Тройная угроза (ЛП)

— Прачка.
Мое сердце сжимается в груди. Я закрываю глаза, представляя его темные, как кленовый сироп, глаза и его запах, напоминающий мне о специях и соленом море.
— Привет, Шеви.
— Всё в порядке? — Должно быть, он пошел в более тихое место, потому что фоновые звуки поутихли. Может, он сейчас в машине.
— Прости, что я так с тобой поступила, — лепечу я. — Ты только пытался помочь. Мне было хорошо, но…
— Мне было хорошо, — повторяет он, в его голосе слышится легкий гнев.
— Отлично. Я чувствовала себя отлично, — заверяю я его, чтобы его драгоценное эго не пострадало. — Я хотела, чтобы и ты чувствовал себя так же. Вот так. Просто… моя жизнь в полном беспорядке. Ты появился в моей жизни в самый неподходящий момент.
— То, что хочет услышать каждый парень, — невозмутимо отвечает он.
Улыбаюсь, представляя, как он дуется.
— Хотя было приятно иметь кого-то, к кому можно обратиться. Даже когда ты ведешь себя как сумасшедший или сбиваешь меня с толку, ты приносишь мне утешение и заставляешь чувствовать себя в безопасности.
— Ты что, френдзонишь меня, Лэндри?
— Ха. Как будто ты позволишь мне это.
— Уже начинаешь понимать, с каким мужчиной имеешь дело.
Так ли это? Он всё ещё остается такой загадкой для меня.
Он испускает глубокий вздох.
— Я скучаю по тебе, детка.
— Твоя рука буквально только что была у меня в штанах.
— Ты знаешь, что я имею в виду, — рычит он, похоже, разозлившись. — Мне не хватило времени с тобой.
— Думаю, ты токсичен для меня, — признаюсь я шепотом. — Увидимся в понедельник.
Я вешаю трубку и перехожу к своим фотографиям, чтобы найти ту, которую я сохранила в папке под названием «Файлы для урока английского». В ещё одной папке под названием «Цитаты» спрятана фотография Форда.
Ленивая, высокомерная улыбка.
Темные растрепанные волосы.
Прикрытые кленовые глаза.
Я тоже скучаю по тебе, Шеви.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
Спэрроу

Черный «Mercedes» подъезжает к обочине, выкидывает Лэндри, как мусор, и уезжает. Она смотрит ему вслед, хмуря свое красивое личико. Черт возьми, мне нравится смотреть на нее.
Я насвистываю, сидя в своей машины. Окно опущено, так что я беспрепятственно смотрю на эту девушку.
— Залезай, Прачка.
Она улыбается мне, блестяще и широко. Ослепительно, словно солнце. У меня возникает желание сорвать с себя солнцезащитные очки, чтобы разглядеть каждую её деталь, даже если это ослепит меня.
Открывается дверь и она бросает свою сумку на заднее сиденье. Затем она скользит на пассажирское сиденье, прижимаясь ко мне. Я поднимаю окно, чтобы мы могли уединиться, и наклоняюсь над консолью, чтобы обнять ее. Моя рука скользит по её шелковистым золотистым локонам, и я крепче прижимаю её, притягивая к себе.
— Поцелуй меня, детка.
Она улыбается шире, а затем ее губы приникают к моим — жадно и отчаянно. Я стону ей в рот. Черт, она такая вкусная. Словно ваниль. Моя. Чтобы донести до неё эту мысль, я прикусываю её нижнюю губу. Она стонет, хотя это звучит немного болезненно. Отстранившись, я замечаю маленькую царапинку на её губе.
Блять, моя кровь просто кипит.
Это работа. Это работа. Это работа.
Попробуйте сказать это моему бушующему сердцу.
— Я хочу убить его, — говорю я ей, мои слова пронизаны абсолютной честностью. — Черт возьми, просто убить его.
— Мы не можем заниматься этим здесь. — Она хмурится, больше не улыбаясь. — Я скучала по тебе, но нас могут увидеть.
Я беру её руку, переплетаю свои пальцы с её и целую костяшки, прежде чем отпустить.
— Пристегнись, Прачка.
Она взвизгивает, когда я выезжаю с парковки. Я выруливаю со стоянки практически на двух колесах, а затем мчусь по прямой. Я посылаю ей ухмылку, за что получаю хмурый взгляд. Так мило.
Неподалеку есть строящееся здание. Спрячусь там с ней ненадолго. Мы подъезжаем, и нас никто не останавливает. Я снимаю солнцезащитные очки и бросаю их на приборную панель. На первом уровне припарковано несколько рабочих грузовиков, так что я добираюсь до второго уровня, прежде чем нахожу темное место, где могу спрятать машину подальше от посторонних глаз.
 
