Романов. Том 12 (СИ)

Герберт поднялся на ноги и склонил голову.
— Как пожелаешь, кайзер, — ответил он.
Вильгельм еще раз взглянул на внука, на этот раз с сожалением. Но тут же взял себя в руки. Рейссы заплатят за то, что сделали с будущим кайзером Германского рейха. Их род прервется, а род Бисмарк получит еще один титул и земли в собственное владение.
— Собирайся, Герберт, — сказал кайзер, глядя на его высочество. — Ты лично возглавишь эту кампанию.
* * *
Москва, Кремль .
— Вот так-то, Игорь Михайлович, — произнес с усмешкой государь, наливая себе чай в чашку. — Вилли готов отдать нам всю свою часть Польши в качестве платежа за спасение внука и определение виновных в его похищении и ломке. И это не считая тех уступок, что ты выбил по соглашению о ненападении. Неплохой результат, как по мне, особенно если учесть, что это была твоя первая зарубежная поездка.
Цесаревич кивнул. Чашка в его руке уже начала остывать, впрочем, Игорь Михайлович мог нагреть ее усилием воли. Но тратить дар ради того, чтобы сделать последний глоток, не хотелось, а потому наследник престола просто держал чашку в руках, ожидая, когда Михаил II закончит подводить итоге встречи в Дрогичине.
— Единственное условие, — произнес государь после небольшой паузы, во время которой наслаждался чаем, — которое Вильгельм нам поставил — на территории бывшей Речи Посполитой должно появиться одно княжество для Романова.
Игорь Михайлович хмыкнул.
— Мне не нравится, что Германский рейх так быстро отказался от своих планов по завоеванию Европы, — признался он. — Это означает, что Дмитрий Алексеевич был совершенно прав — Вильгельм понимает, чем обернется для страны неуравновешенный кайзер.
Царь нахмурил брови, баюкая в ладонях чашку.
— Герберт настолько психически нестабилен? — уточнил Михаил II.
— Он в шаге от безумия, — подтвердил Игорь Михайлович. — Я уверен, что как только он сядет на трон, поспешит развязать какую-то новую войну. И тот факт, что нам отдали всю Польшу, указывает на то, что кайзер планирует навязать нам уничтоженный и озлобленный регион. Мы будем тратить силы и ресурсы на то, чтобы интегрировать эти земли в Русское царство, а Герберт — наращивать военный потенциал Германского рейха.
Царь улыбнулся и, отставив чашку в сторону, положил ладонь на плечо наследника.
— Прекрасно, что ты это понимаешь, — негромко сказал государь. — Но, к счастью, кайзер не уточнял, кто именно из Романовых должен получить княжество. Так что завтра я вызову к себе Алексея Александровича и назначу его регентом при малолетнем ребенке, которого сейчас ждет его супруга, княгиня Казанская.
— А Дмитрий Алексеевич? — уточнил цесаревич.
— Так как старший сын Романова, князь Якутский, наследует Казань, то Дмитрий Алексеевич станет наследником первой очереди в Польской губернии. Скажем, князь Львовский?
* * *
Москва, особняк князя Красноярского. Князь Романов Дмитрий Алексеевич .
Просыпаться в своей постели, которую не раскачивает в такт стука колес, не чувствовать вездесущего запаха креозота и неизбежной придорожной пыли — благо, о котором редко задумываешься в обычной жизни.
В отличие от цесаревича, я к путешествиям железной дорогой относился откровенно без удовольствия. Но раз уж взялся сопровождать наследника русского престола, делать это приходилось безо всяких скидок на свои личные пожелания. В конце концов, Игорь Михайлович не только ехал на переговоры с принцем Германского рейха, но попутно действительно инспектировал земли Литовской губернии.
Теперь, когда все закончилось и я впервые проснулся в своей кровати в спальне особняка в Северном Бутово, жизнь уже не казалась мне бесконечной чередой металлического грохота и вечной качки. Ароматная постель, тишина в доме, доносящийся из гостиной запах свежего кофе — практически идеальное утро.
Неспешно приводя себя в порядок, я просматривал отчеты искусственного интеллекта. «Оракул» по-прежнему собирал для меня сводку всего произошедшего, что касалось нашей фамилии.
