Тройная угроза (ЛП)

Она хочет, нет, нуждается в том, чтобы я довел её до оргазма.
Сломай её, потому что можешь.
Схватив её за волосы, я поворачиваю Лэндри так, чтобы она оказалась лицом к зеркалу. Я прижимаю её лоб к нему, чтобы она видела, как в её глазах горит потребность. Она даже не сопротивляется, когда я рывком стягиваю с неё джинсы и трусики.
— Ф-форд, — шепчет она. — Мне жаль, что я причинила тебе боль.
— Тебе не жаль.
— Мы не можем это сделать. Не здесь. Не так.
— Такая романтичная, колючая принцесса. Но не волнуйся. Я не собираюсь тебя трахать.
Она хмурится, на её мягких чертах написано замешательство. Я так говорю не потому, что не хочу её трахнуть. Я хочу. Шокирующе, но я абсолютно уверен, что хочу. Просто я не собираюсь делать это прямо сейчас. Она втайне хочет этого. Пока я не узнаю все её скрытые желания, мне будет приятно заставлять её ждать.
— Сделай их влажными, — приказываю я, наклоняя её тело силой собственного, когда прижимаюсь к ней. — И на этот раз не кусайся. Тебе не понравится, когда я укушу в ответ.
В её глазах, отражающихся в зеркале, мерцает страх. По-прежнему держа Лэндри за волосы, я, игнорируя пульсацию в большом пальце, приближаю к ней ладонь на расстояние укуса. Не очень нежно, я проталкиваю их в её рот так глубоко, что она давится. Мой член подпрыгивает при мысли о том, как она будет задыхаться, когда я буду полностью погружаться в её горло. Я трахаю её рот четырьмя пальцами — всеми, кроме большого. Слюна стекает у неё по подбородку, а слезы бегут по щекам.
— Хорошая девочка. Твой рот поддается дрессировке.
В её взгляде вспыхивает ярость, но я выдергиваю пальцы из её рта прежде, чем она успевает причинить хоть какой-то вред. Я крепче сжимаю хватку на её волосах, а затем скольжу мокрыми пальцами по её заднице. Она стонет — звук испуга, исполненный ужаса, — и замирает совершенно неподвижно. Я нахожу её влажный вход и дразню его самым длинным пальцем.
— Ты хочешь этого, а?
Она пытается покачать головой, но я слишком крепко держу её за волосы. Я заставляю её кивнуть. Снова слезы. Всхлип. Мольба.
— Если ты так сильно этого хочешь, — рычу я. — То, блять, умоляй об этом.
— Т-ты монстр.
— Ты даже представить себе не можешь.
Наши взгляды встречаются. Она видит меня насквозь. Заглядывает в самые потаенные уголки души, находя там зверя. Она смотрит на него, не боясь последствий своей храбрости.
— Умоляй.
— Пошел ты, Форд.
Я ввожу палец глубоко внутрь, наслаждаясь вырвавшимся из Лэндри стоном. Прежде чем она успевает слишком сильно насладиться всем этим, я вытаскиваю его. Её дыхание затуманивает зеркало перед её лицом. Так не пойдет. Мне нужно видеть каждое выражение её красивого личика.
Я рывком поднимаю её, прижимая к себе, и впиваюсь зубами в её шею, нащупывая плоть в путанице золотисто-светлых волос. Она хнычет, когда мои зубы впиваются в кожу, но не прокусывают её. Я тяжело дышу над её плотью, позволяя своему внутреннему огню обжечь и её, предупреждая о грядущем аде.
— Ты боишься? — бормочу я, позволяя пальцу снова погрузиться в её киску. — А?
— Всегда.
Её сердито выплюнутое слово заставило меня приостановиться. Она всегда боится, и это выводит её из себя. Бедная принцесса слаба, и ненавидит себя за это.
— Тебе не нужно бояться, — дразню я. — Это выбор. Твой выбор. Он на твоей совести.
— У тебя всё так просто. Как будто я должна смириться с тем, что ты держишь меня в своей власти и можешь делать всё, что захочешь.
— Я могу делать всё, что захочу. Ты не можешь меня остановить. Ты в ловушке.
— Я не слабая, — огрызается она. — Ты — да. Охотишься на маленькую девочку. Гребанный монстр!
Её взгляд дикий, разъяренный до невозможности. Она разговаривает не с этим демоном. Она разговаривает с теми, кто живет в её голове, — с теми, кто всегда мучает её. С теми, кто ответственен за её постоянный страх
— Если ты не слаба, то, во что бы то ни стало, возьми себя в руки.
