Лучший ингредиент любого зелья - это огневиски (СИ)

— Подумай, — попросил Крейг, вдруг порывисто ее обняв. Мерлин, она пахла домом. Тем домом, что когда-то у него был. Эльфка с готовностью ответила на объятие, все-таки захныкала, перебирая пальцами до боли знакомые жесткие, упрямые волосы, ставшие неприлично длинными. Ее мальчик был жив.
— Минки нужна здесь. Минки не может, — оторвавшись от него, старая эльфка еще раз внимательно вгляделась в лицо своего воспитанника. Провела рукой по щеке. — Крейг справится без Минки. Такой взрослый…
— Подумай, — промолвил оборотень, отпуская эльфку из рук. — Я… мы с Гермионой будем очень рады.
Эльфка медленно и печально покачала головой.
— Минки не бросит Сондру.
— Я понял, — Скабиор попытался ободряюще улыбнуться. — Но хоть приходить будешь?
— У Минки приказ, — беспомощно выдавила Минки.
— Значит, я буду приходить. Мы с Гермионой живем вместе в доме Пия. Нам нужен тот, кому мы можем верить, понимаешь?
— Минки поможет Крейгу и милой Гермионе, — улыбнулась сквозь застывшие слезы эльфка. — Минки найдет надежного эльфа.
— Спасибо, Минки, — Скаб еще раз быстро обнял ее. Захотелось свалить поскорее, глубоко внутри он был расстроен тем, что не смог добиться желаемого.
— Как Гленна?
— Хозяйка Гленна страдает, — только и ответила Минки, опустив глаза в пол. — Минки делает, что может.
— Заклинания больше не работают?
Миник покачала головой.
— Я попробую помочь, — вздохнул Крейг. — Есть одно зелье, оно может дать… умиротворение. Поговорю с Каллумом, — он поднялся на ноги, чтобы уходить. Распрямил спину, тут же стрельнувшую болью.
— Минки и не могла мечтать снова увидеть маленького хозяина, — счастливо проговорила эльфка, глядя на него слезящимися глазами. Она столько лет грезила о том, что когда-нибудь они воссоединятся. И вот ее Крейг ожил, вернулся. Но он уже слишком взрослый. А она слишком нужна Меридит, Мэгги, Айлин и Дугу, чтобы их бросить ради своей мечты.
Скабиор смущенно улыбнулся, потому что «маленьким хозяином» его не звали лет двадцать пять. А слова Минки на секунду вернули его в прошлое, которое он отчаянно старался забыть, но теперь, видимо, должен был признать.
Спускаясь вниз, Скабиор был уверен, что Каллум согласится подарить матери успокоение с помощью его эйфорического зелья. Но Каллум наотрез отказался.
Глава 37, в которой дым и долбоёбы
Скабиор теперь аппарировал прямиком к крыльцу больницы Святого Мунго, замаскированной под заброшенный ангар. Странно, но, появляясь здесь шесть из семи дней в неделю, он все еще чувствовал себя неплохо. В Аврорате было бы хуже, в Азкабане — тем более. А здесь он занимался тем, что умел и, в определенном смысле, любил. И мог себя проявить: не как предатель или труп с проломленной башкой. Это вселяло в него уверенность в завтрашнем дне.
Он привычно прошел сквозь стеклянную витрину, миновал потрепанный манекен, которого, как сказала Рози, местные окрестили «Долорес». Очутившись в холле больницы, оборотень мигом навострил уши — сегодня здесь было очень шумно. Он сосредоточился, ожидая увидеть очередное истерзанное тело, которому могла понадобиться и его помощь.
Однако тело оказалось вполне целым, пока живым и весьма крикливым: посреди холла стояла женщина и что-то верещала, время от времени переходя на визг, столь пронзительный, что у Крейга засвербило в ушах. Несколько магов, сидевших тут же в холле в ожидании приема, неприязненно косились на нее.
Крейг бросил быстрый взгляд на стойку Рози и увидел, что там пусто, а медиковедьма пытается угомонить разбушевавшуюся дамочку, но у нее нихрена не выходит. Нарушительница спокойствия уверенно одерживала победу над Рози и даже рта не давала ей раскрыть, упиваясь своей гневной тирадой.
— Вот так здесь оказывают услуги! Бедный мой племянник закончил свои дни в ужасных, ужасающих муках! Он рыдал как банши, отлетая на тот свет! Целители, ха! Они уничтожили Берти! Убийцы! — громогласно надрывалась мадам, всем своим видом показывая непримиримость. Судя по облику, ей было где-то под пятьдесят. Крупные белые локоны под шляпкой-таблеткой, украшенной длинным пером полярной совы, тряслись в такт ее бурной речи.