 
За время моего отсутствия в клане Романовых мало что изменилось. Не так уж долго я и катался по западным землям Русского царства. Единственное случившееся изменение — переезд Ксении Алексеевны в Красноярск. Виктория послушала меня и сделала именно так, как я и предлагал, выслав приглашение княжне Казанской. Так что сестра теперь вникала в дела моей супруги, по-родственному подменяя ее в тех вопросах, в которых могла.
Закончив с утренней рутиной, я выслал предупреждение охране и направился на полигон. За окном еще только начинался рассвет, и у меня было время немного размяться перед долгим днем в столице.
Поединок с Кристофом Рейссом показал, что мне не следует забывать о тренировках. По количеству подданных мы были примерно равны, однако, говоря по правде, боевого опыта у графа Тюрингии было намного больше. Там, где я опираюсь на «Оракула» и его подсказки, ключник работал собственными мозгами.
И работал весьма неплохо.
Конечно, подобное развитие магических способностей являлось исключением — большинство высшей аристократии к своему дару относится скорее как к игрушке, чем как к реальному оружию. Однако Кристоф был не таков, и, вероятнее всего, остальные члены общества Януса Двуликого тоже будут соответствовать этому уровню. А то и превосходить его.
А потому расслабляться никак нельзя. Будь Кристоф не один, с минимальной поддержкой, и мне бы пришлось серьезно напрягаться ради победы. Естественно, в том случае, если бы мне требовалось именно захватить его, а не убивать.
Как и в случае с великим княжичем Толстым, необходимость взять врага живым вносила свои коррективы в мою тактику и применяемый арсенал техник. Убить просто, ты попробуй пленить сильного одаренного, когда он сопротивляется тебе в полную силу.
Так что с пяти утра и до половины восьмого я выкладывался на полигоне на полную катушку. «Оракул» по моему приказу отключил подсказки, и мне приходилось думать самостоятельно, нарабатывая рефлексы. А то так и деградировать можно, а мне никак нельзя терять форму.
А вот после, едва я вышел из душа, началось.
— Князь, вам звонит великий князь Невский, — сообщил «Оракул».
Кто бы сомневался, что куратор ЦСБ не удержится от того, чтобы переговорить со мной.
— Принять вызов, — велел я, вытирая полотенцем голову.
— Доброе утро, Дмитрий Алексеевич, — первым поздоровался великий князь Невский, стоило соединению установиться. — Надеюсь, не разбудил?
Я прошел к креслу и сел в него, после чего потянулся за кофейником.
— Утро доброе, Емельян Сергеевич, — ответил я, наливая себе горячий кофе. — Нет, я давно уже проснулся. Надеюсь, вы звоните с хорошими новостями?
Собеседник усмехнулся на том конце и, пребывая в приподнятом настроении, заговорил:
— С отличными, Дмитрий Алексеевич, — произнес куратор Царской Службы Безопасности. — Наши специалисты добрались до «Мойры», уничтожили охрану устройства и в данный момент заняты перевозкой изобретения ключников на территорию Русского царства. Государь утвердил размещение агрегата в одной из своих лабораторий. Я уполномочен сообщить, что вам доверено разобрать «Мойру» по винтику и представить исчерпывающий отчет о работе устройства, с предложениями о том, как нам использовать эту технологию.
Я хмыкнул, делая первый глоток кофе.
В принципе, неудивительно. Кроме меня в Русском царстве нет подходящих специалистов, кто мог бы в краткие сроки разобраться в устройстве. И тем более воспроизвести такое оборудование.
— Это действительно отличные новости, Емельян Сергеевич, — подтвердил я.
Спрашивать о судьбе Кристофа Рейсса я не стал. Великий князь — не мальчик, сам разберется, как поступить с убийцей своего старшего сына. Мне хватало знания о том, что ключника заперли в казематах ЦСБ и выйти оттуда он мог только одним путем — ногами вперед.
— Да, Дмитрий Алексеевич, — согласился Емельян Сергеевич. — А кроме того, я приглашаю вас сегодня к себе на праздничный ужин. Никаких посторонних людей, камерное семейное мероприятие. Но, полагаю, вас еще Руслан Александрович попросит присутствовать.