Она несколько раз моргает, прогоняя навязчивые мысли, овладевающие ею. Её залитые слезами щеки ярко-красные, а моя кровь размазана по губам и подбородку. Разбитая и в таком диком состоянии, она чертовски завораживает.
 
— Заставь меня кончить. — Её ноздри раздуваются. — Я хочу, чтобы ты довел меня до оргазма, а потом я хочу, чтобы ты оставил меня, блять, в покое.
Я засовываю палец глубоко в нее, вытаскиваю его, а затем засовываю два. Она вскрикивает, но не отступает. Её смелость превратила её в камень. Прекрасный гранит.
— Сильнее, — требует она. — Сделай так, чтобы мне было приятно. Если сможешь.
Мой член упирается в молнию джинсов. Я хочу затрахать эту болтливую соплячку до изнеможения, чтобы она забыла свое собственное имя.
— Если, — повторяю я, ухмыляясь её предположению. — Ты, блять, понятия не имеешь, кого дразнишь.
— Змей. — Она толкается задницей о мою руку. — Ты змей, но я тебя не боюсь.
Её дрожь говорит об обратном, но я позволяю ей выиграть этот раунд, за который она так храбро боролась. Я втискиваю ещё один палец в её тугую киску, трахая её так, как если бы это был мой член. Грубо и безжалостно. Так сильно, что она кричит. Такой прекрасный звук.
Наконец я отпускаю её волосы, потому что мне нужна вторая рука. Проведя ею по её груди, я сжимаю её, получая в ответ восхитительный стон, а затем двигаюсь ниже. Мои пальцы проникают между её половых губ, нащупывая чувствительный клитор. Она издает удивленный вскрик и хватает меня за запястье, как будто пытается помешать мне довести её до оргазма.
Сейчас меня ничто не остановит.
Я не остановлюсь, пока её киска не начнет сочится от удовольствия, а её соки — стекать по бедрам и пропитываться в одежду.
— Вот так, — урчу я, мой рот находит ее ухо. — Дай мне это.
Она сжимается вокруг моих пальцев, её желание очевидно по тому, как она объезжает мою руку. Я жестко трахаю её пальцами, стараясь каждый раз задевать точку G. Лэндри хватает мою руку, но не потому, что хочет, чтобы я остановился.
Она хочет этого.
Нуждается в этом.
Я щипаю клитор и дергаю его, пока пальцами нащупываю внутри неё точку, которая отправит её в экстаз. Её тело отвечает, как я и предполагал, и она взрывается. Как ядерная бомба, уничтожая всё вокруг нас.
Она кричит.
Так громко, что я вынужден оторваться от её клитора, чтобы закрыть ей рот. Она неудержимо трясется в моей хватке, свежие слезы текут по её щекам и пропитывают мою руку. Я ожидаю, что она убежит, как только отойдет от экстаза, но она удивляет меня, расслабляясь в моих объятиях.
В безопасности с монстром.
Смехотворная мысль.
Однако, я отодвигаю юмор на второй план. Я слишком зациклен на том, как её киска продолжает сжиматься вокруг моих пальцев, всё ещё находящихся в ней. Как её горячее дыхание щекочет мою руку с каждым сдавленным глотком воздуха, который она пытается втянуть в легкие.
Когда я вытаскиваю из неё пальцы, она стонет в мою руку, закрывающую ей рот. Я отступаю назад, оставляя её дрожащее тело, разбитое, использованное и насытившееся у раковины. Её голубые глаза впиваются в мои. Поднеся влажные пальцы к носу, я вдыхаю её аромат — лаванда и мандевилла. Такой нежный и сладкий.
Высунув язык, я провожу им по блестящим остаткам её оргазма на моих пальцах. Она резко втягивает воздух, следя за каждым моим движением, словно я самое очаровательное существо, с которым она когда-либо сталкивалась.
Её вкус чужд мне.
Сахар, сдобренный чем-то вызывающим привыкание, как героин.
Сладкий укол одержимости.
— Теперь я понимаю, о чем шла речь в среду вечером, — говорю я, одаривая её знающей ухмылкой. — Очень хорошо понимаю.
Она вскрикивает, когда я набрасываюсь на нее. Я легко разворачиваю её тело и прижимаю её голую задницу к краю раковины. Прижимаясь губами к её губам, я пытаюсь запомнить её запах, чтобы потом подрочить на это воспоминание в душе. Едва слышное хныканье вызывает во мне желание преследовать его, пробовать на вкус и высосать его из её губ.