Сондры и правда было десять братьев, а у тех и жены, и множество детей всех возрастов. В общем, идея Скабиора о тихом семейном торжестве с треском провалилась. Он изначально хотел со своей стороны позвать на свадьбу только Минки, Рори — двоюродную младшую кузину Минки, Сондру с девочками, ну и Каллума, конечно.
Уже два с половиной года прошли с тех пор, когда Каллум согласился с Крейгом и попросил его приготовить Эйфорическое зелье для матери. Гленна тогда совсем сдала, постоянно просыпалась, состояние с каждой неделей ухудшалось… И Каллум решился. Два года назад Гленна тихо и мирно ушла в волшебном, беспробудном сне со счастливой улыбкой на высохших губах. С тех самых пор Каллум стал относиться к брату чуточку лучше.
Даже дошел до того, чтобы задействовать Скабиора в семейном бизнесе вновь. Повлиял на Каллума, как ни странно, портрет деда Драммонда, которого Крейг взял для обсуждения его рецептуры фамильного скотча. Дед Драммонд попал вдруг в настоящую лабораторию своего почившего сына Пия и исчезнувшего на какое-то время из его поля зрения внучка.
Попал и пропал! Мертвый предок был впечатлен креативным подходом Скабиора к изготовлению и распространению скотча. Каллум с семейным делом справлялся гораздо хуже. О чем Драммонд со свойственной ему прямолинейностью и заявил по возвращении в родные стены. Каллум рвал и метал, обиделся на деда, на Крейга, на почившую мать, которая впервые оставила его — по-настоящему — одного. А потом как-то вечером откровенно поговорил с Сондрой о сложностях в работе, огромной ответственности и горящих поставках… И Сондра убедила его хотя бы просто пригласить Крейга как эксперта, чтобы он оценил масштаб производственных проблем.
Семейное дело оказалось под угрозой провала. Ведь Гленна уже несколько лет была не в себе, а Каллум так и не смог заменить ее, так как он всегда больше работал с имиджевой частью и особо в процессы производства не вникал. Сондра всю жизнь была далека от вискикурен, да и четверо детей никак не способствовали ее интересу. А тут еще на одной вискикурне начали халтурить, безбожно разбодяживая товар, другую спалил молниями ниоткуда взявшийся в тех краях Бейтир, накрылось пару каналов поставки скотча в Абердин и на острова…
И тогда пришел Крейг: сначала просто поболтать, потом уже проконсультировать и съездить в несколько вискикурен, чтобы наладить процесс их работы. И успешно ведь съездил! Халтурщики были наказаны и уволены, так как не смогли провести опытного бутлегера. Уничтоженную Бейтиром вискикурню Скабиор смог восстановить за полгода, ведь самое главное — несколько старинных огромных сусловарочных котлов — уцелело, а там дело за малым. А уж каналы поставки у Крейга всегда были отлично отлажены.
По результатам столь успешной работы на семейном совете Каллум и дед Драммонд решили передать управление процессом изготовления Крейгу, дать ему процент с продаж и положенную по завещанию долю. Сам же Каллум фактически оставался главой фамильных вискикурен, то есть номинальным директором. А Крейг, как потом долго смеялась Гермиона, директором по производству и менеджером по продажам в одном лице.
Братья МакНейры ступили на тернистую дорожку диалога, поиска понимания друг друга и… семейного дела.
А кто, как не родной брат, должен повести свою кровь навстречу судьбе, к алтарю? Каллум, всегда свято чтивший шотландские традиции, отказаться не мог и согласился присутствовать на торжестве. И исполнить свадебный ритуал. Весь предшествовавший свадьбе месяц он усердно готовил себя, чтобы повести братца-оборотня навстречу грязнокровке.
Началось все с того, что Скабиор тогда всего лишь принес Минки, Сондре и Каллуму приглашение на свадьбу, а потом они заболтались. И Крейга вдруг драккл дернул за язык спросить Сондру, нет ли у нее знакомого хорошего волынщика. Как истинному шотландцу, Крейгу хотелось послушать во время церемонии, как протяжный вой, так похожий на волчий, летит над озером и горами. У него по жизни было не столь много мечт и ожиданий (а уж о своей свадьбе он никогда не задумывался вообще, кому нахер нужен егерь-оборотень?!) Крейг с удивлением обнаружил, что волынщик ему позарез нужен. Гермиона идею поддержала. Сондра ответила: конечно, это мой старший брат Дугальд. А где Дугальд, там и Грег, Юэн, Леннокс, Рой, Сомерлед, Торберн, Уилл, Фрэнг, Эвен. С семьями.
Короче, в день свадьбы около домика Пия собрался почти весь клан МакЛаудов, точнее одна его ветвь, Племя Тормода. Горцы сейчас украшали собой полянку и весело галдели. Мужчины клана являли собой клетчатую группу поддержки в традиционных шотландских килтах, в тартане клана: сине-зеленые клетки, с перекрещивающимися красными и желтыми полосками. Их жены были одеты более разнообразно: некоторые выбрали простые платья, подпоясанные клетчатыми же кушаками, или же поверх платьев у них были надеты жилетки из тартана своего клана, а несколько других девушек оказались в праздничных мантиях. Детей взяли не все пары, но здесь оказались несколько малышей и один мрачного вида подросток. Его подрядили следить за малышней.
Народу на полянке перед домом было полно. Но не пригласить их Скабиор и Гермиона не могли. Во-первых, шотландцы любят свадьбы. Во-вторых, теперь они тоже станут частью клана. Часть гостей уже пробовала чудесный скотч деда Драммонда в шатре. А часть сгруппировалась около озера и отчаянно ржала над штуками темноволосого мужика с волынкой на плече. Дугальда, значит.
Родные братья Сондры и ее сестры по клану выглядели очень по-разному. У кого-то оказались волосы такого же удивительного цвета светлой патоки, как у самой Сондры, но у других встречался и русый, и темный, почти черный, цвет. Всех их незримо объединяло чувство собственного достоинства, явно семейное, глубинное и вызывающее уважение. Мужчины выглядели крепкими и хорошими бойцами. Не рафинированными аристократишками типа Каллума, а вполне себе как члены… Стаи.
Не знающий, чем себя занять в эти долгие минуты ожидания невесты, Крейг про себя уважительно присвистнул, разглядывая горцев. Он бродил по своей любимой полянке, сейчас чудно украшенной лентами и колокольчиками, звенящими на ветру. Бродил, крепко зажав бокал со скотчем в руке. И ждал.
Гермиона должна была появиться скоро, минут через десять. И он дико, дичайше нервничал. Сам от себя не ожидал, но, драккл, ничего не мог поделать. Они выдержат этот день с честью, а потом сбегут ото всех нахер на край света. После пары жирных сделок с новыми заказчиками скотча в Ливерпуле у него скопилось достаточно денег, чтобы наконец-то свалить куда-нибудь в теплые края. Может быть, даже в загадочную Португалию, откуда ему присылали потрясающие бочки из-под порто, наполнявшие аромат и вкус виски особыми терпкими нотами.
Исправительные работы завершились ровно месяц назад. Свободен! Наконец-то свободен! По-настоящему. Упоительное чувство независимости от всего и вся постоянно горело внутри. Скабиор настолько истосковался по свободе за эти три года, что до сих пор смаковал каждую минуту вольной жизни, каждый самостоятельный поступок и каждое личное решение. Мир был открыт для него! До исправительных работ он не особо хотел путешествовать, а теперь рвущееся наружу чувство безграничной свободы звало расширить горизонты, увидеть новые земли и города. И тогда он решился.