Лучший ингредиент любого зелья - это огневиски (СИ)

Скаб решительно шагнул прямо в пыльную витрину, стекло пропустило его, словно тугой мыльный пузырь. А внутри…
После лондонской темени в холле было весьма ярко. Глаза быстро привыкли к смене освещения. Скаб огляделся. Каким-то таким он и ожидал увидеть Мунго: длинный общий коридор, белые стены, серый невыразительный пол, несколько рядов сидений. Прямо у входа стойка с надписью «Справки», за которой сидела мрачного вида дама неопределенных лет. Крейг подобрался, подходя ближе.
— Добрый день, — расплылся он в благожелательной улыбке. Блондинка подняла на него хмурый взгляд. Обычно после такой интонации девчонки смотрели мягче. — У меня назначена встреча с мистером Сметвиком.
— Оборотень тот? — бросила ведьма, окинув его оценивающим взором. Ну, раз она предпочла начать с главного…
— Оборотень. Темная, — оскалился похабно Скабиор, ничуть не смутившись и пытливо вперившись в даму. Скользнул взглядом по ее лицу, задержавшись на дрогнувших губах, а потом опустил глаза ниже, в бумаги, лежавшие перед ней на столе. Какие-то выписки, рецепты успокоительных. Ничего интересного. Даме же показалось, что нахал уставился на ее лимонного цвета мантию, под которой явно угадывалась внушительная грудь. Скабиор также медленно поднял взгляд, ощутимо липко пройдясь по ткани, добавил с усиленным рычанием протянув звук «р». — Твар-р-ь.
Этого уже дама не выдержала, схватила первый попавшийся пергамент и спрятала за ним пылающие щеки, делая вид, что внимательно читает, уточнила:
— Имя?
— Крейг МакНейр, — не сводя хищного взора с поникшей ведьмы, кротко ответил егерь, нависнув над конторкой.
— Шестой этаж. Кабинет 610, — выдавила дама, в надежде, что похотливый оборотень уже уберется отсюда поскорее.
— Благодарю, мисс, — Скабиор подмигнул ведьме, хотя она до сих пор прятала лицо в бумагах, и поспешил удалиться. М-да, рановато он сделал вывод, что не успел ни с кем поцапаться. Почти рекорд: первые пара шагов по холлу больницы, несколько мгновений — и вот, новый «друг». Ладно. Если его первый рабочий день не закончится в Азкабане, то он завтра еще разок попытается наладить контакт с несговорчивой блондинкой. — А как туда попасть?
Вместо ответа она махнула рукой в сторону коридора, тянущегося вглубь здания. Скабиор пожал плечами и отправился в указанном направлении, во все глаза рассматривая стены. На них висели плакаты «Самолечение — это самообольщение», «Чистый котел не даст вашему зелью превратиться в яд» — с этим утверждением Крейг был согласен абсолютно. Сам бы он сюда привесил еще парочку из своей практики «Не прячься от оборотня в лесу», «Выпивая много — закусывай».
Нехитрыми мыслями он себя отвлек от противного ощущения, затопившего желудок. Да не психовал он! Просто терпеть не мог все эти казенные заведения, в которых сидели чистые волшебники. Пара секунд — и он уже «тот оборотень». Вот и повел себя, как ожидалось от оборотня. А ему тут еще при наилучшем раскладе три года торчать. Ошеломляющее понимание всей ситуации упало ему на голову, прямо в темечко, как раз когда он подошел к лифту и нажал кнопку вызова. Егерь оторопел, тяжело сглотнул. Сука. Поморщился. Надо взять себя в руки, хотя бы перед Сметвиком не вывалить всю дерьмовость своего характера сразу.
Звякнуло, лифт приехал. Он оказался большим и вытянутым. Раверное, чтобы тела возить, отстраненно подумал Скаб, зашел внутрь и ткнул в шестой этаж. Жутко скрипя, лифт стал подниматься.
На шестом этаже был такой же длинный коридор с невыразительными стенами. По нему сновали волшебники и волшебницы в униформе больницы. Скабиор вышел и сверился с табличкой на ближайшем кабинете — «600». Значит, ему надо прямо по коридору. Он и пошел.
Целители, не стесняясь, пялились на странного вида мужчину. А ведь он сегодня даже постарался одеться нормально! Нет, колдомедиков можно было понять. Не каждый день к ним сюда заглядывают такие персонажи: в кожаном пальто, темных клетчатых брюках, черном жилете и тяжелых ботинках. Во всем его облике окружающие инстинктивно считывали угрозу. Скабиор состроил наименее зверскую из своих «протокольных рож», шел по коридору и приветливо всем кивал.