 
— Готовь себе гроб, если сюда пришел! — бесцеремонно тыкая пальцем, обратилась она к болезненного вида мужчине с зеленоватой кожей лица, который, к своему несчастью, сидел в ближайшем к ней кресле.
Мрачно наблюдавший за безобразным спектаклем Скабиор нахмурился еще сильнее, когда заметил, что к этому мужику жмется темноволосый пацан лет десяти, в ужасе глядя на орущую женщину. Мужчина явно был в хреновом состоянии, поэтому он толком не мог ни дать отпор крикунье, ни закрыть от нее пацана. На лбу цвета гноя бубонтюбера выступили крупные фиолетовые прыщи, дыхание тяжело вырывалось из груди, сопровождаясь небольшими снопами искр из ноздрей. «Драконья оспа», — сразу понял Крейг.
— Пишите завещание, мистер, и заказывайте похоронный орган, — деловитым тоном продолжала дамочка, не обращая внимания на попытки Рози ее остановить. — Нам с сестрой, кстати, похороны обошлись всего ничего: двести галлеонов. Гроб можно взять и подешевле, но вот на процессии экономить нельзя. Священник, орган, несколько венков и непременно поминки с большим столом. Берти так любил покушать, — высморкалась в кружевной белый платок мадам. — А здесь он уже не мог есть, только рвало его кровью по пять раз в день. Бедного мальчика угробили, убийцы!
Мужчине, видать, стало еще хуже от ее напутственных слов. Он медленно смежил веки и надсадно задышал. Искры из ноздрей стали небольшими язычками алого пламени. Мальчик всхлипнул и потряс его за руку.
— Папа, проснись! — надрывно закричал он.
Скабиор поймал отчаянный взгляд Рози и, оправив на себе лимонную мантию, уверенно подошел к дамочке.
— Добрый день, мадам! Я слышал, вы недовольны нашим сервисом? — надел самый зверский оскал егерь, позволив своему внутреннему зверю просочиться в глаза и движения. Дамочка верно прочитала опасный облик и, осекшись, замерла, разглядывая странного мужика, который угрожающе навис над ней, презирая понятие личного пространства. Его внешность жутким образом контрастировала с мантией колдомедика.
— Вы кто? — округлив накрашенные алой помадой губы, уже гораздо тише сказала она, боязливо пошатнувшись.
— Крейг МакНейр, местный оборотень, — еще шире расплылся в скотской ухмылке Скабиор. — Отдел рекламаций больницы святого Мунго. Желаете оставить, — тяжело сглотнул слюну, продолжая буравить даму ледяным взглядом, — жалобу?
— Н-нет, — поспешно пролепетала дамочка, резко ощутив, как ее пульс скакнул. Она задрала голову и пялилась на егеря, с каждой секундой все отчетливее понимая, насколько зарвалась.
— Но у вас же столько претензий! — не отставал Скабиор. — Давайте проработаем их… вместе, — грязно облизнувшись, он потер ладони друг о друга. — В моем кабинете, — легко приобнял её за плечо и развернул в сторону лифтов. Дама испуганно вытаращилась на него.
— Не буду я с вами ничего прорабатывать! — взвизгнула она и резво припустила в сторону выхода. Скабиор проводил ее самым своим липким взглядом, который не практиковал уже достаточно давно. Судя по скорости побега дамы, сноровки он не потерял. Рози благодарно улыбнулась ему. А потом, опомнившись, подбежала к зеленому мужчине, безвольно обмякшему в кресле.
— Мистер Райс! Вы слышите меня? — затараторила она, прощупывая пульс, быстро вытащила палочку из кармана мантии и звонко крикнула:
— Экспекто Патронум! — Серебристая белочка вырвалась из палочки. — Мейв, скорее вниз! Мужчина без сознания.
Скабиор потянул носом и поморщился. Гадкий запашок гниения, исходящий от мужика, навязался на язык. Крейг бросил взгляд на обомлевшего парнишку, который наблюдал, как врачи начинают суетиться вокруг его отца. «Плохие новости, парень».
Собранная Мейв появилась со стороны лестницы очень скоро — пары минут не прошло, с ней были еще несколько колдомедиков. Быстро оценив состояние пациента, Мейв скомандовала грузить его на носилки и левитировать к лифтам. Скабиор почувствовал себя лишним и решил пойти заняться тем, что он еще умел делать хорошо, кроме запугивания женщин. Перед тем, как закрыть за собой дверь на лестницу, он увидел, что Рози ободряюще улыбается парнишке, крепко сжимая его ладонь. А тот изо всех сил кусает губы, чтобы не разрыдаться. Молодец…