Как только я заглушаю двигатель, мы погружаемся в тишину. Я отстегиваюсь и наклоняю свое тело к Лэндри. Если бы я не знал лучше, я бы подумал, что она ведет себя как стерва. От нее исходят ледяные флюиды, и она напряжена до предела.
Но я знаю её.
Это её защитный механизм.
Она защищает себя.
— Ты знаешь, как удалить историю поиска? — спрашивает она, нахмурив брови.
Странный вопрос.
— Уверен, что смогу с этим разобраться. — Я провожу пальцем по её челюсти. — Зачем?
Она тяжело сглатывает, но поддается моему прикосновению.
— А как насчет сообщений? Как мне стереть их навсегда? Удалить их будет недостаточно.
— Ты боишься, что твой отец узнает, что у тебя есть парень?
Она кривит губы.
— Ты не мой парень.
Подмигнув ей, я одариваю её самодовольной ухмылкой.
— Продолжай говорить себе это. Я первым заявил на тебя права. Не забывай об этом.
Черты её лица темнеют, как будто она посвящена в тайну, которой на самом деле нет. Затем она просто пропускает комментарий мимо ушей. Иногда мне хочется знать, о чем она думает. Например, сейчас.
— Он не должен знать о том, что мы делали, — говорит она с тяжелым вздохом. — Он не должен знать о моих планах.
— Планах?
— Скажем так, — фыркает она. — Несколько месяцев назад, я немного изучала Нью-Йоркский университет. Отец удивил меня, записав в него. Кто так делает?
Ладно, да, это чертовски жутко и попахивает контролем.
— Я позвоню своему дяде. Если кто-то и может получить информацию о том, как почистить телефон или скрыть следы, то это он. Ты мне доверяешь?
— Да, я доверяю тебе, — говорит она с улыбкой. — К тому же, я знаю, что твой дядя — папочка мафиози или что-то в этом роде. У него надежные связи.
— Болтливая негодница.
— Тебе это нравится. — Её губы изгибаются в нечто кокетливое и аппетитное. Я хочу попробовать на вкус эту греховную улыбку. — Могу я воспользоваться твоим телефоном?
Её слова охлаждают весь жар, пробегающий по мне.
— Что? Зачем?
Она опускает взгляд на мой телефон в подстаканнике.
— Интернет. Мне нужно кое-что посмотреть.
И каковы шансы, что Салли или Скаут не напишут о ней в этот момент?
Черта с два.
Её рука тянется к нему, и я хватаю её за запястье.
— Иди сюда, — требую я, притягивая Лэндри к себе. — Мне нужно обнять тебя.
По блеску её глаз я могу сказать, что она разозлилась, но она позволяет мне перетянуть себя через консоль к мне на колени. Она садится на меня верхом, удобно расположившись между моим телом и рулем.
Обхватив за шею, я притягиваю её к себе, страстно желая попробовать её рот на вкус во второй раз за сегодняшний день и отвлечь от использования моего телефона. Она стонет, звук нуждающийся и грубый. Интересно, какие ещё звуки я смогу извлечь из нее.
— Мне нужно увидеть тебя, — бормочу я ей в рот, просовывая ладони под её блузку и лаская спину.
Она кивает, поднимая руки. Я стягиваю с нее блузку, а затем любуюсь её сексуальными маленькими сиськами в розовом лифчике. Наклонившись вперед, я покусываю одну из них прямо через кружево. Так чертовски сексуально. Она стонет, её руки ерошат мои волосы, когда она вцепляется в них.
Поддев бретельки бюстгальтера, я стягиваю его вниз с неё. Лэндри двигается на моем члене, добиваясь трения, в котором мы оба нуждаемся.
— Когда я затащу тебя в свою постель, детка, я собираюсь не торопясь обсосать каждую маленькую веснушку на твоем теле. — Я хватаюсь за чашечки её лифчика, грубо дергая их вниз. — Сейчас у меня не так уж много времени.
Из её рта доносится вскрик, когда я впиваюсь зубами в один из её сосков. Я оттягиваю его, пока не понимаю, что это приносит ей боль, а затем отпускаю, чтобы снова взять его в рот. Лаская покрасневший сосок, я посасываю и дразню, прогоняя боль.