 
Медиковедьмы позволяли себе задерживаться долгим взглядом на его бордовой пряди, выбившейся из косы, переглядывались и смеялись ему вслед. Нахер! Задача сейчас безумно проста — дойти до кабинета без лишних разборок. Егерь шел не спеша, немного вальяжно, немного развязно, как всегда, хотя глубоко в душе царило смятение. Смело встречал взгляды, устремленные на него: и любопытные, и презрительные, и откровенно злые. Знали они, кого им сюда пихнули? Должны знать же. А если Сметвик им не сказал, то это не его, Крейга, проблемы. Пусть живут с этим.
И все-таки он про себя облегченно выдохнул, когда за поворотом коридора обнаружилась белая дверь с номером «610». На месте. Скабиор перетряхнул плечами, задрал нос повыше и постучался. Надо быть нормальным, нормальным, твердил он себе. Три года. Охренеть. Но… Гермиона. Он должен постараться ради нее. Так же, как она старалась для него.
— Войдите, — донесся из-за двери голос. Проклиная поднявшееся волнение, егерь вошел.
Внутри кабинет оказался весьма занятным. Скаб только и успел пробежать взглядом по стенам, заставленным всякими интересными вещицами в колбах. Сметвик сидел за письменным столом, жестом он пригласил Скаба присесть в кресло, стоящее напротив стола.
— Добрый день, мистер Сметвик, — Скабиор сел, приняв наименее вальяжную из своих поз, и легко кивнул целителю. Поддержал зрительный контакт, хотя дико хотелось начать осматриваться, потому что вроде как в левом углу он мельком углядел препараты Рунеспура. Будет еще время, осадил себя оборотень и стал разглядывать целителя. На суде, занятый происходящей вакханалией, Скабиор не всматривался в лицо своего внезапного «исправителя», а сегодня с удивлением отметил про себя, что Сметвик был немногим старше него. Ну, может, лет сорок всего ему было. Светлые волосы отливали золотом даже в сумрачном свете из окна, за которым продолжался нескончаемый лондонский дождь. Волосы Сметвика и лимонная мантия были самыми яркими пятнами в окружающей обстановке. Карие глаза смотрели вполне дружелюбно.
— Добрый, мистер МакНейр, — спокойно сказал Сметвик, позволив себе легкую улыбку. По какой-то причине, пока неясной, Гиппократ был явно к нему расположен. Не хотелось бы терять это расположение, вдруг подумал егерь. Они все-таки связаны, драккл его растудыть, Непреложным Обетом. От этой мысли сразу жутко зачесалось запястье, на котором сомкнулись после суда огненные нити заклятия. Скаб не шелохнулся, выжидающе уставившись на колдомедика.
— Я хотел бы в самом начале обозначить рамки, мистер МакНейр, — начал Гиппократ спокойно. Весьма разумно. Скабиор чуть отвел уши назад, ожидая услышать условия, на которых его будут терпеть здесь. — Визенгамот вверил мне донести до вас, что вы находитесь не столько на исправительных работах, сколько на испытательном сроке. Вы понимаете, разницу между этими понятиями, мистер МакНейр? — удивительно, но звучал медик весьма доброжелательно, без тени издевки, как можно было бы ожидать от чистенького волшебника. О, Скабиор, все понимал, но на всякий случай мотнул головой в отрицании.
— Уточните, пожалуйста, — ему хотелось услышать официальные формулировки, чтобы потом оперировать ими в спорных ситуациях. Как будто в спорных ситуациях у него был хоть какой-то шанс против бюрократической машины.
— Испытательный срок — срок на который заключены ваши исправительные работы, с 13 августа 2003 года по 13 августа 2006 года. В течение этого срока вы будете находиться под пристальным вниманием и Мунго, и Аврората, и Министерства Магии. В случае нарушений дисциплины с вашей стороны или создания опасных ситуаций, вы отправляетесь в Азкабан. Без повторного суда, — с готовностью начал объяснять Сметвик. Скаб тихо потянул воздух носом. Он не до конца понимал: есть ли агрессия в словах целителя. Скажи эти слова кто угодно другой, Скаб бы расценил их как угрозу. Но Сметвик… ничем не пах, был доброжелателен и спокоен. Интересная подача. И непривычная. Скабиор многое повидал и был готов к разному: к крикам, к огромным когтям, к Непростительным, как в случае с чокнутой сукой Лестрейндж. А сейчас чувствовалось что-то странное. Сметвик продолжил с той же интонацией: